Глава 30

Глава 30.

6 месяцев беременности. Оперативный зал МАКУСА.       Яркие лучи утреннего солнца пробивались сквозь высокие окна оперативного зала, освещая хаотичное движение авроров. В воздухе витал знакомый аромат свежезаваренного кофе, перемешанный с едва уловимым запахом пергамента и волшебных чернил.       Гермиона Грейнджер, директор МАКУСА, с трудом протискивалась между столами, её слегка округлившийся живот то и дело задевал за стопки документов. - Директор в здании! - громогласно объявил Санчез, её заместитель с татуировкой "Мама не одобряет" на бицепсе. С театральным взмахом руки он швырнул в воздух горсть волшебного конфетти, которое тут же вспыхнуло синим пламенем, рассыпаясь искрами над головами изумлённых авроров.       Гермиона замерла на месте, её карие глаза расширились от ужаса, когда несколько горящих искр опустились на стопку архивных документов 1893 года. - Санчез! - её голос прозвучал так резко, что несколько авроров инстинктивно пригнулись за столы. - Это оригинальные протоколы суда над Грин-де-Вальдом!       Мексиканец поспешно выхватил палочку и начал тушить заклинанием последние искры, оставляя в воздухе лёгкий аромат жжёного пергамента. Его смуглое лицо расплылось в виноватой ухмылке. - Ну зато красиво было, да, шеф? - он почесал затылок, смущённо оглядывая слегка обгоревшие документы. - Я вчера новое заклинание вычитал, хотел сделать сюрприз...       Гермиона глубоко вздохнула, мысленно считая до десяти. Её пальцы непроизвольно сжали папку с документами так, что костяшки побелели. Она закрыла глаза на мгновение, чувствуя, как один из близнецов легко толкается в ответ на её волнение. - Ладно, - наконец сказала она, осторожно устраивая живот между двумя стопками бумаг на своём рабочем столе. - Давай сегодняшние отчёты. И... - она бросила на Санчеза предупреждающий взгляд, - без фейерверков.       Томпсон, её рыжеволосая помощница, щёлкнула пальцами, и над столом всплыли голубоватые голограммы текущих дел. Её зелёные глаза весело блестели, когда она начала доклад: - Во-первых, фермер Хагрид-младший снова попался на продаже мандрагор магглам. - Она провела пальцем по голограмме, увеличивая изображение. - На этот раз он позиционирует их как "экологически чистые будильники с функцией ароматерапии". Упаковка, кстати, просто очаровательна - розовые коробочки с бантиками.       Гермиона прикрыла глаза ладонью, чувствуя начинающуюся головную боль. Её живот слегка дёрнулся - то ли от смеха, то ли в знак солидарности. - О боги... - прошептала она. - Он хотя бы предупреждает, что они орут? - Ну... - Томпсон покраснела, - там мелким шрифтом написано: "Может вызывать лёгкий дискомфорт при пробуждении".       Картер, самый молодой аврор в команде, нетерпеливо поднял руку, словно на уроке в Хогвартсе: - А у меня новое дело! В Сан-Франциско объявился оборотень-веган! В зале воцарилась тишина. Гермиона медленно подняла бровь: - Повтори, пожалуйста? - Оборотень-веган, босс! - Картер с энтузиазмом размахивал руками. - Клянётся, что в полнолуние кусает только овощи. Вчера чуть не откусил ухо патрульному, который попытался сорвать кочан капусты на фермерском рынке!       В зале раздался сдавленный смех. Даже Гермиона не смогла сдержать улыбку, хотя тут же попыталась принять строгое выражение лица. Она перевела взгляд с Картера на Томпсон, затем на Санчеза, который уже доставал из кармана что-то подозрительно дымящееся. - Знаете что? - она вздохнула, потирая виски. - Пусть ест свои овощи. Но... - её голос стал опасным, когда она подняла глаза, - если он хоть раз прикусит моего аврора... я лично объясню ему разницу между кабачком и его собственной печенью. Санчез поёжился, пряча дымящийся предмет обратно в карман: - Напоминаю себе никогда не злить беременную Гермиону Грейнджер. - Умный мальчик, - она улыбнулась, поправляя очки. - Теперь кто-нибудь принесите мне что-нибудь съедобное. Эти двое снова бунтуют. 