Часть 11. Смятение.

Этот день настал, Шинсо Хитоши - ученик Юэй. Он в форме, он направляется в свой класс по этим невероятно длинным коридорам и проходит сквозь аномально огромную дверь в класс. Другие дети уже активно общаются друг с другом, обсуждают экзамен и свои показатели. Из их диалогов Шинсо также поймал слух о том, что среди них кто-то, кто сдал обе части экзамена идеально. 100/100. Да, это точно он, Изуку Мидория, веснушка и солнечный мальчик. К слову, где он? Шинсо был уверен, что пришёл в класс последним, чудом не опоздав, но его зелёного боба нигде не было. И тут заходит он в форме Юэй, с неправильно завязанным галстуком и в своих ало-красных кроссовках. Изуку зашёл в зал последним. Не опоздав, но как будто специально стараясь не бросаться в глаза. Раньше у него был другой взгляд - прямой, внимательный. Сейчас он смотрел в пол. Или сквозь людей. Шинсо хотел что-то сказать - шутку, вопрос, подкол. Но язык прилип к нёбу. Вместо этого он просто сложил руку в приветственном жесте, на что его лучший друг кивнул. Что-то не так. Конечно, Мидория больше не поднимал тему его паранойи, но Шинсо был уверен, что веснушка не отпустил этой ситуации. И она на него давит. И, хуже всего, он не хочет делиться своими переживаниями с ним. Впрочем, Изуку, насколько Хитоши мог судить, никогда не делился своими проблемами с кем-либо, как и сам Шинсо. Ровно в нужное время, в класс зашёл, очевидно, учитель и классный руководитель Хитоши. Сущий Мик. Ну конечно, его классным руководителем будет человек с причудой быть громче всех в радиусе километра, если не земного шара. - "Привет слушатели, могу ли я услышать "YEAH"?", - сходу начал свое шоу Мик, но был встречен мёртвой тишиной. - "Каждый год одно и тоже. Вот увидите, к концу следующей недели вы начнёте отвечать мне!", - он сделал фирменный жест указательными пальцами. Боже, время девять утра, откуда такая энергия? - "Давайте начнём с переклички, ядиг?", - и снова, тишина, Шинсо было бы даже жаль героя, если бы он не наслаждался его взглядом, в котором умирала душа всякий раз, когда все молчали, - "О'кей, я понял, сложная аудитория. Начнём перекличку!" Все, кого называл Мик по очереди выдавали неуверенное "йей", пока дело не дошло до Шинсо, который будучи маленькой задницей, принципиально сказал, что он здесь, наслаждаясь реакцией Мика. Чего Шинсо не ожидал, так это такого же ответа Мидории. Серьёзно, он же супер-фанат героев и слушает радио Мика, он из всех людей должен был наслаждаться таким началом учебного года. - "И так, с этим покончено. Это первый день у вас слушатели, так что сейчас мы идём куда?", - брось, Мик, мы явно не твоя целевая аудитория. - "Ладно, понял, игры с залом не ваш конёк. Мы идем на открытие учебного года, проводимое Незу для всех первокурсников." - самым скучающим голосом завершил свое представление Сущий Мик, он же - Ямада-сенсей. И вот они идут через кампус - первокурсники, мечтатели и бойцы. Шинсо шагал рядом с остальными, но чувствовал себя отстранённо. Как будто он не часть этого строя, а наблюдатель. Мидория тоже держался особняком. Не прятался — нет, просто... не вовлекался. Они вошли в небольшой, по меркам Юэй небольшой - огроменный, актовый зал, где уже находились первокурсники со всех направлений. Кроме одного из класса героев, 1А. Интересно, почему? Там лучшие из лучших и академия не желает тратить их драгоценное время на такое незначительное событие? Похоже на то. Все быстро сориентировались и заняли места. После пары минут суматохи и разговоров, все стихли и директор Незу начал свою приветственную речь. Шинсо краем глаза заметил, как Мидория напрягся. - "Рад приветствовать почти всех новых студентов Юэй здесь! Кто я? Мышь? Собака? Или медведь? Это не важно, ведь в первую очередь я - директор!" - защебетала Химера, - "Я уже вижу ваше будущее, дорогие ученики курсов Героя и курсов Поддержки, курсов Управления и курсов Общегообразования. Все вы - будущее поколение Японии и все вы станете незаменимыми специалистами на месте вашей будущей работы. И Юэй поможет вам на вашем пути, каким бы запутанным он не был." - Директор выдержал паузу, после чего не менее воодушевленно стал перечислять то, что ждёт абитуриентов в академии. Шинсо было все равно. Он здесь чтобы стать героем, дополнительные курсы его не интересовали, если они не были связаны с геройской индустрией. И все же, его скучающий взгляд обводящий пространство вокруг раз за разом цеплялся за Мидорию, внимательно наблюдающим за каждым движением директора Незу.

