Глава 8

Кана окончательно пришла в себя через несколько минут после начала своей истерики. Тоджи все это время молча обнимал ее, прижимая к груди. Она чуть отстранилась и вытерла слезы руками, избегая его взгляда. Ей нужно было что-то сказать, но что можно сказать, когда твой «враг» видел тебя в самом разбитом состоянии. Тоджи молча наблюдал за ней, видя, как секунда за секундой Кана возвращает стену между ними. Восстанавливая его образ ветреного бабника в ее голове. Он мог бы дать эту возможность и посмотреть еще, как старательно она избегает его и себя. Но Кана должна понять главное. — Можешь сколько угодно строить из себя правильную девку и страдать из-за этого. Ты все уже решила, иначе мои пальцы не оказались бы в тебе. Но не думай, что я буду просто смотреть, как ты бегаешь от меня к нему. Кана пихнула его в грудь, полностью отдаляясь. Ее взгляд изменился окончательно, она зло смотрела на него. — Каждой своей шлюхе такие лекции читаешь? — ее голос был еще хриплым из-за слез ранее. — Ты — моя. Запомни это. Тоджи сделал шаг в сторону и схватил Кану за предплечье, прижал к стене. Ее частое дыхание щекотало лицо. Она не пыталась вырваться, просто смотрела на него не скрывая ненависть. Он только ухмыльнулся. Кана продолжала внимательно наблюдать за ним, пытаясь понять, как далеко Тоджи готов зайти со своими издёвками. — Я не твоя игрушка. Запомни это! Ты никто мне, просто развлечение, — сквозь зубы шипела она. Остатки слабости улетучились, только красные глаза и нос напоминали о том, что она плакала несколько минут назад. — Да ты что? Как мы видим, я легко тобой играю. Когда хочу и как хочу, — лениво бросил Тоджи с самодовольной ухмылкой. Кана поняла сразу, что расслабиться перед ним и тем более показать слабость было ошибкой. Сейчас она пожинала плоды своего глупого решения. Тоджи оттолкнулся от стены и пошел в сторону выхода из номера. Его внушительная фигура занимала большую часть прохода. Кана только молча стояла, осознавая, что она зря разрешила себе думать о нем хорошо. Будто он мог выступить человеком, на которого можно положиться в трудный день. Она корила себя за эту ошибку, ведь хотела оставаться сильной в его глазах. А теперь стала как многие другие, которые рыдали на его глазах. Тоджи же шел к двери думая только о том, что все должно было пойти иначе. Но он не умел иначе. Мысль о плачущей Кане, прижимающейся к Нанами, вызывала новые странные чувства. А чувства — это то, с чем он бы не хотел иметь дело никогда. Ему нравилось, когда все просто. С Каной так не будет. Что же делать дальше? Когда дверь захлопнулась, она недовольно выдохнула и провела рукой по волосам. Засохшие слезы неприятно стягивали кожу лица. Ей захотелось быстрее умыться. Пройдя в ванную, она ополоснула лицо и посмотрела на себя в зеркало. Этот тяжелый день нужно было быстрее закончить. Скинув с себя толстовку, бросив на небольшой пуфик у кровати, Кана достала мини-бутылочки с джином из бара и газировку. Быстро смешав два ингредиента, она скинула с себя оставшуюся одежду. Замерла на секунду, глядя на татуировку. Осторожно проведя пальцами по тонким линиям в месте, где дракон обхватывает катану. Это тату было для нее напоминанием о том, что нужно быть сильной и сражаться, даже когда плохие времена. Особенно когда настолько плохие, как сегодня. Кана залпом выпила свой коктейль и пошла в душ, мечтая быстрее смыть с себя грязь путешествия и провалиться в сон. Когда горячие струи воды коснулись обнаженных плеч, в голове снова всплыли ощущения крепких объятий Тоджи. Он был искусным манипулятором, играл на славу. Она решила будто ему стало ее жалко или какие-то его чувства внутри не позволили пройти мимо, но это было ошибкой. Тоджи обнимал так крепко не из-за эмоций, а ради дальнейшего развлечения. Кана позволила себе поверить в эту игру. Это значило только одно: она не выиграет, он сильнее и умнее, стоило принять данный факт и составить новый план. Кана