Я никогда не молчал — Вельт/Химеко

Тихо. На экспрессе никогда так не было тихо, как этой ночью. Да и в последнее время вообще стояла какая-то совершенно не сильно тёплая атмосфера. Скорее прохладная... грустная. Вельт сорвал голос. Неизвестно как, но он сорвал голос. Уже всё было испробовано, теперь, однако, господин Янг ходит по экспрессу и... молчит. Он пытается помогать без слов, но члены экипажа не могут привыкнуть. Стелла не могла привыкнуть, что старший член экипажа молчит и даже не напевает ничего. Март 7 тоже не по себе. Она не может обмолвиться словечком с Вельтом, как раньше. Даже если и получается, он только мычал и кивал. Он слушал ее, но все-таки без речи — это совсем другое. Даже Дань Хэн, с прохладным нравом, не мог успокоиться и свыкнуться с этим. Но Химеко... О боже, эта женщина не находила себе места. Она вечно кутала его шею в шарф ночью, чтобы держать горло в тепле, заставляла пить горячий чай, вечно ходила рядом... Но однажды она не выдержала. Ночью она вернулась со своих дел по экспрессу, и... на ней лица не было. На кровати сидел Вельт и молча читал. Он увидел ее, расплылся в нежной улыбке. Но она... Химеко молча ушла за ширму переодеться. Вельт заметил это и нахмурился. Он бы мог что-то сказать, если бы не проклятый сорванный голос. Поэтому он постучал по тумбочке. Его взгляд вопросительный, так и говорил: «Всё в порядке?» Химеко выглянула из-за ширмы, уже одетая в пижаму, и села рядом к нему. — Вообще не в порядке... — она чувствовала, как ее янтарные глаза наполняются слезами. — Как же ты это допустил..? — спросила Химеко дрожащим голосом. Вельт лишь тяжко вздохнул, это горькое чувство, когда ты не можешь ничего сказать, а так хочется! Мужчина лишь... осторожно притянул ее к себе. — Вельт... — тихо хнычет Химеко. — Господи, как так получилось... — Она уткнулась ему в его плечо. Его жилистые руки скользнули ей в алые волосы и нежно начали заплетать ей косу. Химеко всхлипывала, буквально впивалась пальцами в ткань футболки и... боялась, что он ее отпустит. Когда Янг закончил с ее косичкой, он обхватил ее лицо руками. Нежно. Аккуратно. Его взгляд был настолько любящим, что он говорил все те слова, которые он бы хотел ей сказать, будь у него голос. Морщинки под его глазами, жилистые и сильные руки, седая прядь волос среди каштановых локонов, вытянутый нос и эти светло-карие глаза... Химеко всё это так безумно любила. Она любила также его рисунки, его... остальное было связано с его голосом. Вельт нежно поглаживал её щёку своей шершавой ладонью и устало улыбался. Он прикоснулся своими губами к ее лбу... А затем спустился ниже. Поцеловав ее пухлые и мягкие губы. Химеко прикрыла глаза, ее руки мгновенно обхватили его шею... Он осторожно спустил их на кровать, все также продолжая целовать её и крепко обнимать. Это был не поцелуй... А такое чувство, целый монолог, который Вельт пытается донести до нее. Монолог, в котором нет слов... А лишь чувства. Он не может говорить словами, так пусть его действия и чувства покажут всё за них. Оторвавшись от поцелуя, Химеко долго смотрела на его губы. Потом ее взгляд вернулся обратно в сторону его глаз. Вельт ей буквально говорил взглядом: «Я рядом... Это самое главное. Остальное — вернется, однажды..». И после очередного нежного поцелуя Химеко провалилась в сон, все еще с мокрыми от слез щеками...