Глава 2. Новый мир.

К магам подошел отец Илайи. - Дети едут с нами – вновь повторил один из трех незнакомцев в черном. - Тим, что им нужно? – спросила Ника - Не знаю, но дети никуда не пойдут – ответил папа. Второй маг пояснил чуть более спокойно: - В этих двух детях есть магичность. Мы ее чувствуем. Если они не отправятся с нами прямо сейчас, им грозит то же, что произошло сейчас в этой хижине. Тим и Ника заметно напряглись. Илайя крепче обнял Алану, совсем не понимая, чего от них хотят незнакомцы. - Давайте поговорим без посторонних. Пройдемте к вам. – вмешался третий из магов. Группа скрылась в доме Илайи. Соседи отдали бы многое, чтобы тоже отправиться в хижину, ведь их жизнь была столь размеренной и небогатой событиями, что два таких значимых происшествия за один час не просто заставили их порадоваться тому, что все это произошло не с ними, но и подумать о том, что в дальнейшем пересказе эта история оборвется на самом интересном месте. Дабы сокрыть свое слишком очевидное любопытство, люди занялись делами первой необходимости: небольшими группами входили в сгоревшую хижину, отворачивались от обожженных тел, обсуждали происшедшее. Самые близкие к семье, осознающие всю глубину несчастья, принялись за работу. Останки Иды и Алека были заботливо укрыты простынями и одеялами, разбросанные взрывом предметы возвращались на свои места, осколки выметались. По истечении некоторого времени дверь соседнего дома отворилась, заставив окружающих замереть, бросив свои дела. Трое магов вышли, ведя за руки детей, усадили их на лошадей и ускакали прочь. *** Все, что поняла Алана из разговора незнакомцев с родителями Илайи в их доме – в них теперь есть какая-то магичность, и они больше не вернутся домой. Их забирают в место, где они будут находиться неопределенный срок – до тех пор, пока не научатся контролировать свою энергию. Говоря по правде, никакой энергии Алана не ощущала. Она ощущала пустоту. И жжение невыплаканных слез в глазах. Но маги продолжали разъяснять, стоя на кухне в доме Иды – они чувствуют силу в обоих детях, что является большой редкостью. Магическая сила появляется, в среднем, менее чем у десятка детей в год со всего Аонтаса. Если детей не забрать и не обучить, то они просто сгорят, оставив лишь обугленные косточки. Объяснили, что как раз направлялись сюда, потому что Гильдия почувствовала появление магичности, но никак не ожидали увидеть взрыв и двоих детей, вместо одного. Расспросили о Алеке, его болезни, когда она началась, и как проявлялась. Обменивались хмурыми взглядами и задавали еще больше вопросов о погибших. Вскоре наступил момент прощания. Ника рыдала в голос, кричала, что произошла чудовищная ошибка, дети совершенно здоровы и в них нет магии, Тим угрожающе поднялся со стула, но тут же плюхнулся обратно, словно его пригвоздили к месту. Илайя бросился к матери, но взрослые маги быстро схватили его за руку и потащили к выходу вместе с Аланой. Детей спешно усадили на лошадей спереди, и ускакали прочь, не позволив взять ни одной вещи из дома хотя бы на память. Время в пути проходило в глубоком молчании. Алана никогда раньше не выезжала из деревни, не говоря уже о том, чтобы скакать верхом. Напуганная тряской, окруженная незнакомцами, потеряв свой мир и свою семью, она провалилась в тревожное забытье. Разбудило ее странное ощущение внутри. Словно жаркие волны накрывали все ее существо – неотвратимые, сильные, поглощающие сознание и волю. Девочка резко обмякла, неспособная сопротивляться этому наваждению. Вокруг не изменилось ничего – поля, тряска и взрослый маг, который сидел позади и придерживал ее рукой – но для Аланы изменилось сразу всё. Будто загнанная в угол, она приняла свою слабость и неизбежность моря, разливашегося в ней. Всадник, сидевший за Аланой, натянул поводья. Вероятно, от него не укрылась пробудившаяся сила. Свистнув, он дал приказ остальным остановиться. Спешившись, маги обменялись парой фраз. Алана прилегла на траву, не в силах пошевелиться. К ней, такой же изможденный, подошел Илайя. - Ты тоже это чувствуешь? - спросил он - Жжение внутри? – тихо прошелестела Алана - Да. Я тоже заметил. И становится только хуже. Ты как? - Я хочу домой. - Алана, мне жаль твою маму и Алека. Мы будем держаться вместе, куда бы они нас не привезли. Я буду стараться изо всех сил, чтобы нас не разделили. К ним подошли двое магов. Третий увел лошадей к реке. - То, что вы сейчас чувствуете – энергия магичности. – заговорил первый - Вы не можете ее контролировать. Не можете принять. Мы привяжем к себе вашу магию. Стабилизируем всплески магичности, заберем излишки, чтобы вы не поджарились в пути. В Школе наставники расскажут об этом больше. Сейчас расслабьтесь. Вряд ли Алана могла быть более расслабленной, чем сейчас. Или, иначе говоря, бессильной физически и истощенной эмоционально, насколько таковым может быть маленький ребенок. Двое магов прикрыли глаза, слегка поддернули руками, словно направляя самих себя, и дети моментально испытали облегчение. Ощущение чего-то мощного внутри не прошло. Но оно словно успокоилось и перестало волноваться. Превратилось из бушующего океана в гладкое и ровное озеро. Подобные сравнения детям были незнакомы, ведь они никогда не видели ни океана, ни хотя бы моря. Но, если бы они могли использовать все сравнения мира – скорее всего, они использовали бы именно эти. При этом, появилась потребность держаться поближе к одному из двух магов. Не то, чтобы Алана не могла уйти. А как-то очень сильно этого не хотелось. Словно ниточка скрепила ребенка и мага. Ниточка, благодаря которой все было хорошо. По которой часть волн, разрушавших ее, уходила во взрослого мага. Не было ни капли сомнений в том, что это именно так, она просто чувствовала. - Что это такое? – Спросил Илайя, который, видимо тоже пребывал в страхе и растерянности, обращаясь ко второму магу. - На все вопросы вам ответят, когда мы прибудем в башню. – Этим первый пресек дальнейшие расспросы. Третий маг вернулся, напоив лошадей, и они продолжили путь. И вновь скачка и меняющиеся пейзажи. Только теперь Алана смотрела на мир другими глазами, словно то, что появилось в ней, заставляло не просто видеть, но и ощущать посредством того, что в ней появилось. Алана видела Магичность взрослых магов. Почувствовала бушующую силу леса, неба, земли под ногами. Огромная, яркая – все это воспринималось через этот новый, открывшийся в ней источник, и находило в нем отклик. Все ее нутро тянулось к этой новой субстанции – узнать, понять, ощутить. Она заново увидела Илайю, который скакал с магом немного впереди. Магичность внутри нее классифицировала его как «мягкий, схожий». Илайя тоже бешено озирался по сторонам, несколько раз задержав взгляд на Алане, и свалился бы с лошади, если бы его не придержал маг. Солнце уже опустилось за горизонт, придав окружению молчаливой серости. Все, что происходило вокруг, было по-новому для двух маленьких детей. Оказалось, что темнота – не просто отсутствие света и теней. Во всем жила магичность. Темное небо воспринималось не так, как дневное. Горы вдали тоже изменились. Казалось, Алана теперь точно могла сказать даже с закрытыми глазами, где лес, а где поля. Теперь она их знала по-настоящему. Знала, какие они днем. Как меняет их дождь, и как он воспринимается в ней самой. Ощущала ночь мерцающей, яркой массой.