Часть 28

Она резко распахнула глаза. Яркий свет ударил в зрачки, и первое, что она почувствовала — боль. Рука будто горела, прострелена насквозь. Всё тело ломило, как после аварии. Белый потолок. Запах антисептика. И чей-то глухой голос сбоку: — Ты в своём уме? Суён повернула голову — Енсик. Злой. Настолько злой, что в его взгляде будто пульсировала тишина. Он стоял, прислонившись к стене, руки в карманах, мокрый от дождя. Видимо, только что пришёл. Или ждал. — Ты, чёрт возьми, понимаешь, что чуть не сдохла? — он резко шагнул к кровати. — И всё это за день до операции, на которую я потратил полтора месяца подготовки! Она попыталась сесть, но резкая боль в руке заставила её застонать. — Я… — голос сорвался. — Меня… хотели убить. Я должна была узнать, следят ли за мной. И… — И, конечно, решила нарываться. И, конечно, именно сегодня, когда всё должно было быть идеально, ты решила подставить меня. Он тяжело выдохнул и отвернулся. — Мы уже всё почти закончили. Осталось только провести сделку. А ты — возвращаешься в свой мир и проваливаешься прямо под выстрел. Она сжала раненую руку, пытаясь подавить дрожь. — Я не хотела… — Да ты ничего не хочешь, кроме как лезть туда, куда не просят. — Он подошёл ближе. — Ты думаешь, ты тут важная? Ты думаешь, у тебя есть право выбирать? Она резко подняла голову. — У меня есть право жить. Енсик замолчал. Его губы дрогнули, но он не стал отвечать. Лишь медленно сел в кресло напротив, не сводя с неё взгляда. — Скажи спасибо, что я тебя не бросил. — Почему не бросил? — …Не знаю, — глухо ответил он, отводя взгляд. — Может, потому что ты мне нужна. Может, потому что ты, чёрт побери, слишком упрямая, чтобы просто так сдохнуть.