Глава 3. Башня.

Ближе к полуночи пейзаж вокруг сильно изменился. Поля, горы и леса сменили равнины и болота. Плотно утоптанная тропинка была единственной твердой поверхностью за много километров, миль или верст в округе. Алана ощущала всю глубину и ширину этих топей. Почувствовала и магичность самой тропинки. Она показалась ей отличающейся от природных «восприятий», словно в обычную дорожку добавили что-то еще, что посверкивало и отдавало слабым блеском. Подобное она заметила и в лошадях – они не были похожи на других животных, которые встречались им на пути – птицы, олени. Лошади определенно были такими же животными. Просто другими. С примесью чего-то искристого. Может, поэтому они делали так мало остановок. Глубоко за полночь Алана почувствовала вдали нечто огромное. Оно подавило и испугало девочку. Теперь их конь находился впереди лошади, на которую посадили Илайю, и она отчаянно пыталась обернуться, чтобы увидеть его, чтобы убедиться, что он тоже это ощущает. Несмотря на ее страх, животные уверенно несли их вперед. Сперва перед глазами возникли очертания громадной башни, которая закрывала собой небо и звезды. Башня увеличивалась по мере приближения. И теперь она стала даже не громадной, а гигантской. Она не просто мерцала новым внутреннем зрением Аланы, а сияла, словно тысячи звезд. Было мучительно больно воспринимать такой объем и силу его отклика в девочке. Наконец они подъехали ко входу. Алана почувствовала, как оборвалась ниточка, сдерживающая ее и мага позади нее. Но появилась нить больше, которая тянула девочку к строению. Магичность, на секунду вновь всколыхнувшаяся в полную силу, успокоилась, но на девочку навалилась такая усталость, которую ранее ей не доводилось испытывать. Эта нить не просто успокаивала, но и что-то забирала. У исполинского размера двустворчатых дверей их уже ждали. - Почему детей двое? – Сходу спросила женщина средних лет, одетая в простой черный балахон и накинутый поверху плащ. Она стояла в шаре света, используемом, по всей видимости, вместо факела. - Сие нам не ведомо. Мы будем говорить с управляющим. – ответил один из магов, снимая детей с животных. - Но мы ждали одного. Наставник выбран. – не сдавалась женщина. Кажется, сам факт того, что что-то пошло не так, вызывал в ней раздражение. - Хильда, это не наше дело. Мы идем к управляющему. Забирай детей и распорядись позаботиться о лошадях. – строго ответил маг, который скакал в одиночку. Троица скрылась в башне. Хильда подошла к детям, поместив их в свой круг света. - Двое, значит. И как же такое могло произойти? – задала она вопрос скорее себе, чем детям, потому что те испуганно жались друг к другу. – Как вас зовут? - Я Илайя, а это Алана. Мы очень устали и хотим есть. - А ты за словом в карман не лезешь, не правда ли, мальчик? – все еще погруженная в свои мысли ответила Хильда. – За мной. Я покажу вашу комнату на эту ночь. Позже к вам придет наставник. Конечно, сразу двое... Ну что же, думаю, к завтрашнему дню управляющий решит, как с вами поступить. Дети двинулись вслед за спешно удаляющимся кругом света Хильды. Вконец напуганная, измотанная и расстроенная, Алана схватила за руку Илайю. В ответ он крепко сжал ее ручонку, и вместе они вошли в высокие распахнутые деревянные двери. И тут же остановились как вкопанные. Холл представлял собой огромное помещение, делившее башню пополам. Вдали располагалась каменная винтовая лестница, которая тянулась высоко вверх. За лестницей была кирпичная стена с десятком высоких арок и дверей, находившимися на приличном расстоянии друг от друга. Стены башни излучали свет, выхватывая края помещения. В холле, несмотря на поздний час, находилась пара молодых людей, которые обсуждали что-то с человеком в черной одежде. От них слышалось многократно повторенное «магичность ночных птиц». Хильда обернулась к детям: - Не останавливаемся. Все осмотрите потом. – затем обратилась к парочке магов, вмиг забывших о разговоре с преподавателем, и уставились на детей во все глаза – Базеус, Марта, доброй ночи – произнесла она с нажимом. - Феджин, завтра вечером у тебя первый из новых выбранных. Встретитесь в библиотеке. Хильда направилась к винтовой лестнице. Алана и Илайя последовали за ней. На четвертом этаже женщина сошла с пролета и толкнула самую крайнюю из дверей. Теперь они оказались в подсвеченном магичным светом