Глава 2. Часть 3

Октябрь прошел быстро и незаметно. Листья облетели с деревьев и укрыли землю пестрым желтым ковром. Поднялись холодные ветра, зарядили дожди, тучи не сходили с небосклона. Вампирам было хорошо, за все время их жизни в Лондоне еще не было ни одного солнечного дня. Каллены привыкли жить в центре города, не обращать внимания на соседей. С жаждой было сложнее, когда круглосуточно ощущаешь запах крови, но и с этим они справились: чаще ходили на охоту, тренировали контроль, и даже Джасперу стало проще находится среди людей. Повторись сейчас ситуация с дня рождения Беллы, он бы удержался. Младшие дети учились в школе, скучали на уроках, а после сидели дома и неотрывно следили за исчезающим особняком. Но ничего нового не происходило. Дом так же исчезал, совы летали, под окнами сновали невидимые люди и вели странные разговоры. А Каллены записывали все незнакомые слова, что слышали от невидимок. Каждые вечер они проводили все вместе, что было для них в новинку, раньше не было в этом необходимости, как такой интересной темы. Собираясь у камина в гостиной, они обсуждали все странности, что были замечены за день: иногда это были совы, которых видели и за пределами их района. Однажды, Эсме увидела очень странно одетых людей в городе, и если раньше она бы не обратила внимания, мало ли кто как одевается, то в этот раз она не смогла пройти мимо, они обсуждали те же вещи, что и невидимки. Так у невидимок появилась внешность. И эта внешность была самой обычной, человеческой, хотя Эмметт был уверен, что невидимые люди должны отличаться от людей. Но время шло, странности становились обыденными и Калленами овладевала скука. Бич всех бессмертных. – Интересно, когда же произойдет что-нибудь еще? – с нетерпением спрашивал Эмметт у Элис. Но та ничего не могла ответить. Как бы она не пыталась, увидеть хоть что-то связанное с домом, ничего у нее не получалось. Элис злилась, понимая, что изменить или как-то исправить это, она не в силах. Однажды дошло до того, что провидица встав напротив загадочного дома, почти довела себя до обморока от усердия. В тот раз ее увел Джаспер. О том, что с женой что-то не так, он догадывался, но расспрашивать не стал, когда захочет, расскажет сама. – Почему ничего не происходит, – ныл Эмметт. – Тебе мало того, что есть? – Это уже старое, даже разговоры почти понятны стали. – И кто такие морщерогие кизляки? – Животные конечно, такие же как единороги и кентавры, вот. – А где они обитают? – Не знаю! Но и невидимки тоже не знают! Все рассмеялись. – Если тебе так скучно, то мы можем отметить Хэллоуин! Наденем костюмы, отправимся ходить по домам. – И зайдем в тот дом! – воодушевленно продолжил Эмметт, – Розали, ты гений! – Можно попробовать, – согласился с планом Карлайл. Ему тоже было любопытно, хотя он был намного терпеливее детей. – А еще можно украсить дом, – предложила Элис. – Чур, я буду ведьмой, – сказала Розали. – А я тогда вампиром, – клыкасто улыбнулся Эмметт. – Карлайл, а тебе идет, – загадочно проговорила Элис, провалившись ненадолго в видение. – А кем мы будем, душа моя? – обняв маленькую вампиршу, спросил Джаспер. – Тебе понравится, – многообещающе улыбнулась та. Элис превзошла себя. Дом выглядел волшебно. Никаких тыкв и летучих мышей, мерзких пауков и паутины по углам не было и в помине. Она развесила по всем комнатам гирлянды, расставила свечи в изящных подсвечниках, погрузив дом в уютный полумрак. Черной бархатной тканью задрапировала потолок и стены. Столы накрыла элегантными скатертями и расставила антикварную посуду, понятно что есть никто не будет, но для создания атмосферы она будет к месту. На полки поставила банки с частями тела и самыми разными жуткими существами, куда без жути в Хэллоуин. Кухня превратилась в лабораторию средневекового алхимика. Столовая стала обителью ведьмы, тут был и котел с кипящим содержимым, книги в кожаных обложках, колбы с непонятным содержимым, развешаны пучки трав, и конечно метла, стоящая на самом видном месте. – Надеюсь, гостиная не стала логовом оборотня? – придя домой с работы, уточнил Карлайл. – Нет, я бы не посмела, – Элис передернуло, запах мокрой псины был противен вампирам с их острым обонянием. – Собаки кошкам не друзья. Одетая в костюм