Час расплаты

Едва девочка моргнула, как всё переменилось. Очутилась она посреди ванной комнаты, а перед ней, подбоченясь, стоял Мойдодыр. Ванна была полна до краёв горячей водой с целой горой пушистой пены. — Ах ты ж колдун проклятый! — взвизгнула Миша и с яростью набросилась на взрослого, замахнувшись кулаками. Мужчина даже не шелохнулся. Прежде чем Мишель успела что-либо предпринять, тот лишь взглянул на неё, как девица почувствовала, что её одежда странно зашевелилась. Майка поползла вверх, обнажая худенький живот, а грязные шорты, щёлкнув пуговицей, упали на пол вместе с бельём. Всё это сложившись прямо перед носом у девочки, аккуратно улетело в бабушкин таз для грязного белья. Через мгновение грязнуля уже стояла совсем голая, прикрываясь руками, а щёки её запылали алыми красками. Какая-то невидимая сила вдруг развернула её и прижала к раковине, заставив ухватиться за её холодные края, выставляя напоказ её скромные девичьи прелести. — Что ты.. Ты что творишь?! — взвизгнула девочка, отчаянно дёргаясь в магических тисках. Голос задрожал от нарастающей паники. — Отпусти! Да как ты смеешь?! Мысли путались, в голове пронеслись самые страшные картины. Мужчина лишь строго покачал головой, любуясь таким ужасным поведением, сжимая в руке длинную деревянную ручку банной щётки. — Твоя бабушка, я вижу, сердце надорвала, пытаясь до тебя достучаться, — строго сказал мужчина. — Не уважаешь её, старших не слушаешься, о чистоте и гигиене и понятия не имеешь. Разве это дело? — Да какое тебе дело до того, моюсь я или нет? — выкрикнула Миша, пытаясь скрыть дрожь в голосе за вспышкой гнева . — Чего ты ко мне привязался, чистюля противный? Хочу я моюсь, не хочу не моюсь! В этот момент щётка в руке Командира вдруг затрепетала, вырвалась из пальцев и взмыла в воздух, закружившись над перепуганной девочкой, словно хищная птица. А Мойдодыр тем временем продолжил: — В том-то и беда, что не хочешь. Потому и пришлось мне вмешаться. А за упрямство твоё и поганый язык придётся тебе ответить. Словно по приказу Командира, щётка, кружившая в воздухе, внезапно замерла. И прежде чем Миша успела что-либо понять, щётка резко замахнулась и со всей силы шлёпнула её по голой попе. Девочка вздрогнула от неожиданной боли и громко вскрикнула. По пылающей коже разлилось жгучее тепло, а сама она заёрзала на месте, из рта посыпались самые бранные слова, которые только девица могла знать. Она готовилась к чему угодно, но только не к этому. Мойдодыр с усталостью в глазах наблюдал за её метаниями. За долгие годы он до тошноты устал от одной и той же картины. Как же он устал от этих вечных наказаний! Как хотелось бы, чтобы люди сами понимали простые истины о чистоте и порядке. Но увы, с такими упрямыми неряхами, как эта девочка, иного способа не оставалось. Он давно перестал верить, что можно достучаться до их сердец, и всё чаще прибегал к суровым мерам, хоть и презирал их в глубине души. — Урод! А ну выпусти меня! Я всё бабушке расскажу! Она тебя этой щёткой по морде огреет! — визжала она, отчаянно пытаясь оторвать руки от раковины. Деревянный помощник меж тем усердно исполнял свою работу, отвешивая звонкие шлепки по заалевшей коже. Миша, чувствуя как жгучий стыд разливается по всему лицу, просилась выкрикнуть что-то ещё более дерзкое, как вдруг с мыльницы выпорхнуло небольшое розовое мыльце и ловко юркнуло ей прямиком в открытый от возмущения рот. Девочка закашлялась, пытаясь выплюнуть непрошеного гостя, но мыльце принялось усердно елозить по языку, заполняя рот горьковатой пеной. – Ох, и язык же у тебя, девочка. Негоже приличным людям такими словами разбрасываться. Как только девочке стало совсем дурно, мыло выскочило изо рта, а магия, сковывавшая Мишу тут же исчезла. Девочка, громко кашляя и давясь, открыла кран, зачерпнув ладонями воду, торопясь смыть противный мыльный привкус. Но не успела она и что-либо сказать, как неведомая сила вновь подхватила её и бережно усадила в пенистую воду ванны. В тот же миг над её головой возник волшебный ковшик, обильно поливая её макушку тёплой водой. И началась самая настоящая головомойка. С полочек, из шкафчиков, словно