смотрела на свои босые ноги с темным педикюром. Вода красиво закручивалась на плитке душевой и стремительно уходила в слив. Она хотела объятий от Тоджи сильнее, чем от Нанами. От осознания этой мысли, Кана закрыла глаза на несколько секунд. Она хотела Тоджи. И самое глупое — она хотела быть для него не одной из многих, а особенной. Подобные мечтания ранее приводили к краху и разбитому сердцу. Теперь она считала себя умнее и взрослее, а ее сердце уже разбито на миллион осколков. Плевать, если Тоджи разобьет его еще сильнее. Кана оказалась настолько глупой, что влюбилась в Тоджи. Она резко дернула головой вверх и струи воды окатили лицо, пришлось задержать дыхание. Все-таки идиотизм из нее не вышел даже после самого страшного потрясения. Возможно, она просто проклята навсегда выбирать неверных мужчин и страдать от одиночества. Воздух в легких закончился и Кана опустила голову, протерев лицо руками, чтобы открыть глаза. Мысли о чувствах нельзя смыть душем, но ей бы этого очень хотелось. Завтра будет новый день и теперь, когда все прояснилось, она знала, чем займется... Смена часовых поясов отразилась на Тоджи, он почти проспал свою ежедневную утреннюю тренировку. Но после звонка будильника в голову снова лезли воспоминания о вчерашнем. Сначала заплаканное лицо Каны, а затем яростное. Ее фигура рядом с Нанами, попытки их деревянного директора успокоить ее. В груди закручивался узел. Все эти ощущения возвращали его в прошлое. Тогда он тоже позволил себе чувствовать и все потерял. Он провел в тренажерном зале больше часа, это помогло успокоиться, но жвачка из мыслей никуда не делась. Конечно, Тоджи выбрал самую простую тактику — игнорирование. Сегодня будут гонки, а они всегда помогали, даже в самые трудные моменты. Тоджи смотрел на свое отражение в зеркале душа и вспоминал прошлое. Казалось, Зенины похоронили все его попытки верить в лучшее, но ей удалось пробиться сквозь его броню. Он разрешил себе чувствовать. Узнал, что такое настоящая семья, когда тебя любят. Но судьба была против даже его маленького счастья, намекая, что его призвание — это страдания и одиночество. После душа Тоджи спустился на первый этаж в зону для проведения завтрака. Отель не был заполнен полностью, поэтому большинство столиков пустовало. Ему пришлось пару раз быстро оглядеться, чтобы найти своих коллег. Нанами, как обычно, утром написал ему сообщение с планом на день, расписанным почти по минутам. Заметив директора с чашкой в руках, Тоджи двинулся в сторону нужного столика, но вдруг туда подошла она с тарелкой в руках. Кана почти вернула свой старый стиль. Черный брючный костюм, никаких милых блузок или юбок в светлых нежных тонах. Белая футболка и белые кеды. Светлые волосы убраны в высокий хвост, так, что отросшие темные корни напоминают об истинном цвете волос. Тоджи подошел ближе и она только мельком глянула на него. Никакого раздражения, что он помешал их уединению. Они что-то обсуждали, но замолчали, когда увидели его. — Уже завтракаете, — бросил Тоджи и сел на свободный стул. — Доброе утро, Фушигуро, — вежливо поприветствовал Нанами. На их тарелках была еда с шведского стола. Он снова посмотрел на Кану, которая уже смотрела на него, но что-то изменилось в ее взгляде. — Еда там, накладывай сам, — указала вилкой Кана в сторону многочисленных столов у стены комнаты. Она повернулась к директору и увлеченно продолжила. — Так получается у нас на сегодня пара сцен и все? — Да, сегодня нужно отснять авто на крупных планах с акцентом на природный ландшафт. — Мне нужны от них какие-то бумаги в конце дня? Кана отрезала ножом кусок от своей глазуньи и начала жевать, смотря на Нанами с ожиданием. Тоджи только тихо фыркнул и отправился набирать себе завтрак. Разговоры о работе за едой не будоражили его. Но, пока он собирал себе сэндвичи из хлеба и составляющих, странное чувство не покидало его. Кроме одежды в ней ничего не изменилось, но ощущения