***

В остальном день прошёл обычно, если не сказать скучно. Обычные предметы, математика, история, культура, японский и английский, а сейчас - физкультура. Шинсо, честно говоря, ожидал чего-то другого от Юэй. Но, наверное, все в порядке. Это общее образование, а не геройский факультет, конечно тут все будет проще и скучнее. Перед каждым уроком из ниоткуда возникал Ямада-сенсей в своей манере представляющий других учителей, ожидая от класса хоть какой-то положительной реакции, но в ответ получал лишь недоуменные взгляды и скучающие выражения лиц. Другие учителя, к слову, привыкшие к этому просто молчали, реже похлопывали ему, спину, когда он комично опускал плечи и наклонялся. Ну, не все, Полночь-сенсей или Каяма-сенсей громко рассмеялась над Миком, причитая: "Каждый год одно и тоже, Заши. Каждый год.". И вот, физкультура. Они вошли на полигон всем классом. Там их уже ждал человек в мешковатой чёрной одежде, с шарфом, обвивающим шею, как змея. Он стоял, будто и не ждал, будто просто появился и будет стоять здесь до скончания времён, если никто его не тронет. - "Это Шота Айзава", — сказал Мик, — "ваш инструктор по боевой подготовке и подпольный герой. Не вздумайте проспать его уроки, он не любит тратить время напрасно, стирает причуды и... ну, скажем так, не любит лишних слов. - "Становитесь", - спокойно бросил Айзава, даже не смотря на них. - "Мы начнём с теста на физическую выносливость и боевую реакцию. Я хочу увидеть, на что вы способны. Без причуд", - в воздухе повисло удивление. Один из учеников не удержался: - "А... как же справедливость? У некоторых причуды связаны с физическим телом!" Айзава наконец поднял взгляд. Он не злился, но в нём было что-то тяжёлое, неотвратимое, как бетонная плита. - "Мир не справедлив. Сейчас вы защищены от его несправедливости, но так будет не всегда. Юэй готовит героев, чтобы они боролись за справедливость, но рядом не всегда будет герой. Если вас это пугает - дверь за вами." Никто не двинулся. Шинсо ловил каждое его слово. Он знал о нём, читал о его миссиях. Герой, которому не везло на заголовки, но везло на выживание. Хитоши не мог понять - был ли Сотриголова его примером для подражания... или причиной, чтобы стать героем в первую очередь. Они начали с обычных упражнений - бег, прыжки, борьба. Без причуд. Без гламура. Только ты и твой организм. Шинсо справлялся. Неплохо, не блестяще. Достаточно, чтобы не отставать от других. К слову о них - он искал точки сравнения, искал слабость или, наоборот, силу. Не ради злобы - просто потому что привык. Мидория... он двигался точно, без ошибок, но не вкладывался. Он будто отрабатывал урок, а не участвовал в нём. Его тело делало всё правильно, но душа была где-то в стороне. В другой комнате. В другой жизни. И Айзава это заметил. Его взгляд - острый, как наждак - задержался на зелёных волосах чуть дольше, чем на остальных. После серии упражнений Айзава подозвал Шинсо. - "Ты - Хитоши Шинсо. Я видел твоё досье." - беззлобно сказал Шота. - "Неудивительно", — кинул кто-то из толпы, один из прошлых одноклассников Шинсо. - "Прирождённый злодей!" - "Первое предупреждение. Юэй не терпит дискриминации, еще одна подобная ситуация и ты исключен.", - резко бросил Айзава в ответ, - Ты неплох, но слишком полагаешься на свою причуду. И ты отвлекаешься. Смотришь не туда. Не на себя. - сказал сенсей уже Шинсо. Шинсо промолчал. Он не ожидал поддержки, но упрёка - тоже. - "Я знаю, каково это", - тихо добавил Айзава. - "Когда тебя считают не таким.", - он выделил последнеие слова интонацией, - "Ты думаешь, должен что-то доказать. А на деле - должен только одно: научиться не терять себя." И Сотриголова ушёл. Шинсо стоял, глядя ему вслед. Он не был уверен, что понял всё, что тот сказал. Но это были первые слова в Юэй, которые он не просто услышал, а почувствовал.

