Ты мой свет.

Дневник Су (или: “ужин с тем самым братцем”) Сегодня — “долгожданный” ужин с братом Ханыля. Честно? Вообще не хочу туда идти. С чего бы мне радоваться приезду какого-то американского зазнайки, о котором теперь визжит половина школы? Но… Ханыль пообещал заказать курицу с рисом. А я — слабый человек. Поэтому… иду собираться. Пищевые взятки работают. Мы уже полчаса сидим, а ужин до сих пор не начался. Я жутко голодная. Даже мои шинячие глазки на Ханыля не действуют. Бессердечный. — Он уже скоро будет. Давай не ной, лучше го в приставку зарубимся? — предложил он, как будто прочитал мои мысли. — О боже, да. Го. Приставка — наше святое. Я бываю у него часто, и 90% времени мы либо жрём что-то вкусное, либо сражаемся в играх насмерть. М-да. Дружба года. Но я не жалуюсь — это наше. Как я и писала раньше, с Ханылем мы дружим уже семнадцать лет. Нас реально многие считают парой. Фу. Блин. Никогда. Я видела, как он срал в подгузник. Да что там — я сидела рядом, когда это происходило. Не знаю, что может быть менее романтичным. Он — мой лучший друг. Мы почти никогда не ссоримся. У нас даже есть правило: если поссорились — покупаем мороженое. Придумали это в пять лет, когда он обиделся, что я сломала его игрушку Человека-паука. С тех пор мороженое у нас стабильно раз в месяц. Что значит, и ссоримся мы не так уж и часто. (Но, кажется, иногда специально злим друг друга. Ради мороженого. Что поделать — слабость.) Сижу, держу в руках геймпад, а внутри всё равно крутится мысль: какой он, этот Пак Сухёк? Если верить девочкам из школы — он вообще как вышел из дорамы, сел на мотоцикл и укатил по закату. Ну посмотрим. Если он окажется снобом — первая брошу в него рисом. Мы с Ханылем как раз спорили, кто первый в Mortal Kombat слил (он, если что), когда дверь открылась. Даже не успели обернуться, а уже слышим: — Надеюсь, вы хоть руки помыли перед тем, как трогать мой геймпад. Голос — низкий, спокойный, но с той самой ноткой… Знаешь, когда человек говорит, и в его голосе как будто всегда намёк на шутку? Поворачиваюсь — и вот он. Стоит в дверях. Пак Сухёк. Идеально одетый, слегка растрёпанный, уверенный в себе настолько, что становится неловко даже мне. А это, на минуточку, редкость. Он оглядел нас — я с растрёпанными волосами, Ханыль с чипсиной в руке, посреди битвы на выживание. И усмехнулся. Не высокомерно. Скорее… по-доброму, но с приколом. — О, ты, наверное, Су? — подошёл ближе и протянул руку. — Та самая легендарная подруга, которая запустила тапком в моего брата? — Он заслужил, — ответила я, пожимая руку. — О, я не сомневаюсь. Он с пелёнок заслуживал. Ну ладно. Не совсем то, что я ожидала. В голове сразу стерлись образы пафосных красавчиков из дорам. Этот — живой. С ироничным взглядом, уверенным голосом и каким-то… теплом, что ли. И да, выглядит он как из рекламы шампуня, но ведёт себя, как будто мы знакомы сто лет. А я вот не знакома. И мне это совсем не нравится. „Ужин с мачо из дорамы” Ужин начался, как и ожидалось — с чавканья Ханыля и его фразы: — А курица острая, как ты любишь. — Спасибо, — пробурчала я, глядя на тарелку, не на гостей. Я не собиралась обращать внимание на Пака Сухёка. Абсолютно. Категорически. Он просто брат моего лучшего друга. Обычный человек. Который, кстати, сидел напротив, положив локоть на спинку стула, и смотрел. На меня. Долго. — У тебя всегда такое выражение лица, когда ешь? — вдруг спросил он. Я подняла бровь: — Это выражение “наслаждение”. Не видел, что ли, как люди радуются еде? — Просто я не привык, чтобы еда вызывала такую ненависть и презрение одновременно. Ханыль захихикал, чуть не подавился. Я пнула его под столом. — У тебя слишком много мнений для человека, который только что приземлился, — бросила я. — А у тебя слишком острый язык для такой милой внешности, — спокойно парировал он. Ненавижу, когда меня берут на слабо. Особенно когда это звучит как комплимент. Особенно когда это звучит как… флирт. Фу. — Я не виновата, что внешность обманчива. У некоторых голос красивый, а поёшь — как тостер. Это уже Ханылю досталось. — Эй! — возмутился он. — Я вас сейчас обоих на улицу выгоню, если вы продолжите вести себя как в дораме с рейтингом 18+. — Не льсти себе, мы максимум на детский мультик тянем, — отрезала я, но Сухёк вдруг усмехнулся. Не показное такое “ха-ха”, а короткое, почти одобрительное. И сказал: — Интересная ты, Су. Теперь я понимаю, почему Ханыль не даёт тебе прохода. Я чуть не уронила палочку. Он сказал это так буднично, будто обсуждает погоду. А я? Я сделала вид, что не услышала. Потому что если он ещё раз посмотрит на меня так — с этим взглядом “я знаю, что ты притворяешься равнодушной” — я реально запущу в него рисом.