Часть 4

Начало четвертой главы Наконец открыв дверь, я увидел то, от чего дыхание перехватило. Прямо передо мной, посередине города, зияла огромная дыра. Не просто яма — бездонный, поглощающий свет и звук провал. «Неужели это… та самая Бездна?» — пронеслось в голове. И тут же я почувствовал холод. Не обычный, а пронизывающий, обжигающий ветер, будто тысячи ледяных игл впивались в кожу. Я отшатнулся, захлопнул дверь и прислонился к ней спиной, пытаясь отдышаться. Стало ясно: в том, что на мне надето, на улицу не выйдешь. Нужно было найти хоть какую-то одежду. Обыскал всё, что можно. Ничего, кроме старых, помятых, насквозь промёрзших тряпок. Они лежали комком в углу, твёрдые как камень, покрытые инеем. Дотронулся — пальцы тут же заныли от холода. «Чёрт… Они же реально замёрзли. С этим точно нельзя идти. Нужно хотя бы согреть и высушить». Я открыл вторую, ещё нетронутую дверцу шкафа. Внутри, покрытая ржавчиной и пылью, висела длинная металлическая перекладина — та самая, на которую обычно вешают вешалки. Самих вешалок было четыре: старые, деревянные, потрескавшиеся. «Дрова», — мелькнула мысль. Я снял вешалки и швырнул их в свою жестяную банку с тлеющим огнём. Потом взялся за металлическую перекладину. Она не поддавалась. Я дёрнул сильнее — раздался скрежет, и весь шкаф с грохотом рухнул на меня. Боль пронзила плечо и спину. Закричать? Не вышло. Не от силы воли — просто не было сил даже на крик. Я лежал под грузом старого дерева и трясущимися руками отталкивал от себя обломки. Когда выбрался, первым делом осмотрел тело. Царапин, ран, проколов — не было. И это хорошо, потому что гвозди и шурупы здесь были ржавые, почти ядовитые. Схватить заражение в таких условиях — верная смерть. В руках я всё ещё сжимал ту самую металлическую перекладину. «Ладно… ещё одна деталь для выживания». Подтащил её к костру. Потом подошёл к столу — тяжёлому, неподъёмному. «Насколько же я слабак…» — сжал зубы и всё же сдвинул его на сантиметр, потом ещё. То же самое проделал с единственным стулом. Между ними поставил перекладину, а на неё набросал те самые заледеневшие тряпки. Теперь нужно было ждать, пока они оттают и высохнут. Хватит ли их, чтобы укутаться? Посмотрел на развалины шкафа. «Должно хватить… И ещё тот уголь пригодится». Я нашёл тот самый кусок угля, которым когда-то писал мальчик. Маленький, размером с кулак. Бросил его в огонь — пусть греет, пока есть что гореть. Сел рядом и начал думать. О будущем. О том, как стать искателем легально. Может, через Сиротский приют Бельчеро? Хотя… вряд ли. Не верю, что туда берут кого попало. Иначе все уличные дети из бедных районов уже давно бы там оказались. Значит, и это — закрытая лавочка. «А сколько вообще лет до канона? — внезапно подумал я. — И существует ли этот приют ещё? Я ведь даже не знаю, когда оказался здесь. Может, вообще до того, как Озэн стала Белым Свистком…» — Система, — мысленно позвал я. — Сколько времени осталось до начала канона? До первой экспедиции? Перед глазами возникла знакомая синяя табличка. Текст появился не сразу, будто система что-то вычисляла. [Запрос: «Временная привязка к каноничным событиям».] [Синхронизация…] [До первого известного каноничного события: 3 года.] Три года… Значит, время ещё есть. Но и мало. — А сколько лет моему Сосуду? — спросил я тихо, уже почти не надеясь на ответ. Табличка снова замерцала. На этот раз на ней появились не просто слова, а что-то вроде краткого досье. [Сканирование Сосуда…] [Имя: НЕИЗВЕСТНО] [Возраст: 12 лет] [Рост: 140 см] [Цвет глаз: гетерохромия (левый — зелёный, правый — чёрный)] [Цвет волос: рыжий] [Раса: человек] [Состояние: истощение, лёгкое переохлаждение] Я