***

После занятия первокурсники рассосались по раздевалкам, а затем по коридорам, словно вода, стекающая с гладкой поверхности. Шинсо задержался - он не торопился. Хотел побыть один, переварить. Но, выйдя из душа, обнаружил, что на лавке у выхода кто-то сидит. Мидория. Всё в той же форме. Уже высохший, уже собранный, но не уходящий. Он просто сидел, склонив голову, будто ждал не уроков, а приговора. В руке он вертел шнурок от кроссовка. - "У тебя что, шнурки - антистресс?" - пробросил Шинсо, подходя. Изуку поднял глаза. Не испуганные. Усталые. - "Знаешь, если слишком сильно тянуть - рвутся.", - ого, ни разу не заикнулся, дело дрянь. - "А если не тянуть, спотыкаешься", - отозвался Шинсо. - "Баланс." Повисло молчание. Не неловкое - между ними и раньше было много тишины - но сейчас в ней было больше веса. Шинсо уселся рядом, не глядя на друга. - "Ты хорошо двигаешься", - наконец сказал он. - "Но в тебе нет тебя. Как будто... ты не здесь.", - Мидория сжал шнурок, опустил взгляд. - "Я просто устал", - тихо. - "Первый день. Давление." - "Я тебя знаю. Это не просто усталость. Ты что-то крутишь в голове. И не делишься." - "А ты делишься?", - мягко, без упрёка. - "Нет", - честно. — Но мне это не мешает замечать, когда ты исчезаешь у меня на глазах.", - Мидория закрыл глаза, вдохнул глубже. Как будто решал - говорить или нет. Не всё, но хоть что-то. - "Мне кажется, я что-то испортил. Или, наоборот, сделал правильно, но не понимаю". - тихо начал он, - "А теперь все ждут от меня чего-то. Или боятся. Или проверяют. И я... я не знаю, как быть.", - Шинсо кивнул. Не потому что понял - но потому что знал, каково это - быть «непонятным», каково это чувствовать, что тебя боятся. - "Ты не обязан быть идеальным", — сказал он. - "Но если будешь молчать, это будет выглядеть, будто ты прячешься.". - "Может, я и правда прячусь", — шепчет Мидория. - "Мне проще быть на заднем плане. Быть полезным, а не заметным.". - "А если полезным тебя делают только потому, что заметили?" - тихо спросил Шинсо. - "Что тогда?". Мидория ничего не ответил. Просто посмотрел на друга - первые за день по-настоящему - и сжал тот самый шнурок, будто завязывал себя на узел, чтобы не распасться. Затем они услышали шаги. Шаги были почти неслышны - но оба их заметили. Шинсо чуть повернул голову, а Мидория резко выпрямился, будто его застали за чем-то запретным. В дверном проёме стоял Айзава, с тем же вечно уставшим взглядом и термосом в руке. На секунду показалось, что он просто проходил мимо - но он остался стоять. - "Не мешаю?" - спросил он. - "Только если вы сейчас попросите эмоциональный рефлексивный отчёт.", - буркнул Шинсо. - "Уже получил", — ответил Айзава, отхлёбывая. - "Вы оба громче, чем думаете.", - Он прошёл внутрь, медленно, спокойно, и сел напротив, на соседнюю скамью. Посмотрел на Мидорию. Потом - на Шинсо. - "Я не слежу за вами, если вы об этом думаете", - сказал он Мидории, будто прочитал его мысли. - "Но я наблюдаю. И не потому что не доверяю.", - Пауза. Шинсо молчал, но смотрел прямо. - "А потому что узнаю", - продолжил Айзава. - "Вижу в вас обоих то, через что прошёл сам. Тот же страх, тот же инстинкт прятаться. Ту же привычку сначала быть полезным, а потом - уже человеком.", - Мидория прикусил губу. Шинсо немного расслабился - не от комфорта, а от понимания. - "Вам будет трудно", - тихо сказал Айзава. - "Потому что вы слишком хорошо всё понимаете. И потому что хотите быть хорошими. А это, поверьте, самый мучительный путь. Но не худший.", - он поднялся. Снова отпил из термоса. - "Если вы правда хотите пройти этот путь - не пытайтесь идти в одиночку. Поодиночке мы ломаемся.". - "У вас был кто-то такой?", - ляпнул, не подумав Мидория. В ответ Ластик лишь кивнул и ушёл, оставив за собой только лёгкий запах кофе и ощущение, будто стало немного легче дышать. Айзава почти дошёл до двери, но на пороге замедлил шаг. - Шинсо, - бросил он, не оборачиваясь. Тот сразу поднял голову, настороженно. - "После занятий - подожди у спортзала №3. Без формы. Без зрителей.", - он кивнул глазами в сторону Мидории. Хитоши моргнул. - "Это… наказание?", - острожно спросил пандаподобный. - "Это - проверка", — бросил Айзава. - "И шанс.", - Он всё-таки обернулся. На секунду - глаза в глаза. И добавил тише, уже почти личным тоном: - "Не всем нам дают подходящие инструменты. Но некоторые умеют делать из них оружие. Хочешь научиться - приходи. Или иди в общеобразовательный, если хочешь бросить мечту о героизме.", - он ушёл, не дожидаясь ответа. Мидория смотрел на Шинсо, не спрашивая. И не нужно было. В глазах у друга - осторожный огонь. Не эйфория, не азарт, а смятение. Мидория мягко улыбнулся другу и сказал: - "Не бойся Хитоши", - он сжал его руку в поддерживающем жесте, - "Он увидел в тебе потенциал. Сотриголова верит, что ты можешь стать героем."

