Эпилог. Пробуждение

"Наши братья рядом с нами с самого начала наших личных историй и до неизбежных сумерек". — Сьюзан Скарф Меррелл

***

Лёгкий ветерок колыхал ветви дерева над его головой. Он чувствовал, как солнечный свет пробивается сквозь листья, как лучи попадают ему в глаза, но, похоже, его это не беспокоило. По крайней мере, не сейчас. Он знал, что ранее чувствовал тревогу, но не мог вспомнить почему, а спокойная безмятежность, которую он ощущал сейчас, делала это неважным. Бессмысленным. Казалось, целую вечность он наблюдал за танцующими листьями на качающейся ветке и выглядывающим из-за туч солнцем, блаженно принимая тепло и уют, которые они дарили. Он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя таким свободным и цельным. Внезапно тишину луга нарушил смех. Он повернул голову вправо и увидел своего брата, лежащего в нескольких метрах от него с запрокинутой головой и бабочкой на носу. - Смотри, она села прямо на меня! Его голос был молодым и радостным, и он соответствовал восьмилетнему телу, в котором тот находился. Он улыбнулся смеющейся черепахе, радуясь тому, что испытывает, и понял, что уже давно не был так счастлив, не так ли? Что-то случилось, из-за чего он стал мрачным и угрюмым, но он не мог вспомнить, что именно. Но сейчас он был счастлив, и это всё, что имело значение. Поэтому он просто наблюдал, как бабочка щекочет нос его брата, перебирая своими крошечными лапками от его клюва до синей маски, которая находилась у него на голове. — Это так красиво, — сказал его брат. — Я бы хотел, чтобы это длилось вечно! Он усмехнулся и снова стал смотреть на листья, перебирая пальцами фиолетовые хвостики маски, лежавшей у него на плече. Они всё ещё покачивались, только чуть быстрее. Затем внезапно поднялся ветер. Краем глаза он увидел, как бабочка слетела с лица его брата и улетела в лес. Разочарованный вздох другой черепахи заглушил завывающий ветер. Черепахи приподнялись и сели, сбитые с толку переменой погоды. Небо темнело, и листья начали срываться с деревьев с той же скоростью, с какой дул ветер. — Что происходит? — спросил он. Ему пришлось кричать, чтобы его было слышно сквозь шум непогоды. Его брат пожал плечами, но отвернулся от леса. Он видел дом Кейси вдалеке слева от них, но справа было пусто, и его начала поглощать наступающая темнота. Он со страхом смотрел на неё, зная, хотя и не осознавая того, что она идёт за ним. — Она нас схватит! Сначала его брат выглядел испуганным, но потом набрался решимости. Ветер трепал хвосты синей маски, хлопая ими по его лицу, но он просто стряхнул их и встал. Ему было трудно стоять, не позволяя ветру снова сбить его с ног, но после нескольких попыток он расставил ноги, словно готовясь к ката, и остался на месте. Стоящая черепаха несколько мгновений оставался неподвижным, пока его брат наблюдал за ним, всё ещё пригнувшись к земле из-за порывов ветра. Затем черепаха в синей маске наклонился вперёд, схватил катану, которую только что заметил, и поднял её. Это была катана обычного размера, слишком большая для восьмилетнего мальчика, но маленькая черепаха просто стиснул зубы и подняла её, готовый к атаке. — Постой! — крикнул он ему. — Нет, вернись! Его брат повернулся к нему с улыбкой на лице, несмотря на мрачную атмосферу, которая их окружала. - Теперь моя очередь быть лидером, Лео. Ты обещал мне, - он сказал это так, словно это была игра, и синие отблески маски обрамляли его лицо, когда он смотрел на брата. - Теперь я буду заботиться о тебе. - Донни, нет! — закричал Лео, но к тому времени вой ветра был уже слишком громким, чтобы можно было расслышать что-то, кроме него. Он попытался встать, но ветер продолжал толкать его вниз. Поэтому он мог только беспомощно наблюдать, как его маленький брат тащит огромный меч к тёмной массе на некогда открытом поле. Внезапно к завываниям ветра присоединился смех, какой-то зловещий и неестественный. Он был полной противоположностью смеху его брата. Он звучал механически и женственно, и Лео понял, кто эта чёрная масса, но было слишком поздно останавливать брата. Слишком поздно. - Донни!

