Часть 3

Хеймитч не видел девочку до тех пор, пока она не облила его водой в день «Победного тура». Он удивился, что Китнисс вспомнила, как он просил её разбудить его до приезда камер. Ещё больше Хеймитч удивился тому, что она сделала это несмотря на то, что они не разговаривали с тех пор, как он велел ей покинуть его дом. Ровно месяц. Однако, она пробыла там недолго, мальчик принёс хлеб, и между ними было так холодно, что стало ясно: она не последовала его совету. Мальчик ушёл вскоре после неё, дав Хеймитчу достаточно времени, чтобы привести себя в порядок. Мальчик и девочка. Отныне, он их будет называть так. Она всего лишь девочка. Ребёнок. Которому пришлось рано повзрослеть. Да, фактически она уже совершеннолетняя. Через неделю ей восемнадцать. Но она все еще ребенок. Почему-то надо напоминать себе об этом… У нее все еще впереди. Надо просто помочь ей не превратиться в него. Месяц Китнисс к нему не приходила. Значит, и не напивались. Вряд ли она бы это делала дома рядом с Прим. Это хорошо… Надо ее чаще прогонять от себя. Иначе она погибнет. Рядом с ним все гибнет… Поезд вез их в Одиннадцатый дистрикт. Эффи что-то бесконечно болтала, дала ребятам карточки с текстом для выступления. Рассказывала, что нужно сказать, где улыбнуться и как целоваться. От этого бесконечного потока слов у Хеймитча разболелась голова и вскоре он ушел в свое купе. Вечером, когда он уже больше был в отключке, чем в сознании, дверь купе открылась и вошла она. — Можно? — девочка обычно никогда не спрашивала. Это напрягло. — По-моему, ты уже и так вошла, солнышко. — ответил бывший ментор. Китнисс кивнула, подошла к нему и села рядом на кровать. Она была хмурой. — Китнисс? — обеспокоенно спросил он. — Ко мне приходил президент Сноу. Прямо домой. Он рассказал о восстаниях в дистриктах. Сказал, что это моя вина… Что я… Я… Если я не справлюсь, он убьет всю мою семью, Хеймитч! Мне надо доказать всем, что я глупая влюблённая, а не мятежница! Но я… Я боюсь не справиться… — Китнисс начала всхлипывать. Мужчина обнял ее за плечи и прижал к себе. — Все будет хорошо, детка… — Я не справлюсь без тебя со всем этим… Помоги мне пережить этот Тур… — зашептала она. — Нет, Китнисс, — она всё ещё не понимала, — Дело не только в этой поездке. Даже если ты справишься, они вернутся через несколько месяцев, чтобы забрать нас всех на Игры. Вы с Питом теперь будете наставниками каждый год. И они постоянно будут вспоминать о вашем романе, транслировать подробности вашей личной жизни, и ты никогда, никогда не сможешь делать ничего, кроме как жить долго и счастливо с этим парнем. — холодная жестокая правда, которую он изложил ей, причинила боль, он видел это по тому, как её глаза ещё больше наполнились слезами. — Ты понимаешь, что я имею в виду? — спросил Хеймитч, потому что ему нужно было знать, что она понимает. Ей нужно было любить этого мальчика. И ей нужно было перестать смотреть на него так, будто он только что разбил ей сердце. Через мгновение Китнисс молча кивнула. — Все, пора спать. Иди, — сказал он ласково, чмокнув ее в лоб. Он сам не ожидал от себя такого действия. Но оба сделали вид, что это нормально, и она, попрощавшись, вышла из купе. Алкоголь. Ему срочно нужен алкоголь. Хотя стоп! Нет… Он должен оставаться в сознании. Ей нужна будет поддержка. Ум должен быть ясным. Хеймитч тяжело вздохнул и поставил бутылку обратно на стол. Судя по всему, ночь будет длинной. Выступление в Одиннадцатом дистрикте закончилось катастрофой. Прозвучали звуки выстрелов. Пита и Китнисс затолкали в здание, захлопнув за ними дверь. Раздалось еще два выстрела. Китнисс впала в истерику и пыталась прорваться из здания, чтобы помочь людям. Пришлось ее удерживать силой и тащить наверх. Мы нашли укромное место для разговора, где Пит рассказал обо всем, что произошло. Черт… Неужели было сложно читать по бумажкам Эфии?! Пит был невероятно зол, что Китнисс его снова не посвятила во всю ситуацию, а рассказала лишь после выступления. — Если бы я знал раньше, я бы не обещал людям деньги! — рявкнул он. — Прости… Я просто боялась… Моей семье угрожали и я… — жалобно пищала девушка. — Я осмелюсь тебе напомнить, Китнисс, — грубо перебил ее мальчик, — Что не только у тебя есть СЕМЬЯ! Ты тоже обо всем знал? — обратился он уже к Хеймитчу. Тот кивнул. — Ну чудесно! Как обычно! У вас двоих вечно от меня секреты! Я же, видимо, совсем никчёмный и тупой, раз меня не надо посвящать в ваши грандиозные планы?! Как тогда на арене… — прорычал парень, стукнув кулаком в стену. Он был зол. И Хеймитч не мог его в этом винить. — Даже на арене у вас двоих была какая-то система, не