замер. Всё это время я даже не видел своего отражения. А теперь — вот он, тот, чьё тело я ношу. Двенадцатилетний ребёнок. Рыжие волосы, спутанные и грязные. Разные глаза. Лицо, испачканное пылью и пеплом. Я медленно поднял руку и дотронулся до щеки. Кожа холодная, под пальцами — следы грязи. «Хотя бы теперь знаю, как выгляжу», — подумал я без особой радости. Передо мной сидел не могучий воин, не готовый к приключениям герой. Сидел измождённый, промёрзший ребёнок с глазами, в которых горела не детская, а взрослая, выжженная решимость. И где-то там, в трёх годах отсюда, его ждала Бездна. Наша Бездна Наконец-то ткань высохла и нагрелась. Я взял её — костёр уже почти потух — и начал обматываться. Получилось плотно, слой за слоем, пока не остались только щель для глаз. «Ебать, я ниндзя», — мелькнула глупая мысль. Открыл дверь. Холод ударил снова, но уже не тот, пронизывающий до костей. Я вышел. Мой «дом» оказался маленьким, покосившимся строением. Крыша провалилась в нескольких местах, стены держались на честном слове. «Небезопасно. Надо искать другое место». Я зашагал по пустынной улице. Снег хрустел под ногами. Холодно — даже в этом коконе из тряпок. Вокруг — бедный район Орфа: дома, слепленные из гнилой древесины, глины и отчаяния. Ни души. В такой мороз только сумасшедший или приговорённый выйдет наружу. Я, видимо, был и тем, и другим. «Как же мне спуститься туда? — думал я, шагая. — Эх, почему мне так не повезло? Почему не дали каких-нибудь имбовых способностей? Ну ладно, хоть за это спасибо...» Вдруг я заметил узкий переулок и решил зайти. На первый взгляд — ничего. Но потом в глубине увидел лестницу. Широкую, каменную, уходящую вниз, в чёрный зев пещеры. Рядом — покосившиеся дома, будто стыдливо отворачивающиеся от этого входа. «Ну что ж... С богом». Я начал аккуратно спускаться, цепляясь за стену. И вдруг — нога поехала. Страшное осознание ударило молнией: под снегом скрывался лёд. «Блядь, кто его разлил?!» Я полетел вниз кубарем, скользя, отчаянно цепляясь за выступы пальцами, стирая их в кровь. Не помогало. «БЛЯЯДЬ! — вырвалось криком. — Вот же блядство! Какой мудак здесь воду разлил?!» Я падал в темноту, в которой уже ничего не было видно. Мысли неслись обрывками: «Моя жизнь... даже не начавшись... закончится так? Чёрт... неужели из-за того, что подскользнулся?» В глазах закипели слёзы от бессилия и нелепости. --- Неизвестный человек. Бледный сигаретный дым на морозе. Он стоял в тени на противоположной стороне переулка, завернувшись в потрёпанный плащ с капюшоном. Синий свисток на груди тускло поблёскивал в сером свете. Он видел, как тощий, замотанный в тряпки пацан осторожно подошёл к лестнице. Видел первый неуверенный шаг. Видел, как нога поехала, как фигурка резко дернулась и исчезла в провале, сопровождаемая коротким, обрывающимся криком. Он сделал медленную, глубокую затяжку. Дым выходил ровным облачком и тут же растворялся в морозном воздухе. «Прости, пацан, — беззвучно подумал он. — Не личное. Гильдия платит. Это место — идеальная ловушка для нелегалов и шпионов. Внизу... там ты уже мёртв. Что ж... прости.» Он почувствовал привычную, кислую горечь на языке. Не от табака. «И как я до такой жизни докатился? — взгляд упал на синий свисток. — Был же... был Лунным свистком. Талантливым. А теперь? Теперь я, как последний мудак, отправляю таких же отчаявшихся на верную смерть. Очищаю город. Эх... жизнь-то жестянка...» Он резко, с силой швырнул окурок на лёд, где тот с шипением погас. Ещё раз мрачно посмотрел на чёрный провал лестницы — туда, где только что оборвалась чья-то жизнь. Повернулся и пошёл прочь, не оглядываясь. Его шаги были тяжёлыми, будто за