женщины-кошки, маленькая вампирша, брезгливо сморщила носик. В это время к ним спустилась хозяйка метлы. Розали выглядела сногсшибательно. Черное короткое платье с пышной юбкой и с кружевом по подолу. Туго затянутый корсет, в котором человеку невозможно было дышать. Остроконечная шляпа с широкими полями, прикрывает светлые кудряшки. На плечах черная мантия в пол, которая при каждом шаге развевается, словно крылья птицы. А на лице из макияжа только ярко-алая помада. В руках Розали держала палочку - гордость Элис, они мастерили ее несколько часов, украшая резьбой и кристаллами. По началу, они не планировали ее делать, но услышали в одном из разговоров невидимок, что палочка главное оружие волшебника. А какая ведьма без собственной волшебной палочки? – Карлайл, ты еще не готов? – следом за ведьмой, спустился вампир. В черной накидке, подбитой изнутри красным бархатом. В белой рубашке, строгих брюках. Со старинной тростью в руках, с набалдашником в виде льва. На мертвенно-бледном лице, Эмметт перевел на него почти целый тюбик тонального крема, чернели глаза, подведенные толстым слоем краски, а под ними темные круги, в уголках губ застыли капли искусственной крови, а из-за них выступают искусственные клыки. – Тебе своих мало? – поддел вампира Джас. – А ты, великий супергерой, гроза преступности, коррумпированных политиков и самых злостных злодеев, завидуешь? Джаспер, в угольно-черном костюме, облегающем тело, словно вторая кожа, на плечах плащ, на лице маска, на шлеме остроконечные уши, на груди эмблема летучей мыши, выглядел как настоящий мститель. – Тебе только бэт-мобиля не хватает, и можно отправляться ловить преступников. – Вы с Элис идеальная пара, – засмеялась Розали, – кошка и мышка. Пока дети обсуждали костюмы друг друга, Карлайл отвернулся, а когда повернулся на его лице появились аккуратно подстриженные и закрученные вверх усы, а на носу пенсне в золотой оправе. К костюму он добавил галстук-бабочку, а из кармана пиджака выглядывали часы на цепочке. – Дети, не стоит ссориться, вы все выглядите великолепно, – а речь Карлайла приобрела заметный акцент. – Теперь мы точно разгадаем загадку исчезающего дома! – обрадовался Эмметт, – с нами знаменитый сыщик! – И его великолепная помощница, – объявила Эсме, грациозно входя в столовую. Эсме не планировала покидать дом, поэтому ее костюм был прост и изящен. Пока дети пошли выпрашивать сладости, и пытаться проникнуть в исчезающий дом, Эсме и Карлайл остались дома. Они раздавали конфеты детям, что ходили в этот день и собирали сладости. – Уже было три привидения, две ведьмы и восемь вампиров, – хохоча сказала Эсме, ей очень понравилось угощать детей и отгадывать, кто стоить за дверью, до того как ее открыть. Она уже выиграла у Карлайла, тот чаще ошибался. Эсме вообще очень нравился этот дом, этот город, они впервые вот так отмечали Хэллоуин. Они никогда до этого не жили в центре города, всегда покупали дома подальше от людей. Раздался очередной звонок: – Моя очередь! Это будет доктор и космонавт! – Тогда я ставлю на йоду и чубакку! – Как? Как ты это делаешь? – закрывая дверь за довольными детьми, спросил Карлайл, – может у тебя тоже есть дар? Так же нельзя, ты постоянно угадываешь. – Я просто больше времени провожу среди людей, ты их только в госпитале и видишь. А они между прочим уже давно готовились к празднику и покупали костюмы, – тыкнув мужа в бок, просветила его Эсме, – ну и я просто подглядывала в окно. И засмеявшись, побежала в гостиную. – Жульничество! Оказывается, я женился на аферистке! – догнав жену на втором этаже и зацеловал. – Эй, что это, разве так себя ведет почтенный джентельмен, отец семейства! – отбиваясь от мужа и убегая вопрошала Эсме. – Где ты увидела джентльмена? А детей сейчас нет дома. Поймал, теперь ты моя законная добыча. И пока дети благополучно разоряли соседние дома и вызывали восхищение костюмами, в доме по адресу Гриммо 11 их родители вовсю наслаждались жизнью. Младшие вампиры были очень расстроены. За исключением Джаспера, тот казалось опьянел от окружавших его эмоции. Человеческие дети фонтанировали радостью и счастьем, а Джас не ожидавший такого шквала чувств, были ими поглощен. Но остальные были огорчены: они не смогли воплотить в жизнь истинную цель