***

Леонардо не был уверен, когда именно он осознал, что проснулся. Вокруг по-прежнему царила темнота. Ему было тепло, и тело казалось тяжёлым. Он лишь понял, что лежит на чём-то твёрдом, что это не его кровать, и что его мысли постепенно приходят в порядок. Он не привык просыпаться вот так. Он приучил себя полностью просыпаться, как только заканчивается сон, чтобы быть готовым на случай нападения или если кому-то понадобится его немедленная помощь. Вскоре Лео понял, что темнота была из-за того, что его глаза всё ещё были закрыты, и открыть их само по себе стало испытанием. Они были тяжёлыми и сухими, и ему потребовалось время, чтобы привыкнуть к свету, потому что вокруг было едва ли светлее, чем когда он их закрывал. Он был в додзё. Он вспомнил, что пришёл туда, чтобы помедитировать. Неужели он заснул? Должно быть, так и было, и прошло какое-то время, потому что свечи, которые, как он помнил, он зажег, теперь горели гораздо слабее, чем раньше. Судя по их нынешнему состоянию, прошло несколько часов. От этой мысли у него засосало под ложечкой. Разве он не должен был быть где-то в другом месте? Он приподнялся, сел и огляделся. Ему казалось, что он что-то или кого-то упустил, но в голове всё ещё было туманно. Голова по-прежнему была тяжёлой, но мысли становились яснее. Он не увидел в додзё ничего необычного и подумал, что, возможно, просто заснул во время медитации, пока не посмотрел прямо перед собой. Там лежал посох бо с фиолетовыми обмотками посередине, защищающими руки бойца от мозолей и заноз. Это точно был бо Дона, и он лежал прямо напротив него, как будто его положили туда, пока он спал. Не было ничего странного в том, что оружие находилось в додзё, но обычно его брали со стойки, а не клали на пол. Но Лео по-настоящему заинтересовал другой предмет, лежавший перпендикулярно первому. Он протянул руку и коснулся мягкой фиолетовой ткани. Маска Донателло. Это была довольно новая маска. Лео знал это, потому что именно он подарил её своему брату, сделав ему новую вскоре после того, как они вернули Дона в логово после его мутации. Эйприл отдала им порванные куски его предыдущей маски, которую нельзя было починить. Даже в таком новом состоянии Лео мог разглядеть характерные признаки износа от использования тем, кто работал с машинами и химикатами. Здесь — разрыв, там — ожог, здесь — изменение цвета из-за того, что грязные руки трогали хвосты. Если бы он поднёс его к носу, то почувствовал бы запах машинного масла и неповторимый аромат своего брата. Он взял маску в руки, и тут к нему с болью вернулись воспоминания, и он ахнул. Донателло угощает его чаем. Донателло говорит ему, что знает о его встрече с Караи. Донателло накачивает его наркотиками и… Лео поднес руку к своему лицу и почувствовал отсутствие на нем маски. О, нет… Донателло знал, что произойдёт, если он не появится. Донателло снял свою маску. Донателло… Занял его место. Это было единственное, что имело смысл. Зачем ещё Донни взял бы его маску, если не для того, чтобы проникнуть в штаб-квартиру «Фут», выдавая себя за него? Эта идея была слишком безумной, чтобы быть правдой, но Лео ни на секунду не сомневался, что Донни задумал именно это. Сейчас у него не было времени на сомнения. Он должен был собрать остальных братьев и отправиться за ним. Забудь о Карай и её глупой кровной вражде. Забудь о возможности нападения в будущем. Дон собирался сделать именно то, в чём обвинял Лео. Донни был готов пойти на самоубийство. Во всем был виноват Лео. Эта мысль тяжким грузом легла ему на душу, когда он поднялся на ноги, всё ещё сжимая маску Дона в правой руке, а бо — в левой. Он всё ещё чувствовал действие наркотика, но преодолел головокружение и тошноту. Он добрался до двери додзё за две секунды