каждым ступал не по снегу, а по чьей-то несостоявшейся судьбе. А внизу, в нарастающем гуле ветра и всепоглощающей темноте, падало во тьму его новое задание. Его первое настоящее падение От лица Зеро. Падая в кромешную тьму, я отчаянно цеплялся за любые выступы, стирая пальцы в кровь. Боль пронзала до самых костей. «Блядь, ну за что?!» И тут, прямо перед лицом, вспыхнуло синее окно Системы. [ВНИМАНИЕ!] [Вы достигли Первого Слоя Бездны (условно).] [Доступ открыт: Системный магазин, задания.] [Разблокирована особая способность: «Межмировой Сдвиг».] [Описание: Перемещение в любую выбранную вселенную или игровой мир на 60 секунд. Первоначально даётся 2 попытки для 2 разных миров. Откат — 3 месяца.] [Активировать перемещение сейчас?] «ДА!» — закричал я мысленно, и в голове всплыло первое, что пришло: «Blox Fruits». Мир взорвался вспышкой. --- Я оказался в странном помещении, полном движения и цвета. Вокруг сновали игроки — в ярких, нереальных одеждах, с аксессуарами, которые бросали вызов любым законам физики. Они сидели на столах, прыгали, над их головами возникали и исчезали цветные надписи. Звуки, музыка, смех — всё это обрушилось на меня после гробовой тишины Бездны. Я стоял, оглушённый, не в силах пошевелиться. [Осталось: 10 секунд] Цифры в углу зрения заставили дёрнуться. Я метнулся взглядом по полу и увидел их — два фрукта, лежащих в пыли. Один светился мягким, чистым светом, будто маленькая звезда. Другой был тёмным, покрытым шипами, невзрачным. [Осталось: 5 секунд] Мозг отключился. Я прыгнул вперёд и схватил ближайший — тот самый тёмный, шипастый плод. Белая вспышка снова поглотила всё. --- Я снова падал в чёрную пустоту Бездны. В руке — шершавый, холодный фрукт. Не думая, от отчаяния, я впился в него зубами. На вкус это было похоже на смесь пепла, ржавого металла и гнилой земли. Меня захлестнула тошнота. «Где способности?! — закричал я внутри себя. — Давай же, дай хоть что-нибудь! Я не хочу умирать!» И моё тело ответило. Острая, разрывающая боль пронзила каждую клетку. Из кожи на руках, груди, спине — вырвались шипы. Длинные, твёрдые, острые, как крики. Я превратился в живой колючий комок. «Всё, пиздец...» Жёсткая посадка. Удар выбил из лёгких весь воздух. Раздался sickening хруст. Шипы вонзились в камень, а потом с треском втянулись обратно, оставив тело в кровавых, рваных ранах. Я лежал, истекая кровью. Слёзы сами текли из глаз. Кричать не было сил — только тихий, прерывистый стон. Половина костей, чувствовалось, сломана. Тёплая, солёная кровь подкатила к горлу, я начал захлёбываться. «Если не перевернусь — умру». С нечеловеческим усилием я перекатился на бок. Кровь хлынула изо рта на холодный камень. Мысль работала, скрипя, как ржавая шестерёнка. Оставалась одна попытка. «Система, — прошипел я кровавыми губами. — Мир: Minecraft. Измерение: Край. Локация: корабль.» --- Вспышка. Давление. Тишина. Я оказался в огромном, тёмном зале из пурпурного кирпича. В воздухе парили странные кристаллы. А прямо передо мной, на варочной стойке, стояли три склянки с розоватой, мерцающей жидкостью — зелья регенерации. Жажда жизни пронзила боль острее любых шипов. Я пополз. Каждый сантиметр давался адской болью. И тут — удар в спину. Не физический, а странный, магический толчок. Моё тело взлетело вверх и с размаху ударилось головой о потолок. Звон в ушах, новая волна тошноты. Сверху, с балкона, на меня смотрело странное существо — шалкер. Оно заряжало новый выстрел. «Нет!» Когда следующий энергетический шар прилетел, я инстинктивно выбросил вперёд руку. Из ладони с хрустом вырвался короткий, но острый шип. Шар отрикошетил в сторону. [Осталось: 15 секунд] Я снова получил шаром