Часть 4. План: «Драма на балу»

— Итак, — торжественно провозгласил Абраксас, разложив на кровати Гермионы три платья, два веера, волшебные шпильки, косметичку размером с чемодан и… крошечную баночку с блестками, — сегодня твоя задача — быть синонимом роскоши. Ты должна сверкать, блистать, сиять и делать вид, что каждый вокруг — скучная статья в Пророке. И только Том — особенная заметка в любимом разделе. Следующие три часа оказались сущей пыткой. Это воплощение юного модельера — жаль, он не пошел по этой стезе, такой талант своим мраком загубили, ироды — заставлял ее перемерять наряды в разных вариациях до тех пор, пока не остался удовлетворен, отбросив все лишнее. Из украшений на ней остались только шпильки, чудом удерживающие густую копну волос, и обмазанная волшебными блестками кожа. — Я все еще не уверена в этом плане, — пробормотала Гермиона, вглядываясь в зеркало. — Особенно в платье с вырезом до… до… — Милая, это даже не вырез. Это провокация. Надевай. Я буду рядом. С огнетушительными чарами наготове. На всякий случай, — и нагло подмигнул. Была не была… Бал в Хогвартсе в 1940-е — это не просто танцы. Это магическое событие, полное тайных дуэлей, разговоров (тоже тайных), удивительных нарядов и гламура уровня Met Gala из ее времени. В центре мероприятия — сверкающий Большой зал, увешанный летающими ниже обычного свечами и парящими шариками с предсказаниями, которые постоянно нашептывали что-то вроде: «Ты сломаешь каблук на лестнице» и «Осторожно, не ешь сегодня канапе». Гермиона вошла (с опозданием, конечно, ведь Абраксас уверенно заявил: «Истинная леди всегда немного задерживается»). Эффект присутствовал. Все обернулись. Кое-кто подавился канапе (похоже, шарики-предсказания работают). Один слизеринец уронил бокал с брусничным морсом и пробормотал: «Это точно наша?». Ему не ответили. А Том Риддл… просто посмотрел (можно считать за достижение, да?). Долго. Внимательно. Оценивающе. Как профессор, впервые увидевший мандрагору, записанную в ученики. Гермиона направилась к нему. Идти в этом платье было примерно как танцевать брейк-данс в доспехах, но она держалась. — Bonsoir, — выдохнула она, надеясь, что голос все же прозвучал как смесь меда с ядом, а не как у второкурсницы на годовой контрольной по Трансфигурации. — Мисс Дюбуа, — медленно проговорил он, — ты снова… удивляешь. — Это моя суперспособность. Он протянул руку. — Потанцуем? «Победа? Победа! О, Мерлин, она это сделала!» — кричал внутренний хор в голове Гермионы. Они вышли на танцпол. Разливалась медленная мелодия, и все было почти идеально, пока… — Простите, молодой человек, — прозвучал гулкий голос. Том и Гермиона замерли. Рядом с ними завис призрак. Высокий, одетый в старомодную мантию с вышитым «Д.О.»: — Директор Орбус, скончавшийся задолго до изобретения квиддича, — мужчина отвесил галантный поклон. — Это мой танец, — сообщил он с достоинством, как бы невзначай оттесняя Тома в сторону. — Я каждый десятый осенний бал танцую с самой красивой девушкой. Традиция. Предсмертная клятва. — Но… — начала Гермиона. — Слишком поздно. Музыка играет! Призрак подхватил ее, и следующий момент Гермиона провела кружась в вальсе сквозь мертвенный холод и вечность. Буквально. — Он парит! — шептал кто-то в зале. — Она танцует с призраком! — ахнул кто-то другой. — Это… так в ее стиле, — восхищенно пробормотал Абраксас, мимоходом ставя оценки в блокноте: «Впечатление: 100/10. Драма: 10/10. Сарказм: 0/10. Удивление Риддла: бесценно». Когда призрак галантно поклонился и улетел в потолок, Гермиона вернулась к Тому, вся дрожа и… сверкая (проклятые блестки активировались от активных движений). — Pardonne moi, — сказала она, надеясь, что ее запаса французских слов хватит на будущие попытки. — Видимо, я буквально неотразима для мертвых. Том лишь внимательно посмотрел на нее. И снова очень долго. — Тебя прокляли? — Возможно, — мрачно ответила она, припоминая, как все пошло вопреки замыслу, начиная с момента переноса сюда. — Хочешь… еще танец? — Только если без призраков. Он подал руку. Она взяла ее. И впервые за последнее время все шло по плану. *** — Так, — сказала Гермиона позже, уже в комнате, — на этот раз это было почти… успехом. — Почти, — согласился Абраксас. — Но не волнуйся. Завтра — план: «Флирт в библиотеке, или как уронить книжную полку на возлюбленного». Ты готова? — За что ты хочешь уничтожить все то прекрасное, что связывает меня с библиотекой?! — не выдержала все еще поблескивающая девушка. — Просто доверься, я знаю, что делать, — Малфой в очередной раз подмигнул, увлеченно делая пометки в гламурно сияющем стразами блокноте. И она доверилась, а что еще оставалось?