Мартини со льдом и ложью, пожалуйста.

Полгода назад. Бар «Хрустальный Феникс», Сеул.

Дождь бил в витрину, словно пытался вымыть грехи этого города. Но Сеул никогда не бывает чистым — только красиво запачканным. Я пригубила мартини, наблюдая в зеркале за отражением своей цели. Министр Кан хохотал над чьей-то пошлой шуткой, его жирные пальцы сжимали бокал с 30-летним виски. Скоро он сожмет ими горло в последний раз. Его охрана была профессиональной, но у них был фатальный недостаток: они искали угрозу снаружи. А я уже была внутри. Мой взгляд скользнул к бармену, что поставил передо мной второй бокал — сигнал. Заколка из серебра покинула мои волосы, одно движение и яд уже в стакане Кана. Холодный воздух ворвался в зал, а с ним единственный человек, который до сих пор думал, что я работаю флористом в крошечной лавке Сеула. Ну бабулю Чахве мы в счет не берем, она глухая. Черт. Парень не должен был быть здесь. Не сегодня. Не когда я на задании. Я хранила секрет столько лет, что бы он просто так ворвался в этот чертов бар? Как он меня нашел? — Заблудился? — я не повернулась, но в зеркале видела, как Хан остановился в метре от меня. — Ты убежала, пока я спал. — его голос дрожал, от холода. — Я думал, что ты сбежала. В зеркале я видела, как пальцы сжали мокрый подол пиджака. Тот же самый жест, когда Джисон нервничал в детстве. Годы идут он не меняется, так же легко считывать эмоции. — Прости. — я сделала глоток, чувствуя, как лед жжет губы. — Думала, вернусь до твоего пробуждения. — Я подумал, что ты сбежала! — обиженно протянул парнишка, надув губы. — Хоть бы сказала, что пошла пить. Я закатила глаза, этот ребенок невыносим. Он совершено не ничего не знает о преступном мире. И то что на нас направлены минимум семь пушек, Хан тоже не замечает. — Эй, Джисон-а… — мои пальцы сжали стекло так, что оно затрещало. — Закажи нам такси, я расплачусь и выйду к тебе. Кудрявый нахмурился, но кивнул и вышел обратно за двери. Одной проблемой меньше. Првезло, что тот никогда не спорит со мной. Уважает свою нуну. За спиной раздался смех министра. Громкий, самодовольный. Именно так смеются люди, которые не знают, что уже мертвы. Я опустила бокал на стойку, бармен передал мой подарочек. — Вы в норме? — спросил мужчина, вернувшись за стойку, протирая бокалы. — Тот парень помех…. — Заткнись и не мешай мне работать. Его глаза встретились с моими. И мужчина поднял руки в капитуляции. Есан был моим информатором и никогда не вмешивался в мои дела. Как только я уйду, то мы незнакомцы, всегда так было. Убрав заколку обратно в волосы, я направилась на выход. Едва за мной хлопнула дверь, послышались крики и суета. На моем лице растянулась улыбка, паутина не промахивается, не делает ошибок. — Там что-то случилось? — Джисон, наблюдающий за мной из машины поднял брови. — Я слышу крики. Я лишь пожала плечами, садясь с другой стороны и передала водителю адрес. Оперативно приехали, очно такси нужно ждать минут десять, странно. — Вроде какая-то важная шишка подавилась коктейлем, что подал бармен. — доставая телефон, произнесла я. — Не стоит нашего внимания. «Заказ выполнен.» — О, нуна, ты как всегда холодна. — Хан положил голову на мое плечо. Фыркнув, я выключила устройство, и прикрыла глаза. Сегодня я была на волоске от раскрытия, Джисон не должен узнать о моем роде деятельности. Всегда так было, мы знакомы с детства, росли в соседних домах. Одна детская площадка, детский сад, началка, средняя, старшая школы. Просто разные университеты, но связь мы не теряли никогда. Джисон был тем, кому я правда доверяю, рассказываю переживания и делюсь историями из жизни. Хани тот самый младший брат, которого у меня не было. Переведя взгляд на кудрявую макушку, я поняла, что обязана защитить этого ребенка. Улыбка вылезла на моем лице, а рука сжала маленькую ладошку. В ответ был лишь смешок, такой милый.