в грудь, взлетел, ударился. Слёзы и кровь заливали лицо. [Осталось: 10 секунд] Я плыл по воздуху, теряя сознание, протягивая руку к склянкам. Они были так близко. [Осталось: 5… 4… 3…] Пальцы обхватили первую склянку. [2…] Вторая. [1…] Я вырвал третью, прижав все три к окровавленной груди. --- Меня вышвырнуло обратно в Бездну. Я рухнул на те же камни рядом с лужей собственной крови. Одной дрожащей рукой я поднёс первое зелье к губам, выбил пробку зубами и начал пить. Кровь изо рта смешалась со сладковатым, травянистым зельем. Я пил, давясь, но пил. И почувствовал. Тепло. Оно разлилось из желудка, по венам, по костям. Страшная боль начала отступать, как вода на песок. Хруст, щелчки — кости вставали на место. Рваные раны стягивались, оставляя лишь розовые шрамы и запёкшуюся кровь. Я лежал, дыша. Просто дыша. Живой. Перед глазами, невыносимо яркой, стояла картинка: светящийся фрукт-звезда, лежащий в пыли игрового мира. И тёмный, шипастый плод в моей руке. Я выжил. Но победа была горькой, как пепел Я лежал на камнях, глубоко и прерывисто дышал. А потом это накатило — волной, с которой нельзя было справиться. Сначала просто слёзы. Потом рыдания. Потом настоящая истерика. Я бил кулаками по холодному камню, по земле, которая едва не стала моей могилой. Голос срывался на хрип. — Почему именно я?! За что?! Почему мне всё это?! Час. Целый час ушёл на то, чтобы выкричать эту ярость и бессилие. Когда истерика иссякла, я просто лежал, пустой, с глазами, которые болели от слёз. Тело… тело не болело. Зелье регенерации сработало идеально. Снаружи я был цел. Внутри — разбит. Я отдышался и медленно сел. Где-то высоко, в просвете между скалами, висела бледная луна. Её свет был таким спокойным, таким равнодушным. И тогда меня накрыло второй волной. Не ярость. Хуже. Осознание. Я вспомнил ту сцену в игре с чёткостью, которой не было в панике. Тот светящийся фрукт. Рядом с моим шипастым уродцем. «Рядом… был же фрукт Света…» Тишина в голове стала оглушительной. «Это же… логия. Нахуй. Это же имба.» Слова проносились обрывками, тупыми и беспощадными. «Почему? Почему у меня в голову не пришла мысль взять хоть какой-то фрукт?! Чёрт!» Мне снова захотелось кричать. Но уже не от ярости, а от горького, идиотского отчаяния. От осознания того, что в шаге от тебя лежало спасение, сила, настоящая удача — а ты, как слепой щенок, схватил первую попавшуюся колючку. «Я бы плакал кровавыми слезами, если бы был в мире Наруто и был бы из клана Учихи. Шаринган хоть прорезался бы… — мелькнула абсурдная, истерическая мысль. — Ну ладно. Я в другом мире. Ну блядь… почему? Почему я, сука, не взял фрукт Света? Это же логия! Меня бы здесь никто не смог пробить!» Я смотрел на свои руки — целые, невредимые, но будто чужие. «А я получил этот фрукт… Спайк. Шипы. Ну ладно. Хотя бы за это спасибо. Но блядь… Мне плакать или смеяться от своей тупости в тот момент?» И тогда пришла последняя, совсем уже идиотская мысль, финальная точка в этом цирке абсурда: «А может, мне всё-таки заплакать кровавыми слезами? Вдруг шаринган прорежется?» Я тихо фыркнул. Потом рассмеялся. Хрипло, беззвучно, с той самой кровавой горчинкой в голосе. Смеялся над собой, над Системой, над этой грёбаной Бездной и над тем светящимся фруктом, который теперь навсегда останется его проклятым «а что, если». Смех стих. Тишина снова обступила со всех сторон. Теперь только он, шипы под кожей, три пустых склянки из другого мира и одна, навсегда упущенная, возможность. Он выжил. Но победа была не сладкой. Она была колючей. Как и всё, что ждало его впереди. От лица: Максим Кузнецов, Система Бездны Смотрел, как мой новый попаданец плачет кровавыми слезами, и