подсказывали другое. Да и с чего бы вдруг она вернулась к своему прежнему стилю? Он снова посмотрел в их сторону. Она стала более расслабленной рядом с Нанами. Даже смеялась громко, не прикрывая ладонью рот, в попытках казаться милой. Значит, после его ухода, Кана пошла к Нанами и между ними что-то произошло? Она снова что-то сказала и засмеялась, но директор только вежливо улыбнулся в своей привычной манере. Тоджи слегка нахмурился, не понимая, что происходит. Антураж для съемок фильма оказался невероятно интересным по мнению Каны, профессиональные камеры ей удалось увидеть впервые так близко. Она с завистью смотрела на Тоджи, которому предстояло сегодня прокатиться на пяти классных машинах, и все это с видом на холмы и пальмы Лос-Анджелеса. Даже осенью солнце припекало так, что для сотрудников установили десятки шатров, которые спасали своей тенью. В средине дня Кане было ужасно скучно. Они с Нанами никак не участвовали в съемках. Идзити работал в офисе как вертолет, не оставив задач для Каны. Пока директор что-то делал в своем рабочем ноутбуке, она наблюдала за окружением. Людей было очень много. Из стороны в сторону бегали не только рабочие съемочной группы, но и каскадеры, визажисты, личные ассистенты режиссера и сценаристы. Когда кадры с Тоджи отсняли, ей надоело сидеть в шатре, она вышла за его пределы, чтобы походить и размять тело. В глаза сразу бросилась группа байкеров на спортивных мотоциклах. Кана мечтала о таком раньше, но после пары попыток прокатиться и сломанной лодыжки быстро передумала. Один из байкеров заметил ее взгляд на своем мотоцикле, широко улыбнулся, сверкая идеально белыми зубами. Ему было чуть за двадцать, короткие русые волосы, тонкие губы и карие глаза, буквально светившиеся озорством. — Привет, — крикнул он на английском. Он стоял, прислонившись к своему графитовому «BMW S 1000 RR». Кана только улыбнулась и подошла чуть ближе. Закатное солнце уже не так сильно слепило глаза. — Привет, — ответила она. Парень тут же скинул свою кожаную куртку, сделал шаг в ее сторону. Белая футболка колыхалась на ветру, но все равно не скрыла спортивную фигуру. — Дилан, — он протянул руку для знакомства. Кана улыбнулась понимая, что парень уже начал заигрывать с ней. — Кана, — ответила она и пожала его руку. — Удивительно простое имя для японки, — он хитро улыбнулся и заглянул в ее глаза, проверяя реакцию. Она давно не флиртовала вот так просто и это навевало воспоминаниями о старых временах. Вызывая некую радость от того, как все бывает легко. Ведь с Нанами и Тоджи она успела позабыть о чем-то таком веселом. С Тоджи приходилось воевать, а с Кенто — сдерживаться и держать рот на замке. А Дилан сразу транслировал ей свой интерес в паре взглядов и нужном тоне слов. «Черт, я уже и забыла, что могу кому-то нравится» — пронеслось в ее голове. — Ты бы предпочел что-то сложнее? — она хорошо говорила на английском, но с ярким акцентом, хотя собеседника это явно не смущало. — Нет, мне нравится быть на равных. Как тебе Лос-Анджелес? Загорелась любовью к этим местам? — Прекрасный город, но дома мне милее. Дилан хмыкнул с широкой улыбкой. — Нравятся мотоциклы? — он слегка отошел в сторону, чтобы ей было лучше видно его байк. — Да, твой очень красивый, — с хитрой улыбкой ответила она и посмотрела на него. Парень буквально раздулся важностью из-за ее похвалы. — Хочешь прокачу? — он игриво дернул бровями. Кана весело рассмеялась. Она знала, что так они ищут себе подружек на ночь и такая роль совсем ее не устраивала. — Нет, я люблю только смотреть, — с улыбкой ответила она, повернулась, чтобы уйти и давать ему ложные надежды. Дилан ловко ухватил ее за руку остановив. — Давай я тебя прокачу! Уверяю, это лучше, чем смотреть, — он подошел так близко, что она чувствовала запах его дезодоранта. — Я предпочитаю кататься на машинах, — она сделал шаг назад и он выпустил ее руку. — На машинах не будет так весело, — самоуверенно ответил