Глава 7. Насладился Душем?

Суббота, 12 сентября 1998 года Нарцисса Нарцисса сидела за столом в своей приватной зоне отдыха и просматривала почту. Она получила множество сов от своих почётных детей, рассказыващих ей всё о своём пребывании в Хогвартсе. Похоже, всё шло хорошо, с учётом всех обстоятельств. К сожалению, пришло время Нарциссе ответить Люциусу. Суд над ним должен был состояться в конце месяца, и у неё были контрактные обязательства перед ним. В своём, скорее приятном, отчаянии и за неимением других занятий, он начал посылать по несколько сов в день. Нарцисса потёрла грудь от ноющей боли, когда взяла в руки и открыла последнее письмо. Цисси, Ты читаешь мои письма? Мне нужны твои заверения в том, что ты позаботилась о Визенгамоте, — только так у меня будет хоть какой-то шанс быть оправданным на суде в конце этого месяца. Кроме того, как я уже просил в многочисленных письмах, которые отправил тебе совами, я хотел бы, чтобы ты объяснила, почему я читаю статьи в «Пророке» о том, что ты отдала деньги Беллы этой мерзкой грязнокровке и её друзьям. Ответь немедленно, Л.М. Нарцисса сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и взяла маггловскую ручку, чтобы написать свой ответ. Ненавижу тебя. Ненавижу тебя. Ненавижу тебя. Мой дорогой Люциус, Прими мои извинения за задержку с ответом, я была очень занята. Боюсь, что у меня не было времени уделить внимание твоему судебному процессу, так как я помогала Драко и Тео с их собственными. Как, я уверена, ты читал в «Ежедневном Пророке», в качестве части приговора обоих обязали помочь в восстановлении Хогвартса. Задача, с которой я также помогаю, чтобы вернуть фамилии Малфой хоть какое-то подобие достоинства. Уверена, ты помнишь эту часть нашего брачного контракта. Суд над тобой назначен на 30 сентября, и я постараюсь сделать всё возможное, чтобы посетить тебя до начала судебного процесса. Цисси Нарцисса сложила письмо резкими, сильными движениями, стараясь вложить в бумагу всю свою ненависть к Люциусу. Игнорирование вопроса о деньгах Беллы было преднамеренным: Люциус посчитал бы, что она поступает безрассудно, по-идиотски и безответственно. Это были три черты, которые он терпеть не мог, хотя сам был их воплощением. Брачный контракт между ней и Люциусом был заключён, когда Нарциссе было всего три года. Кровный статус и пол лишили её всякого выбора, делая пешкой в игре, которую вели мужчины. Как следствие, именно поэтому она не разделяла убеждений своего мужа по поводу чистоты крови. Нарцисса не хотела такой жизни ни для Драко, ни для его будущей жены. Ей было очень тяжело расти, когда над головой висел брачный контракт. В школе все называли её избранницей Люциуса. Нарцисса была его собственностью и ничем больше. Как только ей исполнилось 17 лет, состоялась брачная церемония, скрепившая контракт, заставившая её остаться с Люциусом против её воли и обеспечившая соблюдение правил, оговорённых без её согласия. Нарцисса долгое время винила своего отца. Сигнус Блэк сам составил брачный контракт и даже согласился с правилом, согласно которому она должна была обеспечить Люциуса наследником мужского пола в течение трёх лет после брачной церемонии. Но Драко оказался подарком — подарком, который, как подозревала Нарцисса, что её отец знал, пойдёт ей на пользу. Нарцисса улыбнулась про себя. Ей пришлось вести долгую игру, но свобода была близка, если она сумеет правильно разыграть партию с Люциусом. — Лаки, — позвала Нарцисса. Домовой эльф сегодня носил свою шёлковую наволочку как тогу, что выглядело весьма причудливо. — Пожалуйста, отправь это совой в Азкабан. — Сию минуту, миледи! — Лаки взял письмо из её рук и с треском исчез. Теперь, когда она позаботилась о Люциусе, пришло время сосредоточиться на более важных делах: Нарцисса должна была успеть закончить подготовку посылок для своей маленькой семьи до занятия по ознакомлению с маггловской культурой, которое должно было состояться этим утром.