думал только об одном, смакуя вкусный, только что приготовленный кофе. «Да уж… Жалкое зрелище». На этот раз мне попался нестандартный экземпляр. Обычные попаданцы, как только оказываются в чужом теле или мире, либо радуются, прыгают от счастья, либо рыдают. А тут — такая реакция. Тем более, каждый второй мечтает о гареме, вслух рассуждает о скрытых силах… А этот? Ничего подобного. Он просто пытался выжить. Не искал в себе суперсилу, не строил планы по завоеванию миров. Хотя, тупым язык не повернётся его назвать. Прикиньте: падаешь в бездну, а успеваешь сориентироваться и выбрать мир — Blox Fruits. Я бы сам в такой панике не догадался! Ему, конечно, не повезло — схватил фрукт Шипы, хотя рядом был фрукт Света. Возьми он его — стал бы здесь почти непобедимым. Никто не пробил бы без Воли. Да уж, тупанул парень. Но потом, когда он вернулся в падение, смог быстро сориентироваться и сожрать этот фрукт. Я думал: «Всё, капец тебе, парнишка». Он упал, половину костей переломал… И здесь отличился! Смог сориентироваться и выбрать идеальное место. Мало кто додумался бы до такого. Он отправился не просто в Minecraft, а конкретно в Край. Я сначала не понял — зачем? Там же смерть! А когда он уточнил локацию — «Корабль Края» — меня осенило. Зелье регенерации. Я бы ему похлопал, если бы он меня слышал. Надо же быть таким изобретательным в такую минуту! Оглядел пространство, в котором нахожусь. Большая квартира, где в холодильнике появляется любая еда, какая пожелаешь. Посмотрел в окно — непроглядная темнота, будто тёмный барьер. Эх, сколько я тут уже нахожусь? Сколько попаданцев провёл? Хорошо, что после этого парня наконец-то получу свой заслуженный отпуск. На лице появилась мечтательная улыбка. За этого попаданца вообще никто не хотел браться. Но начальство сказало «надо». Другие отказались, а я решил рискнуть. Эх, как же было приятно смотреть на кислые лица коллег, когда они узнали, что мне за это дадут отпуск в сто лет. Будто лимоны сожрали. Смешно. А браться за него не хотели не просто так. Его душа была проклята. Она буквально висела за гранью проклятия, разорвана на мелкие кусочки. Каким-то чудом она восстановилась, но не полностью. Часть её утеряна навсегда. Эх, как же я устал… Его и в другие миры-то нельзя отправлять надолго не просто так. Всего 60 секунд. Если задержится — душу разорвёт на части, и восстановиться будет уже нечем. Она и так держится на честном слове. Поэтому — никаких долгих визитов. «Как же я устал, — недовольно пробормотал я. — Ну ладно, я всего лишь раб Системы. Так что мне плевать. Главное — чтобы отпуск дали». Вздохнул. Раньше-то были времена… Когда я ещё не был Системой. И не был мёртв. --- Пролог — Два капучино, пожалуйста. — Да-да, заказ скоро будет готов! — ответила приятная на вид официантка. Зашёл сюда чисто за кофе — у них он был невероятно вкусным. Посмотрел на часы: 15:23. Настроение было отличное. Наконец-то закончил свой проект, и босс оценил его хорошо. Премия обеспечена. Посмотрел на улицу. Светило солнце, сновали люди. Увидел женщину с овчаркой — в породах не силён. Достал полноразмерные наушники, надел, включил любимую музыку. Вдруг почувствовал, как кто-то дёргает за плечо. Снял наушники — передо мной стояла та самая официантка. — Ваш заказ готов. С собой? — Да, с собой, — кивнул я. Взял два стаканчика. «Как же сегодня прекрасно», — думал я, выходя на улицу. Снова надел наушники, врубил музыку на полную. Дождался зелёного света на светофоре и шагнул на проезжую часть. БАЦ. Невероятно сильный удар по телу. Наушники слетели. Я взлетел в воздухе, перевернулся несколько раз и рухнул на асфальт. Всё тело горело от боли. Кричать не