Кто ещё хочет панкейков?

Спустя пару дней. Огромный особняк в чаще леса.

Тёплый солнечный луч пробивался сквозь полузадернутые шторы, золотистой нитью скользя по одеялу, под которым копошилась сонная фигура. В воздухе витал сладкий аромат корицы и свежеиспечённых панкейков, смешиваясь с хвойным лесо за окном. — Эй, чаги-я, вставай! — голос Лино звонко разнесся по комнате, а следом в лоб Хана шлёпнулась мягкая подушка, сбивая непокорные чёрные пряди ему на глаза. Из-под одеяла раздался недовольный стон, а затем медленно, как будто против своей воли, появилась заспанная мордашка — взъерошенные волосы, примятые щеки и полуприкрытые глаза, в которых ещё плескались остатки сна. — Феликс приготовил панкейки. — бросил Минхо, уже исчезая за дверью, но его смех ещё долго витал в воздухе, будто эхо шалости. Джисон потянулся, костяшки его пальцев хрустнули, а губы растянулись в ленивой улыбке. День и правда обещал быть хорошим. Первые выходные за долгое время — никакой домашней работы, никаких срочных дедлайнов, только лес, уют и компания парня, ну и его семьи. Хан вспомнил, как он пришел к этому: душный караоке-бар, переливы неоновых огней, кудрявый за стойкой, ловко смешивающий коктейли. Минхо тогда пришёл просто порадовать Сынмина — у того был день рождения, и отказаться было нельзя. Но вечер неожиданно — закончился закатывающим глаза Кимом. Потому что «нет, мы не будем петь эту песню, хён, ты уже напился!» и милым барменом с пухлыми щеками, чья шея была щедро усыпана тёмными засосами Ли. Джисон ухмыльнулся. Да, определённо, день будет весёлым. Лениво спустившись по деревянной лестнице Хан заметил, что внизу уже царило оживление — звон посуды, аромат сладкой выпечки. Он зевнул, потянулся и, небрежно помахав рукой в сторону кухни, направился к столу. Феликс стоял у плиты, ловко переворачивая панкейки на сковороде. Его длинные светлые волосы были собраны в небрежный хвост, а веснушки, рассыпанные по носу и щекам, делали его похожим на лесного эльфа, случайно оказавшегося на человеческой кухне. Огромные тёмные глаза сияли от удовольствия — Ли обожал готовить, особенно когда все потом нахваливали его стряпню. Чонин, самый младший, с тёмными волосами, падавшими на глаза, усердно мазал готовые панкейки кленовым сиропом, аккуратно укладывая их на тарелку перед Сынмином. Тот, не отрываясь от ноутбука, что-то быстро печатал, изредка поправляя очки. Его каштановые волосы с розовой прядью выглядели так, будто Ким только не спал пару дней и даже не взглянул в зеркало перед тем как спустится. А он вообще уходил? — Опять копаешься в своих загадочных файлах для курсовой? — фыркнул Джисон, плюхаясь на стул и тут же хватая верхний панкейк с тарелки. Чонин издал возмущённое «М-м-мф!» и укоризненно ткнул в Хана вилкой, но кудрявый только рассмеялся, с наслаждением жуя сладкую, пропитанную сиропом пышку. У кухонного острова стоял Минхо, его фиолетовые волосы были собраны под спортивным ободком, а мощные плечи и бёдра, казалось, занимали всё свободное пространство вокруг. Он разливал апельсиновый сок по стаканам, но, заметив парня, тут же подмигнул ему и поставил перед ним самый большой стакан. — Сплюнь, пока не подавился. — пробурчал Сынмин, наконец отрываясь от экрана. — Я не спал пару дней, Ча… Професор Чон совсем меня не уважает. — Я предлагал помощь, я тоже шарю в экономике. — парировал Джисон, но всё же послушно прожевал и проглотил панкейк. Феликс, «будто услышав своё имя», обернулся и, улыбаясь во все свои 32 веснушки, потряс лопаткой, предотвращая опасный разговор: — Кто ещё хочет панкейков? Или я сейчас всё скормлю Чанбину. Джисон закатил глаза, но улыбка так и не сошла с его лица. Да, определённо, это были лучшие выходные. Из гостиной внезапно выкатилась настоящая гора мышц — тот упомянутый Чанбин, самый накачанный человек, которого Хан когда-либо видел. С первого взгляда Со казался отморозком: резкие черты лица, пронизывающий взгляд, руки, которые могли бы сломать дубовую дверь одним ударом. Но те, кто знал его ближе, понимали — внутри этого громилы скрывалась настоящая булочка, обожающая обнимашки и вкусно покушать. — Я не откажусь! — проворчал он, усаживаясь за стол и тут же забирая себе половину стопки. — Ликси, как всегда по высшему разряду! Смех и красные щеки младшего Ли предстали перед лицом Хана. А дальше шутки, разговоры о планах на выходные — всё было так обычно, так мирно и по домашнему. Уже целых полтора года Минхо и Джисон были в отношениях. Полгода с того момента, как старший познакомил кудрявого со своей так называемой семьей. Хан надеялся, что это счастливая картинка всегда будет в его жизни. И возможно стоит познакомить этих ребят с его подругой, о да, Лия будет ими очарована. — Ребят, слушайте… — начинает Джисон, как вдруг дверь особняка распахнулась с грохотом.