Глава 31. Дороги разные. Трофим. Стелла. R².

I feel like I win when I lose.....

      Новое звонкое сообщение от Трофимова гласит: «Я знаю, ты считаешь меня пошлым. Но я чет вспомнил, что мы давно не целовались и не занимались сексом. Предлагаю это исправить…»       Стелла хихикает и вздрагивает от того, как близко он уже, слышит, как открывает не скрипящую даже дверь. Он зашёл сегодня в дверь и начал сразу, почему-то волнуясь, расстегивать рубашку…она запомнила эту деталь...       — ....Ну я надеялся, что ты удивишься… – притворно обиженно бросает он попозже.       — Я, знаешь, не удивляюсь ничему после того, как на меня школьники написали жалобу, что я дежурила в коридоре и не предотвратила драку в мужском туалете…)       Она делает страшное лицо, вытащив руку из-под одеяла, находя его теплый нос, губы.              — Так что видишь… У меня два режима жизни: "сам дурак" и "дуракам везет". Вот с тобой и то, и другое. Но пока второе… Саш, а этот твой друг, Сухомлин…       — Сухой, да… Мы с ним с 1го курса друганы жёсткие.       — Он сам хотел поехать на…?       Трофимов вздыхает, сжав губы, типа «ну сейчас начнется».       — Сам.       — И ты его не отговаривал?       –Стелл….       Она разглаживает жёсткую шерсть на его груди и накрывается, чувствуя, что одеяло соскользнуло, открыв всю ногу. И он ни фига не собирается это не замечать.       — Иногда дружба просто в том, чтоб не докапываться. Да вообще отношения.       — Но тебе же противно и страшно, где он…       — Да. Я тогда подписал одно, чтобы этим хоть меня не шантажировали.       — Саш. Знаешь, почему я не могу тебя к себе пригласить?       Ха, кашляет он и давится смешком. Да он и не поедет в родной город. Каких бы классных встреч они там все время ждали? С его ехидной старшей сестрицей? Или с темно- рыжим свирепым Тимофеем из 3 взвода, ее поклонничком, добром с кулаками?       — Я если бы не у мамы сейчас жила…       – Ага, понятно.       — ...нет, подожди, – мягко заставляет она его посмотреть на нее.– …Александр Михайлович, Ноздрев, выяснял, можно ли мне за счет училища комнату снять, в офицерском же общежитии в военном городке и медсестры, и семьи живут. Но надо было взносы делать… сам понимаешь, на что. Я тихо узнала и отмалчивалась, короче. Лучше с мамой.       — Ясно. Ну подписал я и подписал. Не только за себя, но и других ребят с моей фирмы тоже. Тогда так было надо.       — А его...ну друга... нельзя вытащить?       — Прикол, конечно, но молодых ребят вроде легче. Чем старых волков типа Сухого…       Они смотрят ее видео из танцкласса в училище, где ребята тоже танцуют с табуретками, друг с другом, и он вспоминает, пробуя станцевать с ней, как раскованно и в то же время с напускной строгостью Полина (Сергевна!) держала прямую спину, красивые руки, какое у нее потом открытое гладкое алое платье было на балете, ох, да сам Саша, если честно, немножко западал на нее.       — В руках в танго должен быть жёсткий квадрат, чтоб было личное пространство:) — напоминает Стелла Трофимову, когда он отвлёкается на воспоминание, прямо в виде видео оно промелькнуло перед глазами. Чётко отсчитывает такты, отклоняется, когда немножко трётся щекой о его висок, и снова делает искусные маленькие петляющие шаги.       — Да, да. Правила надо знать хорошо. А то как же их нарушать, да?       – Саш... Стало как будто немного жарче.       – Сейчас вот расслабься. Его губы оставляют тёмную горячую полоску на кремовой блузке. Он дышит на нее, как на холодное стекло, и рисует узоры кончиками пальцев. Иногда в ласках через тонкую ткань такие острые ощущения, липнет к коже, от этого жжёт сильнее, чем просто его ждущий язык, быстро растущая бородка… Она гладит по-разному, будто стараясь замаскировать свои движения под массаж...Когда его прикосновения становятся резкими, она привычно сбегает, но далеко отойти не может, как на привязи, и, даже вставая ему за спину, маленькую ладонь не отрывает от его груди. От того, как они обычно отдаются друг другу, все время в глаза смотрят, не накрывают, не придавливают друг друга никак, в тёплой затемненной ванной с тусклым светом, все очень медленно — по телу струится тёплый чай, а не винище хлещет. Локоны у виска становятся влажными, когда он шепчет, похихикивая, жарко, когда ласкает в полутьме закрытые одеждой сжимающиеся бедра, ладони, плечи. — Я…*ля…. обожаю твои кинки...загоны твои эти все… *** — Поедем…на Артура посмотришь? Хочешь? — А можно?..       Они целуются в машине, пока из сада не начинают выходить первые пары и тройки родителей с детьми. Понимают, что надо остановиться, когда её рука ласково забирается ему под расстегнутую манжету.       — Стелл …       — Что?..       — Ты просто обалденно красивая сейчас ….- целует он одно плечо, которое футболкой открыто, в отличие от второго. После поцелуев у нее улыбка шире. — Если б мне раньше напомнили, что секс так влияет…на девочек…я б прямо больше сеансов проводил, прям намного. Прям благотворительность бы устроил. — Какой же ты дурак…– влюбленно смотрит она. -Пойде…- Стелла вовремя сворачивает со слова «пойдём»…. — …шь за ним? — Артур! — лукаво смотрит Трофимов, посадив мальчика в детское кресло, в одну сторону, в другую — с желанием…- — Закрой глаза — открой рот…       Сует малышу в рот маленькое круглое горлышко пакетика с детским пюре, и, пока у того закрыты глазки, целует девушку, улыбаясь.       Они проделывают тот же фокус, когда Стелла в конце прогулки выбирается из машины. До того ездят с ребенком на Воробьёвы горы, смотрят за тем, как срываются по тросу и скользят над котлованом на зиплайне люди, смотрят на горнолыжный склон…. Взьерошенный мальчик хочет все и сразу, и, конечно, ему дают.       — Почему я так люблю тебя… Хотя у тебя есть постоянная женщина… И…постоянный ребёнок.       — Потому что я не просто хороший мальчик. А хороший мальчик плюс припудрить чуткА имиджем плохой мальчик — прям самое то…        Трофим видит, как она садится на корточки рядом с его сыном объяснять что-то, слушает ее мягкие интонации, которым сменились шутейки с ним. – Хороший... Что?– весело-грустно пожимает плечами Стелла в ответ на его подколы. Трофимов понимает ее раньше, чем она сама. И внезапно думает о том, что здоровья и денег у него на двух баб и двух детей хватит. а вот совести на двух — не-а. Не туда. Отставить. Включи-ка поворотник.       — Слушай, ну как родить конкретно этого ребенка, я тебе не подскажу… Тут и при высшем экономическом рассчитать нереально, — смеется он. — Как говорят у нас при повышении ставки Центробанка, а можно не надо… Вот лучше...скажи..есть ты хочешь? — Не. Я уже переполнена. — Переполнен бывает автобус, а человеку в глубине души всегда хочется куснуть че-нибудь… — раздаётся типичная кадетская шутка.       Трофимов с Артуриком уезжают через час со словами «все, давай, пока, нас…умывания начальник ждет. Давай, говорю, мама ждет». Когда Стелла ждет электричку и жует остатки их детских роллов из кафе — взяли себе то же, что у Артура, чтоб не капризничал — ей очень хочется уйти от Трофима.       Уйти вот именно от него... в декрет.