***

Суббота, 12 сентября 1998 года Драко Драко прислонил голову к кафельной стене душевой, крепко сжав в кулаке свой член, и сдержал стон удовольствия. Голая. Блядь. Голая. Она пытается свести меня с ума. Драко тщательно изучил фотографию «Время купания Гриффтеврана», вбирая в себя каждый кусочек обнажённой кожи на теле Грейнджер. Когда хрустальный шар забрызгал её, она вздрогнула, и в этот момент на одну крошечную вспышку мелькнула боковая часть её груди. Большинство людей не заметили бы этого, но Драко заметил. Его мышцы напряглись под струями душа, когда он стал ласкать себя сильнее. Драко не ожидал, что они окажутся обнажёнными. На самом деле, он был настолько ошеломлён, когда впервые увидел фотографию, что мог лишь молча смотреть на неё. Спасибо Салазару, Драко сидел так, что его промежность была скрыта от посторонних глаз, и прошло немало времени, прежде чем его член снова оказался под контролем. Его тело напряглось, дыхание стало прерывистым. Отчаянный стон вырвался наружу, когда он, спустя несколько движений, достиг разрядки. Я жалок. Подумал про себя Драко, наблюдая за тем, как растраченные наследники Малфоев смываются в канализацию. После этой великолепной самозабвенной утренней дрочки Драко присоединился к остальным в общей гостиной Слизерина. Близилось время их главного события субботы: еженедельного занятия по ознакомлению с маггловской культурой. — Насладился душем? — спросил Блейз с таким видом, будто точно знал, чем занимался Драко. — Я дважды насладился душем сегодня утром, — сказал Тео, ухмыляясь, как идиот. — Отвали, — Драко плюхнулся в кресло, намеренно избегая весёлых взглядов на лицах друзей. Пэнси внимательно наблюдала за ним, прежде чем заявила: — Я очень надеюсь, что буду рядом, когда твой отец узнает, что ты хочешь трахнуть магглорождённую. Блейз и Тео разразились хохотом. — Было гораздо проще, когда мы с Грейнджер ненавидели друг друга, — отрицать это было бессмысленно. — Но ты ведь никогда не ненавидел её по-настоящему, верно? Она была умнее тебя, и ты ненавидел, что папочка наказывал тебя за то, что тебя обошла магглорождённая, — Блейз не ошибался: отец Драко неоднократно наказывал его, когда узнавал, что Грейнджер снова стала лучшей на курсе. — А ещё тебя покоряет то, как она отличается от других девушек, — добавила Пэнси. Очевидно, это было утро «давайте все проанализируем Драко», как чудесно. — Тебе нравится, что Грейнджер не говорит тебе то, что ты хочешь услышать, и тебе особенно нравится, что она не заискивает перед тобой, чтобы попасть в твоё хранилище. Чёрт, мы все видели, как загораются твои глаза, когда она огрызается или отчитывает тебя. — Драко не покорный, — рассмеялся Блейз. Блейз и понятия не имел. — У Драко встаёт, когда Грейнджер проявляет напористость, — сказал ему Тео. Тео был слишком осведомлён. — Я не знал, что сегодня утром мы будем анализировать мои извращения. Может, перейдём к моей любви к верёвкам? — спросил Драко. — Мерлин, помните Святочный бал? Почему Тео всегда вспоминает Святочный бал?! — Как будто нужно напоминать мне о той ночи, — надулась Пэнси. Блейз прочистил горло и, как полагал Драко, подражая ему, начал сыпать очевидными цитатами: — Ты видел Грейнджер? Кто бы мог подумать, что её волосы могут быть чем-то иным, кроме как птичьим гнездом? Почему Грейнджер здесь с Крамом? Грейнджер знает, насколько Крам старше её? Крам такой извращенец, что, если об этом станет известно, это разрушит его карьеру. Крам даже не может правильно произнести имя Грейнджер. Крам мог бы выбрать любую девушку, почему же он выбрал Грейнджер? Драко послал жалящее заклинание в промежность Блейза. Пока Блейз корчился от боли, Драко спокойно обратился ко всем. — Что ж, учитывая историю моих отношений с Грейнджер, думаю, мы все согласимся с тем, что у меня никогда не будет возможности воплотить в жизнь свои развратные фантазии, так что давайте просто оставим эту тему. — Ты прав, Грейнджер чертовски хороша для тебя, — сказала ему Пэнси. — Ты только что сделала ей комплимент? — спросил Драко, приподняв бровь. — Отвали.