Дилан. — О, поверь, на машинах бывает куда веселее, — довольно ответила она. — Ты просто не каталась со мной! Кана легко рассмеялась. — Тут уже есть один гонщик, которого никто не переплюнет в веселье. Дилан только поджал губы, принимая поражение. — Что хоть за гонщик? Хочу посмотреть на твоего кумира. Кана снова рассмеялась с этим парнем было легко. — Тоджи Фушигуро. Она обернулась, чтобы показать на вагончик, где расположился Тоджи, но тут же встретилась с ним взглядом. Он стоял на расстоянии пары метров и внимательно следил за ней. Кана смутилась на мгновение, словно ее поймали за чем-то секретным, но она успокоила себя, что Тоджи ничего не понимает по-английски. — А, так это он наблюдал за тобой, как ястреб, — пошутил Дилан. Кана повернулась к своему новому знакомому пытаясь понять, это была просто шутка или правда? — Я запомнил, Кана, буду знать, с кого брать пример, — снова пошутил парень и она не смогла сдержать улыбки в ответ. Дилан подмигнул ей на прощание и вернулся к своему байку, а Кана пошла обратно в сторону их шатра. Тоджи стоял на пути, лениво опираясь на один из вагончиков. — Так ты из моего фан-клуба, Дракончик? Кана остановилась рядом с ним и недовольно посмотрела. Их разница в росте, когда она была без каблуков, все еще казалась чем-то непривычным. — Я из твоей команды, тупица. — О, да, — протянул Тоджи нескрыая сарказма. Кана закатила глаза в недовольном жесте и пошла своей дорогой. Но через пару шагов Тоджи легко догнал ее. — Так я еще и лучший тут? Она повернулась в его сторону, слегка прищурившись, пытаясь понять, он слышал весь разговор или просто догадался в момент, когда она показала на него пальцем. — Не знала, что ты так хорошо понимаешь по-английски. Нафига тебе тогда переводчик? Тоджи ухмыльнулся. — Для таких моментов. Ты так и не ответила. Ты из моего фан-клуба? Кана зло выдохнула и быстро пошагала в сторону шатра, избегая дальнейшего общения с ним. Как ей удалось влюбиться в этого человека? Он мог вывести буквально за пару мгновений. Кана считала, что зря увиливала от похода к психологу после смерти родителей, возможно у нее был шанс стать нормальной и выбирать адекватных мужчин, а не тех, от которых вскипает кровь через пару мгновений общения. Окончательно съемки закончили только через час. Солнце почти скрылось за горизонтом красиво освещая золотистыми лучами все вокруг. Неожиданно к их шатру подошел один из помощников главного режиссера. Кана успела перекинуться с ним парами фраз о машинах, мужчина проникся к ней симпатией. Именно он отвечал за подбор авто для сегодняшней съемки и, конечно, восторг Каны был ему вдвойне приятен. — Мы решили немного повеселить народ и устроить своего рода тимбилдинг. Хочешь прокатиться по трассе на одной из машин? — мужчина улыбнулся и показал рукой в сторону, где стояли тачки. Глаза Каны буквально загорелись от восторга. — Что? О, конечно хочу! — это вырвалось у нее быстрее, чем мозг успел обработать информацию. Кана осторожно посмотрела на директора, ведь он мог быть против. Но Нанами только устало потер переносицу, на которой остались следы от его очков и коротко ей кивнул, понимая, что она ждет его разрешения. Девушка едва не пискнула от восторга. — На какой мне можно? — На любой, ты первая была в моем списке. Выбери какую хочешь, а остальным объедки. Ее взгляд сразу метнулся к оранжевой «Chevrolet Corvette C7», она впервые видела эту машину вживую и была в полном восторге от одного ее вида. Мужчина засмеялся, заметив ее взгляд. — Я тебя понял. Пойду спрошу, кто хочет еще из других команд. Устроим соревнования среди сотрудников гонщиков. — Офигеть! — восторженно ответила Кана. Мужчина снова рассмеялся. — Они застрахованы, но надо сделать все, чтобы повреждений не было, иначе меня похоронят где-то тут. Кана засмеялась. — Не переживайте, я скорее умру, чем позволю навредить этой тачке. — Хорошо! — он улыбнулся. — Иди к спецам по безопасности, мы будем