Get in the damn car! (pg-13)

Когда Чан остановился на обочине, Т/и вышла из машины, громко хлопнув дверью. Чан ненавидел, когда она так делает.  Т/и знала.  Она вышла на тропинку вдоль трассы, ее каблуки проваливались в песок с каждым шагом, но девушка упорно продолжала идти вперед, будто Чан не ехал медленно за ее спиной.  До тех пор, пока он не выключил фары. Перед ней вдруг неожиданно случилась темнота, и Т/и едва не упала, споткнувшись о маленький камушек, которыми была усыпана дорого. В темноте в песке их было просто невозможно увидеть.   — Может быть, ты уже сядешь в чертову машину?! — проорал Чан из открытого окна, находясь на грани нового нервного срыва из-за гонора его невесты.  Т/и проигнорировала его вспышку гнева, остановилась и сняла свои туфли. Шершавая дорога заставила ее поморщиться, но это было все-таки лучше, чем если бы она навернулась с высоких каблуков и подвернула ногу.  Они поругались в машине еще пол часа назад. Чан был уставшим после работы, у него не было ни сил, ни желания обсуждать цвет салфеток, чтобы они идеально легли на столы и не сливались со скатертями. Его мысли были заняты мягкой кроватью и пушистым как облачко одеялом, пока Т/и не толкнула его в плечо и не начала обвинять в том, что Чану все равно на их скорую свадьбу.  Потому что это не так. Чан волнуется и переживает за их день не меньше нее, но именно сегодня он хотел тишины и спокойствия, а Т/и будто испытывала его терпение. И может ли Чан придушить ее на переднем сидении.  Во втором он был уверен. Она просто невозможная.  Чан знал, что она упрямая, иногда даже больше, чем это надо, но точно не думал, что Т/и хватит смелости выйти ночью из машины, снять туфли и пойти босиком, не обращая на него никакого внимания.  И не важно, что Чан все это время был за ее спиной, ехал так медленно, как только мог, пока Т/и гордо шагала вперед.  — Ты слишком драматизируешь! Это просто чертовы салфетки, — а она из-за них тащится босиком по асфальту, Чан с ума с ней сойдет, — Сядь в машину.   — Я дойду пешком! — она уверенно крикнула ему, даже не обернувшись.  Чану хотелось закричать.  Он щелкнул под рулем и снова включил фары, чтобы Т/и по крайней мере не свалилась с обочины в очень густые и колючие кусты сбоку, потому что ее уже начало заносить в ту сторону.   — У тебя будут болеть ноги, — а в ответ ему тишина.   — Я не буду носить тебя на руках, если ты порежешься о камни, — Т/и даже не обернулась на него, потому что знала, что Чан ее хоть на плечи себе посадит, если это будет нужно.  Он не выдержал, остановил машину и быстро вышел из нее, не заглушив. Ему нужно просто вернуть ее внутрь.   — Т/и, — он в несколько шагов дошел до нее и взял за руку, — Я сказал, вернись в машину. Сейчас же. — строго потребовал от нее Чан, свободной рукой взял ее туфли и развернулся вместе с ней к машине, — Не заставляй меня закидывать тебя на плечо и тащить силой, — потому что если она не прекратит, именно это Чан и сделает.   — Я тебе мешаю. Отпусти, — Т/и пыталась вырываться, но босиком ей было слишком неудобно, ее нежные ступни в колготках уже пострадали.   Без предупреждения он внезапно подхватил Т/и на руки, заставив вскрикнуть от неожиданности. Ее руки автоматически обвились вокруг его шеи, чтобы удержать равновесие.  — Что ты делаешь?! — она недовольно пискнула, — Чан!   — Я предупреждал, — он открыл переднюю дверь машины и опустил ее на кресло, с силой закрыл дверь, из-за чего Т/и вздрогнула. Чан обошел машину спереди и сел за руль. Минутка перевести дух, чтобы не наорать на нее, хотя поводов уже предостаточно на самом деле. Его челюсть была крепко сжата, как он всегда делал, когда был по-настоящему зол. Он молчал, и это было страшнее, чем когда он кричал. Т/и тоже молчит, сидит, смиренно положив руки перед собой на колени. Притихла, даже не пытается спорить.  — Если бы я не притащил тебя обратно в машину, ты бы серьезно шла пешком до дома?  — Может быть.  Чан тяжело вздохнул и сжал руль, упав на него лбом. Невыносимая, сложная, тяжелая... Чан ее слишком любит, чтобы злиться.  — Босиком? — он выпрямился и посмотрел на нее.  — Да, босиком. Ты сомневаешься? — Т/и выглядела так, будто готова прямо сейчас выскочить за дверь и доказать ему свою правоту.  — Ни в коем случае, — Чан мягко надавил на педаль и выехал с обочины на трассу, — Но тогда мы бы не смогли выбрать цвет салфеток.  — Тебе все равно-  — Мне не все равно, Т/и, — перебил ее Чан, — Мы приедем домой, ты дашь мне час отдохнуть, и мы выберем цвет этих дурацких салфеток.   — Они не дурацкие, — надулась Т/и, скрестив руки на груди.  — Дурацкие, — Чан протянул к ней руку и переплел их пальцы вместе, опустив их локти на подлокотник между сидениями.  Салфетки, может быть, и дурацкие, но дома Чан сидит на кровати в окружении нескольких упаковок после того, как Т/и дала ему время выдохнуть после тяжелого дня. Для него все они одинаковые, но если ей важен именно странный кораловый цвет, то Чан будет выбирать самый идеальный из всех кораловых.