Они были рядом..- и этого было достаточно.(Баки)

Это был обычный день. Что в башне Старка, как известно, значит «не взорвалось ничего особенно ценного». Никто не кричал, не спорил, даже Тони был подозрительно тих. Баки не любил такие дни. Он стоял на балконе, руки — железная и живая — покоились на перилах. Глаза — на город внизу. Ужасно живой. Пугающе настоящий. Он знал, каково это — падать. А ещё хуже — каково это, когда не знаешь, хочешь ли остановиться. — Джарвис, если это ты, скажи Тони, что я всё ещё не хочу играть в чёртов биллиард, — хрипло бросил он, не оборачиваясь, когда услышал лёгкий шорох динамиков. — Учитывая угол освещения и температуру кожи, я бы предположил, что вы — расстроены, сержант, — вежливо отозвался голос из воздуха. — Однако в качестве милосердного ИИ предпочту промолчать. Ваши координаты уже переданы нужным людям. Не благодарите. Баки только усмехнулся. Умная, чертовски заботливая железка. Его любимая железка, если быть точным. Через несколько секунд дверь сзади скользнула в сторону. — Я ведь говорил тебе, что ты можешь звать нас, когда... ну, вообще когда угодно, — сказал Стив. Он подошёл не вплотную — оставил пространство, как человек, который знает, где у другого заканчивается воздух. — Не нужно стоять одному. Мы здесь. Баки покосился на него краем глаза. — Ты всё ещё тот же? — тихо спросил он. — Всё ещё веришь, что можно просто... жить? — Возможно, — Стив пожал плечами. — Я просто надеюсь, что однажды ты поверишь в это тоже. На полу с лёгким стоном из ниоткуда появился Клинт. Прислонился спиной к стеклу, вытянул ноги. — Ну и ну, Баки. Я, конечно, мастер стелса, но даже я заметил, что ты как-то чересчур затих. Подумал, стоит на всякий случай притвориться мебелью. Баки вскинул бровь. — Мебелью? — Ну, чтоб не напрягать, знаешь. Просто посидеть рядом и выглядеть... антуражно. Пауза. — Ты не против, если я буду твоим дизайнерским креслом? Баки фыркнул. Нечаянно. Первый звук, который не звучал как боль. Следующей появилась Наташа. Без звука, как тень. В руке — стакан кофе. Протянула его без слов. Только взгляд — прямой, спокойный. Тот, который говорит: «Я здесь. И мне не нужно объяснений». Баки взял. Глотнул. Чёрный. Горький. Именно как он пил. Она знала. — Ты ведь думаешь, что мы не видим, — тихо произнесла она. — А мы видим. Просто не давим. Никто из нас не идеален, Барнс. Но ты — не один. Баки смотрел в чашку, как будто в ней был ответ. Не находил его. — А я... вообще не знал, можно ли приходить вот так, — раздался знакомый, нервный голос с подоконника. Питер болтал ногами и теребил рукав худи. — Ну, типа... к вам я ведь обычно... просто, знаете, всех достаю. А тут... Вы не такой. Серьёзный. Крутой. Иногда страшный, честно говоря. Баки поднял на него взгляд. Питер сглотнул. — Но я всё равно пришёл. Потому что, ну, типа... если вы мне однажды сказали, что я не бесполезен, значит вы тоже не должны быть один, когда вам хреново. Это как, эм, взаимность. Геройская версия. И снова — пауза. Настоящая. Почти священная. Пока дверь снова не открылась. — И кто это устроил посиделки без меня? — проворчал Тони, появляясь с планшетом в руке и отсутствующим выражением лица. Он бросил что-то Баки. Тот поймал. Маленький металлический модуль. — Улучшение для локтя. Смягчение удара и автоподстройка под нагрузку. Технически — бета-версия. Так что если у тебя начнёт чесаться в душе, это, возможно, я случайно установил тебе эмоциональные рецепторы. Баки смотрел на него. Потом — на модуль. — Спасибо, — тихо сказал он. Совсем тихо. — Пф, не вздумай. Просто не падай с крыши, ладно? Это будет... дорого. Все молчали. Но это было хорошее молчание. Тёплое. Не напряжённое, не полное слов, которые боишься сказать. Просто... присутствие. И в этом присутствии Баки позволил себе выдохнуть. Впервые. По-настоящему.