дурачиться, но всякое может случиться, надо подписать отказ от претензий и получить шлем с огнеупорным комбинезоном. Кана быстро кивнула и побежала выполнять все необходимое, но мысленно уже сидела в салоне «Chevrolet». Получив комбинезон, после подписания бумаг, Кана зашла в один из вагончиков, где переодевались каскадеры и другие обычные сотрудники. Ведь для всех приглашенных гонщиков выделили отдельные. От комбинезона слегка пахло женскими духами, кто-то сегодня уже катался в нем, но ей было плевать. Ради такой возможности, она бы поехала хоть полностью голая. Выйдя в новом наряде, она заметила, что желающих погоняться набралось нужное количество. Все ее соперники были мужчины, она только довольно улыбнулась от этого факта. Победа будет вдвойне приятнее, ведь многие парни любили подчеркивать, как плохи женщины за рулем. Ей и другим участникам объяснили куда подъехать. Каждый проедет круг и лучшее время станет победным. Соперники с интересом оглядели Кану, среди них было два японца. Она не знала, из каких именно команд эти люди. Конечно, ей, как девушке, предложили поехать первой. Хитрые гады. Первому всегда тяжелее, хотя трансляции не будет и ее проезд никак им не поможет. Кана подошла к машине и восторженно осмотрела ее вблизи. Солнце так красиво подсветило этот оранжевый цвет своими закатными лучами. Она открыла дверь и уселась внутрь. Салон был полностью адаптирован под гонки, никаких излишеств. Одно водительское кресло и распорки для жесткости кузова. Кана сразу кинула перчатки, которые ей дали, куда-то на пол, потому что желание потрогать руль голыми руками пересилило желание остаться с этими руками, если вдруг случится авария и авто загорится. В этой машине была сделана модификация: вместо стандартной механики, коробку передач заменили на секвентальную. Кана еще не ездила на таких, но интересовалась ранее этим вопросом. Этот вариант проще стандартной механики, выжимать сцепление для переключения не требовалось. Вдруг кто-то постучал рукой по крыше машины, а так как внутри отсутствовала обивка, то звук получился слишком громким. Тоджи заглянул в салон со своим фирменным выражением лица. Кана вылезла на улицу, чтобы не смотреть на него снизу-вверх. — Чего тебе? — недовольно буркнула она. — После второго поворота притормози, там крутая петля. На лице Каны против воли отразилось удивление. — Ты чего это, помогаешь мне? Кана не могла поверить, что он вдруг решился ей помогать. Тоджи ненавидел ее и этим поступком нарушал негласные правила их войны. Он видел, что уже несколько маленьких групп остановилось рядом с ними. Люди с интересом наблюдали как опытный гонщик советует что-то умное своему клерку. Тоджи смотрел на нее на фоне этой яркой тачки, в свободном огнеупорном комбинезоне с развивающимися от ветра волосами из хвоста. Кана выглядела как недостающая часть его. Такая дерзкая, что может противостоять ему, и, как оказалось, настолько хитрая, что может ввести его в ступор. Ненавидит его, но помогает Мегуми. Называет лучшим, пока считает, что он не слышит. Тоджи сделал шаг, оказавшись еще ближе к ней. Кана слегка дернулась назад, не ожидавшая внезапной близости. Где-то там за ними, наверное, наблюдал Нанами, который не понимал эту странную одержимость машинами и скоростью. Он никогда не понял бы и ее, такую резкую и яркую. Или Дилан, который просто искал кого трахнуть этим вечером. Никто из них не понимал, что перед ними удивительная девушка. Вот сейчас, глядя в эти серые глаза, загоревшиеся от азарта, Тоджи осознал, что никто больше не будет оценивать, как она там одета и подходит ли кому-то. Ей не нужно тушить свою яркость, потому что он справится со всем этим без ее молчаливых жертв. «Моя война. Мой дракончик. Моя глупая, хамовитая стерва» — подумал он и, взяв Кану за подбородок, притянул к себе. Она замерла от шока, а Тоджи целовал ее на глазах у всех, потому что хотел этого. Хотел, чтобы все знали, для кого эта девушка.