7 месяцев. Обеденный перерыв.       Солнечные лучи мягко падали на стол в комнате отдыха, где Гермиона устроилась с папкой документов. Томпсон скептически разглядывала содержимое её тарелки: три одинокие виноградины и единственный крекер, выглядевший особенно жалко на фоне огромных бутербродов остальных авроров. - Босс, - Томпсон покачала головой, её рыжие кудри колыхнулись при этом движении, - это вообще считается едой? Ты же кормишь двоих!       Гермиона вздохнула, осторожно откусывая крошечный кусочек крекера. Её живот тут же ответил лёгким, но решительным толчком. - Видите? - она показала на живот. - Это всё, что они позволяют мне съесть без бунта.             Вчера я осмелилась съесть половинку бутерброда, и они устроили мне такую акробатику, что я думала, они все ребра переломают.       Санчез с хитрой ухмылкой протянул плитку шоколада "Чокобомба" - её любимого сорта с взрывной карамелью внутри. - А если вот это?       Гермиона посмотрела на шоколад с таким же благоговением, с каким когда-то смотрела на "Дары смерти". Она перевела взгляд на свой живот, затем снова на шоколад. Внутренняя битва между разумом и желанием длилась ровно три секунды. - ...ладно, но только маленький кусочек, - наконец сдалась она, срывая обёртку.       Через пять минут Гермиона доедала третью плитку, а вокруг неё собралась вся команда, наблюдавшая за этим зрелищем с обожанием. Картер даже достал камеру-мгновеник, чтобы запечатлеть момент, как их обычно сдержанный директор с довольным видом облизывает шоколад с пальцев. - Я думала, у меня есть сила воли, - вздохнула Гермиона, вытирая уголки рта салфеткой. - Забудь про силу воли, - Томпсон засмеялась, поправляя очки. - Ты носишь двух будущих волшебников. Они диктуют свои условия! И если честно... - она понизила голос, - я бы тоже объявила бунт, если бы меня кормили одними крекерами. - Да, - кивнул Санчез, разливая всем кофе, - и если их условия - это шоколад, то слава Мерлину! Кстати, босс, - он подмигнул, - у меня есть ещё одна плитка...       Гермиона фыркнула, но не смогла сдержать улыбку, когда один из близнецов ответил ей лёгким толчком - возможно, в знак согласия. В этот момент она поймала себя на мысли, что за последние месяцы эти люди стали для неё чем-то большим, чем просто коллеги. Они стали семьёй. Особняк Забини. Лондон. Вечер того же дня.       Портключ перенес ее мягко и без побочных эффектов. Тёплый свет фонарей освещал уютную улицу в одном из престижных районов магического Лондона, где располагался особняк Забини. Гермиона поправила складки своего расширяющегося платья (подарок от Пэнси, конечно же) перед тем, как постучать в резную дубовую дверь.       Дверь распахнулась мгновенно, будто её ждали. - Ну-ка, давай посмотрим на эту бедную, измученную беременностью женщину, - Пэнси Паркинсон-Забини стояла на пороге, держа на бедре очаровательную девочку с тёмными кудряшками и глазами, как у отца. Её платье идеально сидело на фигуре, волосы были уложены в безупречную причёску - типичная Пэнси, даже в декрете сохранявшая безупречный вид. - Ты выглядишь так, будто проглотила два тыквенных пирога, - без церемоний заявила она, оглядывая Гермиону с ног до головы. - Спасибо за комплимент, - Гермиона закатила глаза, но улыбка выдавала её настоящее отношение к этой прямой как палочка женщине. За годы их странной дружбы она научилась ценить эту прямоту - с Пэнси всегда знаешь, где стоишь.       