Ask me (pg-13)

астра & pyrokinesis — тоска

Чан всегда думает слишком много. Собственные мысли душат его, они не замолкают даже в моменты сна. Сон. В последнее время с ним все хуже. Чан лежит на спине, уставившись в потолок, и прокручивает в голове разные события. Те, которые случились или которые могли бы случится когда-то. Вероятные события, которые случились с ним в другой вселенной. В какой-то из них другой Чан не сглупил, оставив все, как есть. В какой-то из них он сделал все, чтобы вернуться. Настоящий Чан лежит на кровати, чувствуя, как приближается ком в горле. Он мог бы заплакать сейчас. Его никто не увидит. В общем-то, плевать, если увидит. Чан не раз плакал, он чувствительный, у него слишком много эмоций. Но сейчас ему почему-то стыдно. Есть ли у него право на слезы после того, что он сделал? Это было его решение. Не с горяча. Обдуманное и полностью принятое им самим. Знал он, что будет так больно? Да. И это не остановило его. Чан убеждал себя, что делает это для тебя. Твоего будущего. Это его способ позаботиться. Он хотел, чтобы ты была счастлива и точно знал, что не сможет дать тебе то, что нужно любой девушке. Спросил ли он тебя? Нет. Чан привык принимать решения сам, когда это необходимо. У вас был именно такой случай. Тот самый, когда разговоры и обсуждения не приводят ни к какому компромиссу. Решения просто не было. Чан пытался быть проще, пытался не давить на тебя. Но как, если всю жизнь на его плечах этот огромный груз? Ты лежишь перед ним, нежно улыбаешься, болтаешь о чем-то своем. Чан не слушает. Смотрит на тебя, запоминает каждую часть. Его рука сама по себе тянется к телефону. Если бы он мог продлить вечность, он бы определенно это сделал. — Что ты делаешь? Чан улыбается, делая несколько фотографий, пока ты смеешься и смущенно закрываешь лицо ладонями, называешь его дураком, и Чан соглашается с тобой, кивнув. Он дурак. Очень-очень любящий тебя. В его телефоне все еще есть те фотография. И еще сотня или две других. Он не удалил их. Не смог. Не пересматривает их, хоть и часто ловит себя на то, что очень хочет. На секунду увидеть, как ты улыбаешься ему, смеешься и выглядишь такой счастливой. Ты ненавидела, когда он фотографировал тебя со стороны. Чан говорил, что живые фотографии самые лучшие. Почему-то ты верила ему. Ворчала и верила. В Чана верила не только ты. Он просто испугался. Не за себя. Он держит ответственность еще за семерых. Когда появились первые слухи, он не сказал тебе. Обсудил с менеджерами, убедил их, что дальше проблем не будет. Чан бы не позволил случится чему-то плохому. У него ведь все было под контролем. Так почему? Почему те фотографии разрушили две жизни? Стоило ли оно того? А расставание? Оно стоило того, что у группы не будет проблем и их репутация не пострадает? Чан ушел тихо. Слишком тихо на самом деле. Он придушил все, что вы пытались построить. Резко сжал пальцами и сломал, превратил в пыль. Жалел? Очень. Он не хотел, чтобы так было. Наверное, другой Чан в другой вселенной все-таки умнее. Но этот Чан, настоящий, знал, что будет после слухов и фотографий. Ты бы не выдержала этого. Пусть лучше виноват будет он. Пусть ты ненавидишь его. Чан поступил правильно. Сберег тебя от ада, в который они хотели окунуть вас. Помог схватить шанс на нормальную жизнь. С кем-то обычным. Не спросил, что хотела ты. Он смотрит на телефон, экран мягко загорается, отсвечивает на тумбочке. Он знает, что там сообщение от тебя. Просьба объяснить. Мольба нарушить тишину между вами. Чан почти сдается. Но вместо того, чтобы ответить, блокирует твой контакт. А в его галлерее все еще сотня или две воспоминаний.

«любовь пустил носом по ветру.

помнится, каково было, когда, как будто домино,

рухнуло всё опять.»