этого похода. Их главной их целью был дом номер 12, они планировали познакомиться поближе с его обитателями, и быть может даже зайти к ним в гости. Но в этот день особняк как назло не появлялся. Уже вернувшись домой, где родители чинно сидели в гостиной и играли в карты, раздав по дороге набранные конфеты, они поделились с Эсме и Карлайлом своей неудачей с планом. – Странно, раньше такого не было, – заметил Джаспер, пролистывая блокнот. Он скрупулезно вел записи. – Не было чего? – Дом каждый день хотя бы раз да появлялся. Было, что он исчезал почти сразу, но ни разу не было дня без него. – Может что-то случилось, – заволновалась Эсме. – Или невидимка заболел? – Возможно, он просто хочет провести этот день один, без внимания назойливых соседей? Или отпраздновать праздник с семьей? Наверняка у этих темных личностей сегодня тоже будет весело. – Ты прав, лучше расскажите как за конфетами сходили? – Это было феерично! Джас с Элис произвели фурор среди детей и фанатов комиксов. Но всех больше народу понравился я. – Только настоящий вампир может правильно изображать вампира! – Именно, дорогая ты меня понимаешь. И вообще хоть раз в год можно не скрывать свою сущность. – А Розали стала королевой всех ведьм сегодня! – Элис надоело слушать восхваления Эмметта, – и ей всех больше досталось конфет. – Дети такие хорошие, – нежно улыбнулась Розали, понимающе переглянувшись с Эсме, – там была девочка в костюме Уинфред Сандерсон, примиленькая маленькая колдунья. – Потанцуем?– протягивая руку жене, предложил Эмметт, не давая ей расстраиваться. Вечер прошел замечательно, отрешившись от всех загадок и тайн, семья наслаждалась общением. Тихо потрескивали дрова в камине, из проигрывателя лилась медленная музыка, комнату освещали лишь свечи. Элис положив голову на плечо Джаспера, подпевала мелодии себе по нос. В центре комнаты кружились в танце пары. Эмметт и Розали весело дурачились, а Карлайл и Эсме плавно двигались в такт песни. Любовь витала в воздухе. А утром в воздухе витали жуткие ароматы. – Что это? – сморщив прехорошенький нос, ужаснулась Розали. – Понятия не имею, ни разу с таким запахом не сталкивался. – Но этого не может быть! – Если этого не может быть, то это однозначно связано с загадкой дома по соседству! – сделал гениальный вывод Эмметт, потирая руки, – наконец-то что-то новенькое! – И это новенькое пахнет как куча старого грязного тряпья, облитая сероводородом и выкинутая на разложившийся труп человека, умершего от отравления угарным газом. – проговорил Джаспер, доставая блокнот и записывая новую информацию. За две недели вампиры разбились на два лагеря: одни, как дети получившие долгожданную игрушку, с радостью отмечали каждый новый аромат и разбирали его на составляющие, строили догадки, что же может так пахнуть. Эмметт, как только появлялся дом, бежал его обнюхивать, в надежде найти источник этих непередаваемых ароматов. Карлайл с энтузиазмом исследователя пробовал синтезировать эти ароматы дома, специально для этого превратив одно из пустующих помещений на первом этаже в лабораторию. А во втором лагере были Эсме с Розали, они старались проводить дома, как можно меньше времени, не понимали прелести во вдыхании запахов старых носков или мертвой рыбы, с нотками розы. Джаспер периодически присоединялся к отцу и брату в их исследовании, он записывал в блокнот все изменения, следил за совами, невидимыми людьми, все так же записывая их разговоры, но остальное время проводил с Элис. Та все пыталась понять, что с ее даром не так. А когда не удавалось, Джас отвлекал ее от грустных мыслей. Они посетили, казалось уже все достопримечательности Лондона. Побывали во всех музеях, ходили на оперу и балет, смотрели представления в Ковент-Гарден. Полюбовались на королевскую чету издалека. Делали ставки на скачках, одевшись как истинные аристократы. К середине ноября все семья привыкла и к запахам. Эмметтом снова овладела скука. – Полагаю, скоро нас снова удивят. – Почему ты так думаешь, дорогой? – уточнила у Джаспера Эсме. Они сидели в кабинете Карлайла на четвертом этаже, пока глава семейства химичил в лаборатории. – Исходя из наблюдений, нас не будут долго томить в ожидании. Делаем ставки господа, что же будет дальше. Но ни одно из их