Блейз Забини появился в дверях с огромным пакетом, его тёмные глаза весело блестели: - Не слушай её. Пэнси просто ревнует - она сама хотела двойню. - Врёшь как дышишь, Забини, - Пэнси фыркнула, но нежно поправила бант на голове у дочки. - Хотя... - она на секунду задумалась, - может быть, чуть-чуть.       Маленькая Офелия Забини, которой недавно исполнилось десять месяцев, протянула ручки к Гермионе, пытаясь потрогать ее живот. - Мими? – нетерпеливо спросил ребенок. - Можешь потрогать, солнышко, - Гермиона бережно взяла девочку на руки, наслаждаясь её детским запахом - смесью шампуня и чего-то сладкого. Офелия осторожно приложила ладошку к её животу, и её глазки округлились, когда она почувствовала толчок.       Пэнси тем временем разложила на столе в гостиной целый арсенал детских вещей: - Вот пелёнки с саморегулирующейся температурой, - она демонстративно встряхнула одну, - бутылочки, которые сами стерилизуются, и... - она торжествующе достала маленький комплект, - мантии для новорождённых. На всякий случай. - Пэнси, они же не сразу пойдут в Хогвартс! - засмеялся Блейз, наливая всем чай. - А вдруг они вундеркинды, как их мама? - парировала Пэнси, заставляя Гермиону покраснеть. - Кстати, - она бросила оценивающий взгляд на живот Гермионы, - ты вообще знаешь, кто там? Мальчики? Девочки? Один из каждого?       Гермиона покачала головой: - Я решила сделать сюрприз. Хотя... - она улыбнулась, - Санчез уже поспорил с Томпсоном, что это два мальчика. Ставка - месяц уборки архивов. За чаем с волшебными пирожными (которые, к удивлению Гермионы, не вызывали у неё тошноты) разговор плавно перетёк на воспоминания о школьных годах. - Кто бы мог подумать, что высокомерный слизеринец остепенится и станет примерным семьянином? – подмигнула ему Гермиона. Блейз приложил руку к сердцу, а Пэнси тем временем устроилась рядом с Гермионой и неожиданно обняла её за плечи. - Я до сих пор не понимаю, как ты терпишь этих американцев, - покачала головой Пэнси, наблюдая, как Офелия пытается накормить плюшевого дракона волшебным печеньем. - Все эти их "крутые" заклинания и вечные нарушения протокола... - Они... особенные, - улыбнулась Гермиона, вспоминая, как на прошлой неделе вся команда устроила ей сюрприз-вечеринку в честь "семь месяцев без убийств на рабочем месте". - Но они мои. И... - она потёрла живот, - похоже, мои дети тоже будут наполовину американцами.       Пэнси и Блейз переглянулись - этот взгляд говорил о безмолвном соглашении присмотреть за упрямой подругой, нравится ей это или нет. В этом взгляде читалось столько тепла и заботы, что Гермиона вдруг почувствовала ком в горле. Она быстро отпила чаю, чтобы скрыть навернувшиеся слёзы. Особняк Поттеров. Поздний вечер.       Фасад дома Поттеров светился тёплым жёлтым светом, когда Гермиона подошла к двери. Она ещё не успела постучать, как дверь распахнулась, и перед ней предстала Джинни Поттер, балансирующая с младшей дочерью на бедре и деревянным половником в руке. - Гермиона! - её рыжие волосы были собраны в небрежный хвост, а на фартуке красовались пятна от чего-то зелёного. - Ты опять не предупредила, что прилетаешь! - Я же писала совой! - защищалась Гермиона, переступая порог и с наслаждением вдыхая ароматы домашней кухни. - Сова прилетела пять минут назад! - Джинни закатила глаза, поправляя Лили на бедре. - Ты могла хотя бы воспользоваться телефоном, как нормальные люди! В XXI веке живём! - Но это же не магично! - Гермиона сняла плащ и повесила его на вешалку, которая тут же лизнула её в щёку в знак приветствия.       