***

Среда, 16 сентября 1998 года Джинни Джинни нервно окинула взглядом библиотеку и достала письмо, полученное утром. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой, возможно, кто-то сыграл с ней шутку... Нет. Письмо было скреплено официальной печатью клуба. «Холихедские Гарпии» пригласили Джинни встретиться с ними, чтобы обсудить возможность участия в команде. Джинни знала, что иногда они посылают скаутов на школьные игры, но, учитывая, что в прошлом году ей довелось сыграть лишь в нескольких матчах по квиддичу, это было совершенно неожиданно. Её руки задрожали, когда она ещё раз просмотрела письмо, пытаясь убедить свой мозг, что это не шутка. Джинни раздумывала над тем, чтобы поделиться новостями, но не могла заставить себя сделать это. Это была лишь первая встреча; она не хотела обнадёживать себя или сталкиваться с чужим сочувствием или, что ещё хуже, разочарованием, если это ни к чему не приведёт. Её пригласили встретиться с директором клуба и помощником тренера в субботу 17 октября на тренировочной базе «Холихедских Гарпий», недалеко от Бейквелла в Пик-Дистрикт. Джинни пришлось бы аппарировать, потому что от поездок на большие расстояния по каминной сети её тошнило. К сожалению, аппарирование требовало знания местности, в которую ты направляешься, а Джинни не была знакома с Бейквеллом. — Всё в порядке? — спросила Гермиона, садясь напротив Джинни. — Да, — Джинни постаралась вести себя непринуждённо, засовывая письмо от «Холихедских Гарпий» в конец учебника по чарам, подальше от посторонних глаз. — Это ведь не от твоей мамы? — глаза Гермионы были устремлены на учебник, где только что исчезло письмо. — О, нет, — Джинни поспешила придумать оправдание: — Это просто друг семьи приглашает меня в гости. Для этого нужно поехать в Пик-Дистрикт, но я там раньше не была, так что мне будет сложно аппарировать. — Я бывала несколько раз в Пик-Дистрикт. Куда тебе нужно попасть? — В Бейквелл, — с надеждой ответила Джинни. — О, прости, если мы и посещали Бейквелл, я его не помню, — с извиняющимся видом сказала Гермиона, прежде чем добавила: — Может, спросить Тео? Он говорил о том, что Нарцисса нанимала разрушителей проклятий для работы в поместье Ноттов. Уверена, он говорил, что поместье находится в Пик-Дистрикт... Уверена, тебе будет приятно побыть с ним наедине. Гермиона явно пыталась скрыть улыбку, открывая учебник по трансфигурации. Джинни усмехнулась: — Он, наверное, свёл бы меня с ума своими бесконечными шутками. На самом деле Джинни очень нравились шутки Тео. — Ммм… — был ответ Гермионы.