предположений не было и близко к правде. Одним не погожим утром, когда в очередной раз было замечено появление дома, Каллены устроившись у окна, следили за особняком. Не прошло и пяти минут, как на крыльцо вышел подросток. – Что это за балахон на нем? – один его вид возмущал чувство прекрасного Элис. Карлайл же внимательно рассматривал лицо парня. – Тебя что-то беспокоит, любовь моя? – Он неважно выглядит. Джаспер в это время быстро рисовал портрет, не упуская ни одной детали. Оглянувшись по сторонам, парень вдруг крутанулся вокруг своей оси и исчез. – Что? – Это как? Каллены в недоумении таращились на то место где только что стоял парень. – Дом исчезал, теперь люди начали исчезать. – Ничего необычного, просто очередной день на нашей улице, – протянула Розали. – А вы заметили, что никто не замечает странностей с этим домом, кроме нас? – Это был риторический вопрос, Джас? – Теперь мы знаем что там живет парень. – С очень странным вкусом в одежде, – встряла Элис. – Который, – продолжил Карлайл, – может исчезать. Вопрос, он становится невидимым или быстро перемещается? Настолько быстро, что незаметно даже вампирскому глазу. – Чем дальше, тем загадочнее! – Радовался Эмметт. – Дом исчез, вернется не скоро, – констатировал Джаспер, – можно расходиться. – А я еще посмотрю, – усевшись на подоконнике, решил Эмметт. Вечером здоровяк был недоволен: – Целый день смотрел, все глаза просмотрел, а ничего не произошло. – Как я и говорил, по расчетам неделю-две будет тихо. Если не дольше, – закончил Джаспер под недовольное бурчание Эмметта. И Джаспер оказался прав. Две недели происходили уже знакомые странности. И к огромному разочарованию семьи, парня того они больше не видели. Карлайл начал переживать о его здоровье, слишком бледным выглядел подросток тогда на крыльце. – Ему необходима медицинская помощь, – возмущался глава клана. – А если с ним что-то случится, кто поможет, его дом не существует! – Он там не один, еще есть маленькое существо. – Вот именно маленькое, а если это ребенок? – Эсме волновалось за подростка не меньше Карлайла. – Ребенок которые преследовал нас на охоте? – Ужаснулась Розали. – Да, глупость это, но все равно, вряд ли это существо может обратиться к врачам! – Я думаю, что если что-то и произойдет, он к нам придет, иначе зачем бы ему вообще демонстрировать дом? – Был голосом разума Джаспер, пока семья выдвигала нелепые теории. – А если это не он? – Значит он действует по чьей-то указке. – А если это просто случайность? – Раз случайность, два совпадение, а три это уже закономерность. У нас было уже более трех происшествий, – педантично ответил Джаспер. – Нам остается только ждать. Действие продолжается, я думаю скоро мы все узнаем, главное набраться терпения. – Сегодня пойдем на охоту, – сказала Элис, – в Лондоне ожидаются солнечные дни. Их охота продлилась дольше обычного. Солнце в городе задержалось, и вампиры решили провести это время с пользой, исследуя остров. Они путешествовали по стране своим ходом. Посещали известные места. Прореживали популяции местных животных, отдыхали от города и людей. Они вернулись в Лондон спустя почти десять дней, отдохнувшие и с новыми силам продолжили следить за соседом. – Как хорошо дома! – радуясь наконец оказаться в цивилизации, рядом с любым телевизором и футболом, но долго наслаждаться Эмметт не стал, а начал прислушиваться и принюхиваться, – А если без нас там произошло что-то? – Не думаю, в театре без зрителей не бывает спектакля. И в этот момент, как по заказу, они услышали незнакомые голоса. – У нас новые соседи? – Нет, это из того самого дома, – сказал Эмметт смотря в окно на особняк, который как раз только что появился. – Тише, не мешайте слушать. – А уже все. Больше не слышно. – Джас а ты чувствовал их эмоции? – Нет, абсолютная пустота, будто и нет никого. – Какие выводы мы можем сделать из услышанного? – Спросил Карлайл, смотря на детей. – Говорило двое: женщина и ее слуга. Она давала ему указания. Полагаю, это по ее указке мы можем любоваться всеми этими чудесами, – отчитался Джаспер. – И я думаю, что слуга это то маленькое существо, сердцебиение тоже самое. А и в доме было еще одно дыхание, – добавила Элис, лучше всех запомнившая биение сердца наблюдателя с охоты. – Очень