коридоре со множеством дверей поменьше. За одной их них располагалась крохотная комнатка с нехитрой мебелью. Узкая кровать, шкаф, небольшой деревянный письменный стол, стул и большое окно. Стены здесь не светились, но на столе стояло что-то вроде подсвечника, над которым, словно живой, шевелился сгусток света. - Сегодня поспите здесь. Мы приготовили только одну комнату. Кирос сейчас подойдет. – с этими словами Хильда покинула помещение. Алана присела на кровать. Илайя задумчиво подошел к световому сгустку, который находился в непрерывном движении, словно мешок, набитый лягушками. Поднес к нему руку, и попытался коснуться. Свет будто промялся под пальцами Илайя. - Как ты? – не поворачиваясь, обратился он к девочке. - Неужели их правда больше нет? – прошептала Алана. – Вдруг они ошиблись. На это Илайя не нашелся, что ответить. Он присел к девочке на кровать, и просто обнял. - Ты чувствуешь, как все вокруг изменилось? – пробубнила Алана в плечо Илайи. - Да. И тебя. И вообще все и везде. А особенно это место. Оно ужасное и давит. В этот момент в комнатку зашел маг с небольшим подносом. Высоченный, даже для обычного человека. Худощавый, с русыми волосами, светло-карими глазами, под которыми залегли глубокие тени и с щетинистым подбородком, одетый в светлую овчинную жилетку, кожаные штаны и большие высокие ботинки на шнуровке. На секунду он задержался перед детьми, прошел к столу, поставил поднос и уселся на стул. - Меня зовут Кирос. Можно просто Кир. Вы Алана и Илайя. – это было утверждение. - Я ваш наставник, и мы с вами проведем достаточно долгое время. Понимаю, вы сейчас расстроены тем, что больше не увидите своих родных, но знайте: все здесь через это прошли. О вашей семье мы не будем говорить. Все, что мне нужно знать сейчас – почему вас двое? Вы одной крови? – Кир испытующе уставился на детей. Илайя, не задумываясь, кивнул. Алана успела лишь набрать в грудь воздуха, чтобы возразить, как получила тычок локтем под ребро. - Что ж, думаю, в таком случае, я могу заниматься с вами двумя. Не вижу смысла рассказывать все по два раза. Вы находитесь в Школе, которая учит таких детей, как вы, управлять своей энергией. Вы почувствовали изменения лишь на пути сюда, я правильно понял? – дети кивнули, и Кирос заметно нахмурился. – Если вашу магичность не стабилизировать, она убьет вас. Пока вы находились в пути, вашу силу удерживали маги-сопровождающие. В школе это не нужно. Башня заколдована так, чтобы уравновешивать магичность, и не давать ей поглотить вас. Со временем вы научитесь этим управлять. До тех пор, покинуть территорию означает лишиться жизни. По мере удаления от Школы вы и сами это ощутите. – он окинул их предостерегающим взглядом, – на случай, если вы решите, что сможете вернуться домой. Илайя словно поник. Видимо, он как раз раздумывал о том, чтобы сбежать отсюда при первой же возможности. Но, казалось, наставник легко разгадал его помыслы. - Сейчас, когда магичность не пытается вас поглотить, - продолжал Кир – вы ощущаете все вокруг иначе. Отныне у вас еще один инструмент восприятия, которым вы можете владеть, а в дальнейшем, управлять энергией окружающего мира. Она есть у всего вокруг. Начнем мы с малого, и не сразу. Для начала поешьте и ложитесь. Завтра мы решим, что делать с вашим размещением. Я разбужу вас утром. На этом Кир поднялся, кивком указал ребятам на поднос с едой, и вышел из комнаты. Илайя взял поднос, на котором лежал нарезанный хлеб, сыр и два стакана с заваренной ромашкой, поставил на кровать, и начал есть. Алана, казалось, голода не ощущала совсем. Испуг, утрата, усталость и новое нечто вконец одолело девочку и она стала клевать носом. - Эй, поешь. – Илайя заботливо подал Алане сыр. – послушай, давай не будем говорить им, что мы не родственники. Пусть и дальше так думают. - Зачем? – вяло поинтересовалась девочка, жуя сыр и одновременно прикрывая от усталости глаза. - Чтобы нас не разделили. Мне тоже страшно. Но вдвоем нам будет страшно не так сильно. Кир же сказал, что раз мы одной крови, то оставит нас вместе. И мне будет спокойнее, если я смогу за тобой присмотреть. Алана уже провалилась в сон, продолжая сжимать в руке кусок сыра. Илайя высвободил сыр ее из руки, положил его на поднос, перенес обратно на стол, снял с Аланы ботинки, скинул свои, улегся на свободный кусочек кровати и быстро заснул.