***

Айзава был доволен сегодняшним днем. У него был потенциальный личный ученик и 19 человек в классе героев. Айзава никогда не забудет взгляда Яойорозу, когда он действительно исключил Такеши в первый же день. Да, у парня была хорошая причуда, но помимо неё? Он не подходил под требования геройского курса. Высокомерный, заносчивый и ленивый. Он был похож на другого ученика, Бакуго, но помимо подходящей причуды и заносчивости было в взрывном блондине что-то еще. Драйв, решимость, трудолюбие. Если урезонить его заносчивость и высокомерие, Бакуго может стать отличным героем. Если выживет в его классе. Айзава фыркнул про себя и свернул в сторону запасного выхода. Он не питал иллюзий - из двадцати, уже девятнадцати, детей, которых он учит, не все дойдут до конца. Кто-то сломается, кто-то перегорит, кто-то поймёт, что не готов платить цену. Он не осуждал - не всем быть фронтовиками. Но вот Шинсо… Этот мальчишка был другим. Не в смысле причуды - хотя и она требовала тонкой настройки. Другим в подходе. Он молчаливо наблюдал, подмечал, не рвался в центр внимания, но всегда был начеку. Не герой по форме, но с потенциалом героя по содержанию. А значит - заслуживает шанса. Он вспомнил, как сам впервые понял, что геройство - это не про сцену. Не про спасения в свете софитов. А про грязную, выматывающую, неблагодарную работу. Про слёзы, кровь, недосып и сомнения. Шинсо был ближе к этому пониманию, чем кто-либо из его нынешнего класса. Айзава знал: с ним придётся работать - плотно, упорно, почти из-под земли тянуть. Но оно того стоило. Не потому что тот должен стать героем. А потому что может. А ещё - потому что в этом мире слишком много людей решают за других, кто достоин, а кто нет. Он притормозил перед спортзалом №3, посмотрел на часы. До звонка - десять минут. Он ждал. Дверь спортзала скрипнула с предательским эхом, когда Шинсо всё-таки решился войти. Волосы были растрёпаны, галстук сбит набок, в глазах - плохо скрываемое раздражение. И усталость. Айзава не сдвинулся с места, только мельком глянул на часы. - "Пять минут", - сухо заметил он. - "Простите", - буркнул Шинсо, не глядя в глаза. Айзава не ответил сразу. Он смотрел на него - не оценивающе, не осуждающе. Скорее, спокойно, как человек, который уже всё понял. - "Ты не заблудился", - не вопрос, утверждение, - "Значит, шёл и думал, стоит ли идти", - Шинсо вздрогнул едва заметно. Айзава подошёл ближе, сложил руки в карманы, - "Хорошо, что пришёл", - он прошёл мимо ученика и жестом указал на мат в центре зала. - "Сегодня ты работаешь со мной. Это не наказание и не поблажка. Это тренировка. Мы начнём с выносливости. Если останется время - с тобой поговорю.", - Шинсо наконец поднял на него взгляд. - "О чём?", - Айзава устало вздохнул: - "О том, каково это - быть не тем, кого хотят видеть. И делать своё дело всё равно.".