Гарри появился в дверном проёме кухни с Альбусом на плечах. Его чёрные волосы были ещё более растрёпанными, чем обычно, а очки слегка съехали на нос. - А, значит, Гермиона снова отрицает прогресс? - он ухмыльнулся, снимая Альбуса и ставя его на пол. - Я не отрицаю! Я просто... - Гермиона замялась. - Боишься, что телефон взорвётся, если нажать не туда? - Гарри скрестил руки на груди, явно наслаждаясь моментом. - Один раз это случилось! - Это был заговор гоблинов, и ты это знаешь!       Джинни фыркнула и потянула Гермиону на кухню, где на столе уже стоял настоящий пир - жареная курица, картофельное пюре, овощи и огромная миска салата. Запах был божественным, и Гермиона вдруг осознала, как сильно она проголодалась. - Ладно, хватит спорить. - Джинни усадила Гермиону на стул и уставилась на неё, скрестив руки. - Ты ела сегодня что-то кроме кофе и печенья? - ...было ещё яблоко, - виновато призналась Гермиона. - Божечки... - Джинни схватилась за сердце, изображая обморок. - Гарри! Она опять голодает! Наша крестники умрут от голода!       Гарри, не теряя времени, наполнил тарелку Гермионы горой еды и поставил перед ней с таким видом, будто это был важнейший миссионерский долг. - Ешь. - Он указал на тарелку. - Иначе я позову миссис Уизли. И знаешь, что она сделает?       Гермиона побледнела, вспоминая кулинарные подвиги миссис Уизли, которые обычно заканчивались тем, что все гости не могли встать из-за стола несколько часов. - Ты же не шутишь? - она прошептала. - Проверь меня, - Гарри уселся напротив, его зелёные глаза весело блестели.       Гермиона тут же набросилась на еду, к великому удовольствию Джинни, которая тут же начала наполнять её стакан тыквенным соком.       Позже, когда дети Поттеров окружили Гермиону в гостиной, Джеймс, старший сын, осторожно ткнул пальцем в её живот: - Тётя Ми, они там дерутся? - Иногда, - улыбнулась Гермиона, устроившись поудобнее на диване. Солнечный свет, проникавший через окна, мягко освещал комнату, создавая уютную атмосферу. - А можно с ними поговорить? - Джеймс уже пристраивался рядом, его любопытство явно перевешивало осторожность. - Ну... можно попробовать, - согласилась Гермиона, хотя сомневалась, что это хорошая идея. Джеймс приложил ухо к её животу и крикнул во всё горло: - ЭЙ, ВЫ ТАМ! ВЫЛЕЗАЙТЕ, МНЕ НУЖНА КОМАНДА ДЛЯ КВИДДИЧА!       Гермиона засмеялась, когда один из близнецов ответил мощным пинком, от которого она даже слегка подпрыгнула на месте. - Ой! Кажется, они согласны, - она потерла живот, где уже вырисовывался маленький бугорок от упёртой ножки. - Да! - Джеймс торжествующе поднял кулак, его лицо светилось от восторга. - Я научу их летать раньше, чем ходить! Мы будем лучшей командой в Хогвартсе! - Только через мой труп, - Гарри схватил сына за шиворот и оттащил в сторону. - Одного сорвиголову в семье достаточно. - Но папа... - Джеймс надул щёки. - Нет. - Но... - Нет. - ...а если очень осторожно? - не сдавался мальчик, делая большие глаза.       Гермиона и Джинни переглянулись и рассмеялись, а в этот момент Гермиона вдруг осознала, что несмотря на все страхи и сомнения, эти люди - её семья. И какими бы ни были испытания впереди, она не одинока. Её дети родятся в мире, где их уже ждут и любят. И это осознание наполнило её таким теплом, что на глаза навернулись слёзы. - Всё в порядке? - Джинни тихо спросила, заметив её состояние.       Гермиона только кивнула, не доверяя своему голосу. Она положила руку на живот, чувствуя, как там шевелятся две новые жизни - её самое большое приключение, которое только начиналось.