Падение шиганшины

В Шиганшине стояло обычное ясное утро. Солнечные лучи золотили черепичные крыши домов, а в воздухе пахло свежескошенной травой и домашним уютом. Над городом царило редкое спокойствие — то самое обманчивое умиротворение, которое обычно предшествует буре. Казалось, великие Стены, возвышавшиеся до самого неба, вечно будут охранять этот крошечный мир.— Юна, иди завтракать! Не забывай, нам сегодня нужно сходить в лес, — звонкий голос матери донесся с первого этажа, наполняя дом жизнью.— Иду, мам! — отозвалась девочка, поправляя свои темные, растрепанные после сна волосы. Юна вихрем слетела вниз, лихо перепрыгивая через ступеньки деревянной лестницы. На кухне, залитой мягким утренним светом, её уже ждала тарелка горячих макарон с сыром. Девочка быстро ела, предвкушая прогулку, и даже не догадывалась, что это — её последний мирный завтрак. Закончив с делами, семья собралась в путь. Юна, её мама и отец вышли на главную дорогу, ведущую к лесу. Их дом находился совсем недалеко от величественных главных ворот Шиганшины. Они шли, весело переговариваясь и смеясь, наслаждаясь теплом и обществом друг друга. Именно из-за этой близости к воротам девятилетняя девочка в один миг лишилась всего...Земля внезапно вздрогнула. Оглушительный удар, похожий на раскат грома, заставил людей замереть. В следующую секунду над вершиной пятидесятиметровой стены, окутанный густыми клубами обжигающего пара, появилось оно. Безликая алая голова Колоссального титана возвышалась над каменной преградой, которая веками считалась неприступной. Мир замер, а затем взорвался криками ужаса. Колоссальный титан с чудовищной силой ударил ногой по главным воротам.

От лица Юны

Всё произошло слишком быстро. Я не успела даже осознать масштаб случившегося, как мамин крик вырвал меня из оцепенения: — Беги, Юна! Беги к пристани! Я бросилась вперед, задыхаясь от поднявшейся пыли и гари. Вокруг рушились дома, превращаясь в груды щебня. До спасительного прохода оставалось совсем немного, когда я краем глаза заметила стремительную тень. Огромный обломок стены летел прямо на меня. Страх сковал ноги, я не могла пошевелиться, глядя на приближающуюся смерть. В последний момент я почувствовала сильный толчок. Мама отбросила меня в сторону, и в то же мгновение мир померк. Удар, темнота и резкая боль в висках...Я очнулась от того, что кто-то грубо приводил меня в чувство. Это был солдат Гарнизона. Его лицо было бледным, испачканным в копоти. Не давая мне опомниться, он подхватил меня и потащил к лодке, на которой беженцы собирались перебраться за стену Роза. Уже находясь на судне среди плачущих и кричащих людей, я увидела то, что окончательно раскололо мою жизнь на «до» и «после». Бронированный титан. Он несся на внутренние ворота, словно живое стенобитное орудие. Грохот, скрежет камня — и ворота пали. Из-за него титаны, ворвавшиеся в Шиганшину, теперь открыли себе путь вглубь человеческих земель. Глядя на пылающий город, я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони до крови. «Я убью его. Я найду и уничтожу их всех до единого», — эта клятва стала моим единственным смыслом жизни. Прошло два года. Голод, лишения и холодные ночи в лагерях для беженцев только закалили мою ярость. Как только представилась возможность, я поступила в кадетский корпус. На плацу, во время первого построения, я увидела мальчика с безумным, горящим взглядом. Он кричал на весь строй, что убьет каждого титана. Я смотрела на него и понимала — мы одной крови. Затем начался обряд посвящения. Инструктор Шадис, словно демон, выкрикивал оскорбления, ломая волю тех, кто был слаб духом. Но меня его крики не пугали. Моя душа выгорела еще в тот день у ворот Шиганшины.После посвящения нас распределили по казармам. Вечерний воздух был холодным, а впереди ждала неизвестность. Завтра утром начнутся изнурительные тренировки. Завтра я начну превращаться в оружие.