так ли? То, чего я не знал! Хеймитч знал, что должен чувствовать себя виноватым, но когда девушка заговорила, он ощутил совсем другое. — Нет. Не официально. Я могла понять, чего Хеймитч хочет от меня, по тому, что он отправлял или не отправлял. — Ну, у меня никогда не было такой возможности. Потому что он ничего мне не присылал, пока не появилась ты, — в голосе Пита звучала горечь, и это было справедливо, но он должен был понимать, что наставнику приходится принимать трудные решения. Он не знал, сможет ли вернуть их обоих домой, поэтому пришлось выбирать. — Пит… — начал было Хеймитч, но парень поднял руку вверх, приказывая замолчать. — Я все понимаю, Хеймитч. Правда. Тебе надо было выбрать одного из нас и ты выбрал ее. Я бы тоже так сделал. Но сейчас не Игры. И из-за наших ошибок пострадают люди! Я лучше Китнисс держусь перед камерами. Лучше импровизирую. Все, чего я прошу от вас обоих, это ставить меня в известность! — Хеймитч кивнул. — С сегодняшнего дня ты будешь в курсе всего. Даю слово. — Очень бы хотелось в это верить… — буркнул парень и ушел прочь, громко хлопнув дверью. — Ты правда выбрал спасти меня? — спросила Китнисс, внимательно глядя в глаза ментора. Хеймитч понимал, что не стоило бы в это ввязываться, признаваяст в таком вслух. Но она явно не отстанет, не услышав ответ. — Да, детка. Я выбрал тебя. — Почему? — выдохнула Китнисс. Хеймитч хотел сказать ей, что только один из трибутов мог выбраться оттуда живым. Что до того, как изменились правила, она была его лучшим шансом, и Пит всё равно отдал бы за неё жизнь, что было очевидно. Он хотел сказать, что быть наставником — значит делать трудный выбор, ведь у него не так много спонсорских денег. Но вместо этого он смог лишь сказать: — Ты же знаешь, почему… Дальше Тур Победителей проходил без происшествий. Ребята все читали с карточек. К чести девушки, она стала лучше играть свою роль. После их разговора в 11-м дистрикте, она очень старалась, особенно на ужинах в каждом округе. Они с мальчиком разговаривали и смеялись, танцевали и целовались, и их всегда ловили, когда они пытались улизнуть, чтобы побыть наедине. Если бы он не знал их лучше, то поверил бы в их маленькую игру. Оставалось надеятся, что Сноу поверит в их притворство. Китнисс выглядела неважно. Она плохо спала. Каждую ночь он слышал крики, доносящиеся из ее купе. Пару раз он даже порывался ворваться туда и разбудить девушку. Но внутренний голос всегда его останавливал. Если его увидят ночью в ее купе, пойдут нежелательные слухи. Это опасно. Один неверный шаг запорет всю Игру. Поэтому ее должен успокаивать только Пит. Но дни пролетали, а парень почему-то к ней не приходил. И Хеймитч каждую ночь метался по своему купе из угла в угол, слушая эти крики и не имея возможности ей помочь. Это убивало его изнутри. Как-то в пятом дистрикте он поймал пацана за рукав. — Ты не слышешь ее криков?! — Как же… Их весь поезд слышит… — Тогда какого черта ты не приходишь к ней, чтобы разбудить и успокоить?! — рявкнул бывший ментор, — Помнится, когда вы возвращались с Игр, ты из ее купе не вылазил ночами… — Я приходил к ней, ясно?! Она меня выпроводила. Сказала, что сама справится. Я не могу помочь тому, кому моя помощь нахрен не нужна! — закричал парень и, вырвав свой рукав из хватки ментора, ушел прочь. Крики продолжались. Китнисс ходила с огромными синяками под глазами. Она мало спала, а если и засыпала, ее мучали кошмары. Она катастрофически не справлялась. Не помогало даже снотворное, которое давала ей Эффи. Она кричала. Каждую ночь. Звала Руту. Прим. Это было невыносимо. В купе мужчины кто-то забарабанил в дверь. Открыв, Хеймитч увидел на пороге Эффи. — Ты что, ее не слышишь?! — возмутилась женщина. — Это разве возможно? — Хеймитч… Ей нужна помощь. Иди к ней. — Почему я? — Потому что Пит, какого-то хрена, этого не делает! — громко зашептала Эффи. И тут же испуганно прикрыла рот рукой. — Эффи! А как же манеры? — поддразнил ее Хеймитч. Снова раздался душераздирающий крик Китнисс и желание шутить мигом улетучилось. — Я не знаю, что между ними двумя происходит. Видимо, поругались… Но она одна не справляется… — продолжила Эффи. — Так иди к ней ты! — Мы не настолько близки, она меня прогонит, — сказала женщина. Это была правда. — Иди к ней… — И как это будет выглядеть со стороны? Что я прихожу ночью в купе молодой девушки? Тут же персонал капитолия. Если кто заметит, пойдут слухи… — Не переживай, это я беру на себя. Закрою рот любому, кто посмеет что-то гадкое сказать, — ответила бойко Тринкет. Все-таки есть за что ее уважать. Мужчина кивнул и отправился в купе Китнисс.