***

Четверг, 17 сентября 1998 года Тео — Я не стану «почти целовать» тебя, Нотт. Вы с Драко можете заняться поцелуями, я буду читать книгу, а Пэнси может плавать на спине, — Блейз был таким занудой. — Почему нет? Мы должны играть роли наших дам, а значит, это я и ты! — настаивал Тео. — Во-первых, Джинни не твоя дама. Во-вторых, Парвати ещё не моя дама, а в-третьих, почему бы мне не почти поцеловать Драко, Пэнси не почитать книгу, а тебе не поплавать на спине? — парировал Блейз. — О, значит, Драко ты почти поцелуешь, а меня нет? — надулся Тео. — Конечно поцелует, Тео. У Блейза есть вкус, — сказал ему Драко, поедая сэндвич с сыром. — Заткнись. Уизлетта идёт, — огрызнулась Пэнси. Тео почувствовал прилив адреналина, когда поднял голову и увидел, как его любимая рыжеволосая направляется к столу Слизерина. — Тео, ты закончил свой обед? Я хотела спросить тебя кое о чём, если у тебя есть минутка, — Тео едва мог поверить в слова, вырвавшиеся из уст богини. Окей, Тео. СЫГРАЙ. ЭТО. КРУТО. Тео встал, расплескав свой тыквенный сок по наполовину съеденным бутербродам. Это был не самый лучший его момент. — Упси! — он быстро взмахнул палочкой, чтобы убрать беспорядок. Пэнси прыснула от смеха. — Ты только что сказал «упси»? Да что, блядь, с тобой такое?! — Так много всего, — заметил Драко, бросив на Тео лукавый взгляд. Чёртов Драко. — В любом случае, да, моя любимая Уизли, я закончил. Пожалуйста, не стесняйся делать со мной всё, что захочешь, — Тео очень надеялся, что она сделает с ним что-нибудь грязное. Парень мог помечтать. — Иди за мной, идиот. Многообещающе... Джинни провела его через вестибюль во внутренний двор к скамейке, которая была довольно уединённой. Определённо многообещающе... — Итак, я разговаривала с Гермионой, и она упомянула, что поместье Ноттов находится в Пик-Дистрикт? — Это в Лейк-Дистрикт, а не в Пик-Дистрикт, — подтвердил Тео, гадая, куда заведёт этот разговор. — А, ясно, неважно тогда, — Джинни с разочарованным видом заправила прядь волос за ухо. Тео не мог этого допустить. — Почему? — поинтересовался он. — Меня пригласил друг семьи на одно мероприятие, но это в Пик-Дистрикт, а я там никогда не была, так что аппарировать будет проблематично. Люди частенько недооценивали Тео, особенно потому, что он использовал своё чувство юмора как способ справиться с травмой. Слова его психотерапевта, а не его. Но была одна вещь, в которой он был очень хорош, — это умение читать других людей. Все его чувства подсказывали ему, что Джинни лжёт. — Ну, я уже не раз бывал в Пик-Дистрикт. А куда тебе нужно? — спросил Тео, подыгрывая. Его королева мгновенно просияла. — Бейквелл. Ты знаешь его? ОУ. Была только одна причина, по которой волшебники посещали преимущественно маггловский городок Бейквелл, и это были «Холихедские Гарпии». Тео много раз посещал тренировочную площадку, или, если быть более точным, сувенирный магазин. Особенно в тот год, когда Тео был очарован Уиллоу Джонс, загонщиком команды. То, как она размахивала битой... — Вообще-то я его хорошо знаю, — сообщил Тео Джинни, самодовольно ухмыляясь. — Можешь взять меня с собой? Я была бы очень признательна. Я бы воспользовалась камином, но от дальних путешествий по камину меня тошнит. — Я с удовольствием сопровожу тебя в Бейквелл. Может, отправимся в это воскресенье? — Тео изо всех сил старался не выглядеть слишком взволнованным, хотя широкая улыбка на его лице говорила о том, что ему это плохо удаётся. — Это было бы потрясающе! Спасибо, Тео, — сказала Джинни, а затем сделала нечто очень неожиданное: она наклонилась вперёд, обхватила его за шею и заключила в объятия. Тео охотно ответил ей взаимностью, при этом нахально вдыхая запах её волос — жасмин поглотил все его чувства. Мерлин, он обожал этот запах. К сожалению, Джинни отпустила его гораздо раньше, чем хотелось бы Тео. Она сказала ему, что увидится с ним на Зельях, и убежала, чтобы передать что-то Лонгботтому. Тео улыбнулся про себя, откинувшись на спинку скамейки. Итак, получается, что его королеве, которая была до смешного хороша в квиддиче, понадобилась его помощь, чтобы добраться до Бейквелла, где находился стадион и тренировочные площадки «Холихедских Гарпий». Интересно...