***

Шинсо покинул Мидорию, но по-прежнему не был уверен в своем выборе. Изуку понимал своего друга, последняя неделя была для него очень тяжелой. Первый урок от Незу был странным. Каждый раз, когда он разгадывать кусочек очередного шифра, тот приводил его на сайты о беспричудных, где похожие на самого Изуку люди делились своими историями. Историями, полными боли, разочарования и... Не лучшим исходом. Когда он наконец завершил изучение материала, проданного Незу в обёртке загадки, он оставался в смятении. Зачем Незу дал ему такую работу? Для чего отправил Сотриголову следить за ним? Кто была эта женщина? Она тоже была подослана Незу? В голове крутилось множество вопросов, на которые он не мог найти ответ. Но вот он здесь. У двери в кабинет директора. Он стоял перед дверью, как перед входом в чужую тайну, к которой не был готов. Нокаутированный еще до боя, и всё же готовый войти на ринг. Или нет? Мидория отправил сообщение Шинсо, что будет ждать его в парке у станции или, в случае того, что он освободится раньше, чтобы он ждал его там. Изуку протягивает руку к ручке от двери, но она сама открывается, что заставляет мальчика непроизвольно вздрогнуть. Он заходит в кабинет, который кажется довольно уютным, но Мидория не чувствует себя в уюте. Он по-прежнему под микроскопом, под наблюдением химеры. - "Здравствуй, Мидория-кун!", - в привычной манере начал разговор директор, - "Я ждал от тебя сообщения, хотя бы на официальную почту Юэй. Урок не должен был занять у тебя столько времени." Мидория опускает взгляд и, не отвечая, аккуратно закрывает за собой дверь. - "Извините. Я... задержался." - "Ах, ты знаешь, я не сержусь. Я беспокоюсь", - Незу мягко складывает лапки на столе. - "Когда ты молчишь, мне приходится заполнять пробелы самому. А ты ведь не хочешь, чтобы я ошибся в выводах?", - Мидория делает шаг вперёд, но не садится. Его плечи напряжены, глаза слегка подёргиваются - слишком много мыслей, чтобы выразить всё одним вопросом. Он собирается с мыслями. - "Вы ведь знаете, что за мной кто-то следит", - утверждение, не вопрос, - "Кто? Почему?" Незу на мгновение замолкает, затем, не теряя своей привычной улыбки, отвечает: - "Ты наблюдателен, Изуку. Это качество, которое я в тебе ценю.​", - Мидория сжимает кулаки, его голос становится твёрже: - "Это не ответ. Я чувствую себя параноиком", - Изуку делает глубокий вздох, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, - Сумасшедшим." Незу вздыхает, его взгляд становится серьёзнее: - "Комиссия Общественной Безопасности Героев", - веснушчатый в шоке раскрывает глаза, - "Проявляет интерес к твоим способностям. Они хотят убедиться, что ты не представляешь угрозы." - "Угрозы? Я?​", - вопрошает скорее себя мальчик. Незу кивает: - "Ты уникален, Изуку.", - Незу делает паузу, - "И Комиссия всегда интересуется теми, кем интересуюсь я.​" Мидория отворачивается, его голос дрожит: - "Вы знали и ничего не сказали.​", - он делает очередной глубокий вздох, - "Вы отправили Айзаву-сенсея следить за мной? Почему?" Химера смотрит в дрожащие глаза подростка и отвечает: - "Я хотел защитить тебя.", - серьёзно говорит зверёк. - "Защитить", - Мидория делает паузу, - "Или контролировать?", - и внезапно все сходится. Комиссия. Незу. Слежка. Все складывалось слишком быстро и слишком точно, чтобы быть случайностью. Он не наставник. Он исследователь. Увидел необычную фигуру на доске — интересную, непредсказуемую — и решил: стоит понаблюдать. Под микроскопом. Вживить метку и ждать, когда объект перестанет понимать, где заканчивается его свобода и начинается чужая игра. Мидория сглотнул, чувствуя, как внутри разгорается паника. Ком в горле, пульс в ушах. За ним следят. Как за угрозой. Как за чем-то потенциально опасным. Не просто Комиссия. Не просто те, кто всегда смотрит сверху вниз. Незу. Его наставник. Его "защитник". Все стало ясно. Он не нужен. Он — риск. Его не ждали в системе, потому что он не вписывается. Не герой. Не спаситель. Даже не бесполезный Деку. Он — ошибка, которую допустили слишком близко. Слёзы подступили к глазам, предательски, как всегда — на грани. Он стиснул зубы, чтобы не выдать себя, чтобы хоть что-то удержать внутри, хоть какую-то часть. Хоть какую-то правду, которая не будет звучать как обвинение. Он развернулся и выбежал из кабинета, не дожидаясь ни ответа, ни прощания. Если его собираются исключить — пусть. Если за ним уже подписан приговор - плевать. Он всё равно проиграл. И вот она - мысль, пронзившая, как нож. Вот так себя чувствовал Шинсо, когда впервые понял, что его боятся? Когда понял, что в их мире таким, как они, не оставляют выбора - только клетку или контроль?