Пролог

      По узкой тропинке с недовольным видом шагали два иксодовых клеща, волоча за собой потрёпанный, старый чемодан. Один из них был чуть выше ростом, со шрамом, пересекающим щеку, а у второго под глазом красовался свежий фингал.       — Вот же блин, совсем предки с катушек съехали, — проворчал хриплым голосом высокий. — Заслали нас, значит, в эту дыру к какому-то маразматику.       — Ага, вообще жесть, Мор, — сипло подтвердил второй. — Мы что, такого страшного сделали? Ну, побухали пару раз… Так, чисто для настроения. Будто они в нашем возрасте были примером для подражания!       — Стой, Гнус, — остановился первый. — Надо перекур устроить, я уже весь вымотался.       — Перекур? У тебя чё, сиги есть? Их же батёк все под себя загрёб! — удивлённо приподнял бровь Гнус.       — Ну да, загрёб, — кивнул Мор с лукавой ухмылкой. — Только я у него стырил одну пачку. Нечего чужое прикарманивать, если сам не скоммуниздил в магазе.       — Ха-ха-ха! Вот это ты ловко провернул, — усмехнулся Гнус, покачав головой. — Ну чё, давай присядем, курнём?       Братья уселись на плоский мшистый камень у края тропинки. Мор щёлкнул ногтем по пачке, вытянул две сигареты и протянул одну Гнусу. Тот взял её, будто это был редкий трофей.       — Давай, поджигай, — сказал Гнус, прикрывая сигарету от ветра лапой.       Мор достал зажигалку — потрёпанную, с облупившимся изображением какого-то глянцевого куста. Щелчок. Искра. Пламя на миг осветило их морщинистые лица. Они затянулись почти одновременно, выпуская дым в небо, как два паровоза на старой заброшенной станции.       — Эх... вот теперь хоть немного получше, — пробормотал Мор, прищурившись от удовольствия. — Всё-таки есть в этом что-то родное.       — Да, — кивнул Гнус, выпуская струйку дыма, — курил бы и курил весь день! Жалко только, что пачка одна.       — Да не паникуй ты, — ответил Мор. — Как доберёмся до этого старикашки и чуть обживёмся, стрельнём сиг у кого-нибудь. А пока — экономим! Мне не хочется опять ломаться, как в прошлый раз, когда ты всю пачку в одиночку скурил! — припомнил он и тут же отвесил брату смачный подзатыльник.       — Эй! Да что ты, — взвизгнул Гнус, потирая затылок. — Это ж давно было! Я ж тебе потом целую поляну накрыл! Искупил свою вину по полной!       — Ладно, остынь, замётано, — проворчал Мор, но в голосе его проскользнула примирительная нотка.       Они молча докурили, наслаждаясь тишиной и лёгким утренним ветерком. Закончив, оба одновременно затушили окурки о камень, на котором сидели, и лениво отбросили их в сторону.       — Мы что, дворники тут, чтобы за собой убирать? — фыркнул Гнус, вставая и потягиваясь.       — Точно! Мы ж не бабы, чтобы убираться! — захрипел Мор с усмешкой. — Пусть за нами лучше какие-нибудь бабочки летают и прибираются!       Он пнул окурок носком лапы, и тот исчез в траве.       — Пошли уже к этому хрычу. И чемодан не забудь, Гнус! — бросил он через плечо, уже поднимаясь с камня.       Гнус вздохнул, поднял потертый чемодан за ручку, которая снова начала отрываться, и проворчал:       — Ну конечно… как всегда всё на меня. Как будто я твой личный носильщик!       Но всё равно пошёл следом, догоняя брата, и оба скрылись за поворотом тропинки, растворяясь в шёпоте леса.