***

Пятница, 18 сентября 1998 года Гермиона Гермиона нервничала. Это была такая нервозность, от которой сводило желудок, и поэтому становилось очевидным, что еда уже не была вариантом. Гермионе придётся поесть позже. Если команда «Проблемные Папочки» (нелепое название) выложилась по полной, в чём она не сомневалась, то вскоре она увидит гораздо больше Малфоя, чем когда-либо прежде. Это только подогревало её фантазии. К своему стыду, Гермиона не раз прикасалась к себе, воспоминая о том, как Малфой сказал ей, что купит новую книгу. Он годами издевался надо мной. НИ ЗА ЧТО на свете он не захочет магглорождённую... не то чтобы его больше волновал статус крови... СТОП. Годрик, Гермиона, возьми себя в руки. — Я не видела тебя на ужине, Гермиона, — мечтательный голос Луны прервал размышления девушки. Луна присоединилась к ней в кабинете, который они использовали для встреч фотоклуба, а Пэнси шла следом, молча наблюдая за Гермионой своими стальными зелёными глазами. — Я не была голодна. — Следи за собой во время посиделок в Неофициальном Винном Клубе, Грейнджер. Я не стану поднимать тебя с пола, если ты упадёшь в обморок от выпитого на голодный желудок, — Пэнси, на самом деле, произнесла это предложение без ругательств, что было немалым достижением. — Принято к сведению. Вошёл Тео, возбужденно болтая с Блейзом и Парвати, выглядящими позабавленно. Через мгновение появилась Джинни и ласково улыбнулась Тео, словно он был милым щенком, которого ей подарили. — Где, чёрт возьми, Драко? — спросила Пэнси у остальных слизеринцев. — Наверное, принимает превентивный душ, — пробормотал Блейз. — Я прямо здесь, — донёсся со стороны двери стальной ничего не выражающий голос. Малфой вошёл и занял своё место за столом. Он бросил на Блейза взгляд, который, как догадалась Гермиона, означал, что за этот комментарий он поплатится позже. — Итак, дамы, настал момент, которого вы все ждали, — Тео с волнением достал фотографию и положил её на стол перед ними. У Гермионы скрутило живот, когда она наклонилась вперёд, чтобы взглянуть. Она чувствовала на себе пристальный взгляд Малфоя, и это нервировало её, но она старалась не подавать виду. Малфой повторял её позу: склонился над книгой, выставив напоказ часть своего тела. Её дыхание участилось, когда она рассматривала его кремово-белую кожу и тонко очерченные мускулы. Когда до него долетели брызги от хрустального шара, все его мышцы напряглись. Годрик, помоги мне. Лучший подарок на день рождения. Гермиона оторвала взгляд от Малфоя, чтобы быстро изучить остальную часть фотографии. Были внесены некоторые изменения: Пэнси левитировала хрустальный шар, а когда Тео вынырнул из воды и двинулся вперёд, чтобы поцеловать её, она совершенно явно собиралась ударить его по лицу. Картинка обрывалась как раз перед ударом, но Гермиона была уверена, что после этого щека Тео должна была гореть. Блейз делал заплыв на спине с прикреплённой к промежности уткой, вдвое большей той, что она подарила Луне. Плакса Миртл решила снова сделать лебединый прыжок, но вместо того, чтобы нырнуть в середину ванны, она опустилась в воду прямо рядом с Малфоем. — Немного переборщил здесь, Блейз, — рассмеялась Парвати, указывая на увеличенную утку. — Паркинсон, ты действительно ударила его? — Джинни явно покраснела. Слава Годрику, что Гермиона была не единственной пострадавшей. — Да! — воскликнул Тео, надувшись и глядя на Джинни. — Пэнси ударила меня очень сильно. Поцелуешь лучше? — Ааа, окей, — Гермиона была на мгновение ошеломлена, пока Джинни не схватила руку Пэнси и не поцеловала её. Все разразились хохотом, кроме Тео, который притворился обиженным. — Какую книгу ты читаешь? — спросила Гермиона у Малфоя, отчаянно