по мановению волшебной палочки, слетелась вся банная армия Мойдодыра. Разноцветные губки, жёсткие мочалки и щётки с колючей щетиной окружили её со всех сторон, отрезая путь к отступлению. Один особенно резвый брусочек земляничного мыла впился в её спутанные волосы и принялся хозяйничать, взбивая огромную шапку пены, которая почти полностью скрыла её макушку. К душистому мылу присоединились два гребешка, ловко пробиваясь сквозь чёрные пряди и распутывая колтуны. Пена скатывалась по лицу Миши, щипала глаза, неприятно щекотала нос и норовила затечь в рот. И тут тоненькие голоса мочалок, подхваченные хором щёток и губок налетев, запели песенку прямо как и в сказке про чумазого мальчишку, который попал под влияние умывальника! Невольно девочка представила в голове сцену из сказки. Кто же знал, что она точно также попадёт на головомойку от Начальника Умывальников? Миша только и успевала пыхтеть, пытаясь стереть пену с лица кулаками и в то же время отбиться от мочалок, которые принялись усердно драить её. Она болтала руками, разбрызгивая воду и пытаясь поймать банных мучителей, но те лишь ловко уворачивались, продолжая своё дело. Особенно щекотно было, когда щетки натирали чёрные, как уголь, ступни девочки. Вдруг из стаканчика, на полке у раковины, поднялась её собственная зубная щётка. Рядом возник тюбик пасты, ловко выдавивший на щетинки аккуратную горошину и тут же скрылся. Пока лицо девицы было полностью скрыто под пенными облаками, щётка ловко юркнула ей в рот, принявшись шустро начищать зубы. – Все дети знают, что зубы следует чистить два раза в день. Утром и вечером. – вдруг строго проговорил Мойдодыра, пока щётка выписывала круги у неё во рту. – Особенно такой сладкоежке, как ты. Иначе зубы болеть будут, и кариеса не избежать. Миша мычала что-то невнятное, пытаясь выплюнуть гадкую щётку. Её поражал тот факт, что мужчина откуда-то знает о ней всё-всё. Это было немного жутковато... — И зачем только ты так упрямишься? — вновь раздался голос Командира. — Знаешь, что бывает с теми, кто не моется подолгу? Можно занести инфекцию. Потом будет больно, стыдно и придётся идти к врачу лечиться. А также прыщи, раздражения, которые тебя, наверное, тоже беспокоят. Неужели ты хочешь такого? Едва он это произнёс, как невидимая сила легко приподняла девочку на ноги. И тут же несколько мочалок с особым усердием принялись намыливать и тереть её мягкое место, которое ещё недавно горело от порки. Миша взвизгнула от неожиданности и возмущения, пытаясь вырваться. — Ай! Да отстаньте вы уже, твари летяющие! — крикнула она и, поймав одну из щёток, с силой швырнула её через всю ванную. Щётка пролетела прямо мимо мужчины и с глухим стуком ударилась о стену. — Вот как? Значит, ты ещё не усвоила урок. Хорошо. Не успела девочка порадоваться своей маленькой победе, как та самая деревянная щётка, что недавно выпорола её, вдруг взмыла в воздух и, развернувшись, звонко шлёпнула её по уже и без того покрасневшему месту. — В следующий раз, когда попробуешь такое выкинуть, накажу куда суровее. У меня ещё есть целый арсенал средств для непослушников подобных тебе. Так что советую тебе успокоиться и вести себя прилично, пока мы не закончили. — Куда более строже проговорил мужчина, не терпя подобных выходок от девчонки. Угроза прозвучала настолько весомо, что все попытки сопротивления разом улетучились. Мишель застыла на месте, покорно опустив голову, позволяя мочалкам и щёткам завершить свою работу. Страшно было представить что еще может этот человек. Наконец, когда спустили воду, из шкафчика выпорхнуло большое банное полотенце. Оно обернуло девочку с головы до ног, и было таким мягким и пушистым, что она на мгновение невольно прижалась к нему щекой. — Вот видишь, — сказал Мойдодыр, и в его голосе впервые прозвучали нотки одобрения. — Чистой быть намного приятнее, правда? Две расчёски принялись приглаживать её тёмные, теперь чистые и блестящие пряди, укладывая короткие непослушные волосы. Из грязного поросёнка Миша превратилась в чистую девочку, разительно отличавшуюся от той чумазой дикарки, что всего полчаса назад бросалась кулаками на мужчину.