получалось — из горла вырывались лишь булькающие звуки. Я понял, что это кровь. Понял, что умираю. Слышал голоса: «Вызывайте скорую!», «Помогите ему!». Глаза сами закрывались. Отчаянно пытался не потерять сознание, не уйти в темноту… Но всё равно закрыл их. Последним чувством была обида. Я плыл по густой, абсолютной темноте. Не было ни мыслей, ни чувств. А потом… открыл глаза. Белое помещение. Передо мной — человек с чёрными волосами и бородой, одетый во всё чёрное: плащ, штаны с множеством карманов, рубашка с белым галстуком. Он сидел на пушистом диване, а перед ним на белом столе стоял компьютер футуристичного вида — лишь монитор, мышь и клавиатура, без видимого системного блока. Он посмотрел на меня и сказал: — Что ж, приветствую. У тебя есть четыре варианта: отправиться на перерождение в другой мир (потеряв воспоминания), стать попаданцем с системой, стать попаданцем без системы или… стать самой Системой. Подумай. В голове пронеслось: меня в том мире ничего не держит. Родителей нет — вырос в детдоме. Друзей нет. Девушки нет. Мне всего двадцать, ипотеку только закрыл… И вот. Немного подумав, я сказал: — Хочу стать Системой. Неохота мне вкалывать попаданцем. Лучше буду офисным работником. Да и вряд ли, если я попрошу обратно, вы согласитесь. Дядька (или кто он там) посмотрел на меня: — Хорошо. Он уже почти щёлкнул пальцами, но я вдруг сказал: — Так, стойте! Он остановился, смотря на меня вопросительно. — Кто вы такой? — спросил я. — Я — Бог Игр. Есть и другие боги, — ответил он. — Зачем вы это всё делаете? — Ради веселья, — беззаботно бросил он. Я остолбенел. Придя в себя, спросил: — Можете рассказать побольше о попаданцах? Кто они? — Да, конечно. Присаживайся. Рядом со столом появился удобный стул. Я сел. — Попаданцы — это души, которые могут сохранять часть или все воспоминания из прошлой жизни. Мне интересно, я хочу, чтобы другим тоже было весело. Очень давно я начал эту… затею с попаданцами и системами. Хочу делиться весельем. Я не знал, что сказать. — А вы… наблюдаете за каждым? — Нет, зачем? — он махнул рукой. — Я хочу, чтобы другие веселились. Им было бы неприятно знать, что за ними постоянно слежу я. Поэтому за ними следят вас — души, которые становятся Системами. — Стоп… Души могут становиться Системами? — Да, — кивнул он. — Но мы отвлеклись. Что ж, давай, новичок, отправляйся. Я оказался в гигантском помещении, полном людей. Ко мне сразу подошёл мужчина: — Меня зовут Андрей. Я тут новеньких знакомлю с порядками. --- Конец пролога. Эх… — вздохнул я, вспоминая это. — Что ж, нечего жаловаться. Я тут не чувствую голода, у меня бесконечные развлечения. Остаётся только смотреть за попаданцами и иногда им помогать. Зеро… я помог ему не из доброты душевной. А потому что хотел отпуск. Ему нужно было дойти хотя бы до Первого Слоя. Умри он по пути — мне бы не засчитали. А вот теперь — засчитают. Но не сейчас. Надо дело довести до конца. Когда он станет сильным (не имбой, конечно), я ему уже не понадоблюсь. И тогда смогу наконец уйти. Так это и работает: есть попаданец — система ему помогает. А потом тот, кто за ним следит, уходит — в отпуск, в другое тело, куда угодно. Ответственность снимается: если он прокачался достаточно, чтобы не умереть сразу и не быть слабаком, дальше справится сам. По крайней мере, должен. Ну ладно. Чем там занимается мой попаданец? Зеро… Душа у тебя проклятая, Зеро. Ой, как сильно проклята. Конец четвёртой главы. Авторское примечание: Всем привет! Простите за долгий перерыв. Сложности были, но сейчас вдохновение вернулось. Постараюсь выпускать главы чаще. Спасибо, что читаете и ждёте — ваша поддержка очень важна. Будет ещё интереснее!