надеясь, что её голос не выдаст, насколько она неравнодушна. — Вот эту, — Малфой достал книгу из-под мантии: — Это тебе, с завтрашним днём рождения. О, грёбаный ад. Слава богу, Гермиона уже сидела: она почувствовала слабость, когда взяла книгу из протянутой руки Малфоя. Это был немного устаревший, но всё ещё прекрасно выглядевший экземпляр «Автобиографии Ньюта Скамандера» в твёрдом переплёте. — Как ты узнал, что завтра мой день рождения? — спросила Гермиона, перелистывая книгу, чтобы рассмотреть её. Её сердце заколотилось: — Подожди, это что, первое издание?! Малфой выглядел довольным собой. — Да, а ещё она подписана и проиллюстрирована самим Ньютом Скамандером. Если ты перевернёшь страницу 12, то увидишь маленький рисунок демимаски. Гермиона была не в себе. Она открыла рот, закрыла его, потом снова открыла, но слова не выходили. Джинни вздохнула: — Да пошёл ты, Хорёк, из-за этого сахарные перья, которые я ей подарила, теперь выглядят жалко. Гермиона, наверное, не отказалась бы от сахара, учитывая, как сильно у неё кружилась голова. — Я чуть было не передумал отдавать её тебе, — сказал ей Драко с обиженным видом. — Миртл не оставляла меня в покое, и я подвергся насилию со стороны этих призрачных рук. Гермиона закашлялась от смеха; к счастью, это помогло ей выйти из состояния шока, в котором она пребывала. — Спасибо, Малфой. Честно говоря, это... невероятно. — Да, но в следующий раз, когда будешь читать в ванной, наложи на неё защитные чары, — Малфой улыбнулся ей, и Гермионе пришлось поёрзать на своём сиденье, чтобы снять напряжение между бёдер. Годрик, это плохо. — Перед началом Неофициального Винного Клуба мы должны выставить эти фотографии у Большого зала, чтобы наши обожаемые поклонники могли проголосовать! — Джинни была в восторге от этой идеи. — ...и чтобы МакГонагалл, вероятно, могла распустить клуб, — грустно добавил Блейз. — Надеюсь, что нет! — Луна состояла в четырёх клубах, но было приятно, что этот нравился ей настолько, чтобы грустить по поводу его возможного распада. — Никакие правила не были нарушены, хотя МакГонагалл, возможно, захочет добавить несколько после этого, — голос Малфоя должен был сопровождаться предупреждением. — Как люди будут голосовать? — спросила Парвати. — О, у меня есть решение для этого, — заметила Гермиона, доставая два галлеона, похожие на те, что они использовали для Отряда Дамблдора. — Мы можем прикрепить их рядом с каждой фотографией. Чтобы проголосовать, нужно просто коснуться палочкой галлеона и в середине появится цифра, фиксирующая общее количество голосов. Галлеоны связаны между собой, так что люди смогут проголосовать только один раз. — Гениально, — Тео взял одну из монет и начал её рассматривать. — Так мы общались во времена правления Амбридж. Одурачили вас всех, её драгоценный Отряд Неполноценных, — Джинни подтолкнула Тео локтём. — Хах, — заметил Малфой, беря другую монету для изучения. При этом его пальцы коснулись руки Гермионы, отчего по её коже побежали мурашки. — Так вот, как ты это сделала... умно. Гермиона почувствовала, как её щеки загорелись от похвалы. — В Большой зал! — объявил Блейз. Закончив расставлять всё по местам, группа отступила назад, чтобы полюбоваться своей работой. Парвати создала табличку с надписью «Конкурс Фотоклуба Хогвартса — РАУНД 1 — Голосуйте сейчас!», а затем краткие инструкции, фотографии и зачарованные галлеоны. Остальные студенты, входя в Большой зал, точно бы не пропустили эту надпись. Некоторые студенты даже остановились, чтобы посмотреть, как всё устроено, и теперь оживлённо переговаривались, жестами указывая на фотографии. Гермиона отчаянно надеялась, что МакГонагалл увидит в этом забавную сторону.