и заставил себя на секунду остановиться, чтобы перевести дыхание. Однако это оказалось непросто. Страх сжал его грудь, как тиски. Лео наконец открыл дверь додзё и вышел, держа в руках два самых заметных аксессуара своего брата. Он направился в главную часть логова так быстро, как только осмелился, с кружащейся головой и подташнивающим желудком. В комнате были только Рафаэль и Микеланджело, которые устроились перед развлекательным центром и смотрели футбольный матч между колледжами западного побережья. Это было похоже на обычный субботний вечер, и у Лео ужасно болел живот. Потому что на диване, где обычно сидел Дон, было пусто. Их умный брат не был большим любителем спорта, но по причинам, о которых большинство из них не знало, он обычно присоединялся к Рафаэлю, когда тот смотрел футбол. Ни одна из черепах не оглянулся на него, их внимание было полностью сосредоточено на игре конференции Pac 12, которая транслировалась на всех экранах. Лео знал, что должен заговорить, он должен заговорить прямо сейчас, они должны выйти прямо сейчас и остановить... Раздался звонок, заставив всех троих подпрыгнуть от неожиданности. Лео потянулся рукой к поясу, готовый достать свой телефон, но увидел, что Раф опередил его, схватив свой телефон и поднеся его к уху. — Привет, Кейси, как дела? У нас нет времени на светский визит, — подумал Лео. — Ребята, — начал было Лео, но Раф автоматически шикнул на него, отмахнувшись, и попытался прислушаться к телефону. — Что? Кейси? — спросил Раф, даже не взглянув на старшего брата, вскакивая с дивана. — Помедленнее, придурок. Я не всё понял. — Раф, — снова попытался Лео, но на этот раз Раф протянул ему руку, и его лицо исказилось от замешательства. — Подожди, что ты имеешь в виду, говоря, что он взорвался? Какой канал? Это заставило Лео похолодеть. Взрыв? К этому моменту его охватил ужас, сердце бешено заколотилось. Он повернулся к Майки, чья рука уже лежала на пульте и переключала каналы в поисках новостей. Он уже почти дошёл до первой цифры, когда Раф наконец крикнул: - Шестой, Майки, переключи на шестой! Майки сделал, как его попросили, и все трое уставились на экран телевизора, который внезапно заполнился дымом и обломками. Они застали ведущего местных новостей на середине фразы, но, к счастью, он, похоже, понял, что люди только что включили телевизор. - Городские власти сообщили, что несколько человек звонили и сообщали о взрыве в центре Манхэттена. Если вы только что присоединились к нам, то мы узнали, что большая башня, принадлежавшая покойному бизнес-магнату Ороку Саки, была взорвана около получаса назад. Пока нет точных сведений о том, что стало причиной взрыва, но, по предварительным данным пожарных и спасателей, выживших нет. Мы продолжаем следить за информацией. Остальная часть трансляции была заглушена громкими радостными возгласами Майки и Рафа, которые, казалось, были в восторге от этой новости. — Это значит, что никаких «Фут»? — радостно спросил Майки, в волнении подпрыгнув на диване. — Никаких «Фут»! Никаких «Фут»! — Ха-ха! — радостно рассмеялся Раф. — Динь-дон, ведьма мертва! — в его глазах читалось безумие, ведь он наконец-то почувствовал облегчение, которого не испытывал так давно. Майки начал напевать мелодию из «Волшебника страны Оз», и Раф присоединился к нему. Они так увлеклись весельем, что не заметили одинокую фигуру позади них, сжимавшую в кулаках фиолетовую маску и бо. Лео уставился на два предмета, и в его сердце не было того облегчения, которое испытывали его братья, потому что он точно знал, кто заплатил за их обретённую свободу. В этот момент Лео смутно вспомнил сон, который ему приснился в додзё. Что там говорил Донни? "Теперь я буду заботиться о тебе". И, похоже, он сдержал это обещание.