нездоровое дыхание, думаю это тот подросток, – Карлайла, как доктора интересовало сейчас только здоровье человека, – и женщину очень беспокоит его состояние. – А еще мы узнали имя. Кричер, так женщина называла собеседника. – Мне пора на работу, – спохватился Карлайл, посмотрев на часы, – а вам надо собираться в школу, поговорим вечером. В первых числах декабря наблюдение за домом принесло плоды. Эмметт был на седьмом небе от счастья: – Пару дней как вернулись, и вот сначала голоса за стенкой появились, и регулярно радуют нас своими разговорами. А потом повторное исчезновение парня с крыльца, и даже больше, его возвращение! Теперь это! Под этим, он имел ввиду толпу странно одетых людей, один взгляд на которых вызывал у Элис мигрень и желание немедленно всех переодеть, а потом сжечь все эти наряды. И эта толпа людей пыталась высмотреть что-то. – Думаю они дом ищут. – И не видят, как и мы. –Но он был, буквально только что. Парень вернулся на крыльцо, зашел в дом, и особняк сразу пропал. Каллены стояли у единственного окна, из которого можно было увидеть место, где обычно появлялся дом. – Чего они хотят от бедного парня? Они же пришли следом за ним? – Да. – Я не слышу, – сказал огорченно Джаспер, старательно прислушиваясь. – И я. – Раньше слышали, но не видели, а теперь наоборот, так получается? – пыталась разобраться в происходящем Розали. – Лучше бы и дальше оставались невидимыми, Розали, ты видела, во что они одеты?! Что за внешний вид? – Элис, ты только это заметила? – А что надо было еще что заметить? – недоумевала Элис, по ее мнению внешний вид этих людей затмевал все. – Как они исчезли перед носом у нашего соседа с конца улицы, а он и бровью не повел. – Или, как рядом с тем господином в высоком цилиндре появился полупрозрачный волк и исчез? – добавила Розали. – Или, как мантия на одной женщине вдруг стала платьем, – заметил Эмметт, – это ты должна была увидеть. – А летающая бумага и перо, что судя по всему делало записи? – Карлайл мечтательно задумался, как бы ему в работе это пригодилось. – Да, я поняла, что пропустила самое интересное. Но если все там так одеваются, то я пас. Это издевательство над модой и здравым смыслом. И никакие летающие перья этого не изменят. Карлайл усмехнулся: – Если мне не изменяет память, то так я одевался в начале XIX века. – Именно, а сейчас конец XX. В просвещенное время живем. – Из этого следует, что невидимки застряли в XIX веке, – сделал вывод Джаспер, записывая очередное наблюдение в блокнотик. – А как вы думаете таких домов много? Вдруг рядом с каждым существующим домом есть вот такой невидимый особняк? – Нам хватит и одного, будем разбираться постепенно. Думаю на сегодня можно закончить, вряд ли что-то еще произойдет. Пойдем, продолжим нашу партию. Они коротали время за игрой в шахматы. Сейчас, когда Эдвард был в отъезде, Элис была лишь наблюдателем. Молчаливым наблюдателем. – Элис, нет, никаких подсказок! – заметив, как провидица пыталась дать знать Джасу, как именно будет ходить отец. Джаспер с Карлайлом вели напряженную борьбу. И пока у них была ничья. – Я прослежу, – пообещала Эсме, погрозив дочери пальцем. – А потом мы сыграем в карты, да мам? В ход шли все настольные игры, способные занять скучающих вампиров. Эмметт же не хотел покидать наблюдательный пункт, но Розали увела его на свидание. – Мы давно не были только вдвоем. – Как насчет завалить парочку оленей? – Эмметт! – Ну нет так нет. Тогда давай поднимемся на Лондонский глаз? – Он еще не достроен. – И? Когда это нас останавливало, – улыбнулся довольный Эмметт. – Ты такое дитя, – засмеялась Розали. – За это ты меня и любишь. На верхушке колеса обозрения стояло двое. Девушка прижалась к парню и смотрела на город внизу. Там сновали люди, не понимающие своего счастья: просто жить, любить, стареть. Делать миллион крошечных выборов каждый день, меняющих жизнь безвозвратно. Они плакали, грустили и радовались. Розали знала, не найди тогда в лесу раненого Эмметта, она не прожила долго. Нынешнее существование было ей противно. И Эмметт спас ее. Но иногда даже его не хватало, и вспоминалось как близка была ее мечта. Она застыла в шаге от нее. Застыла в вечности. А люди внизу менялись каждую секунду, и она бы все отдала за возможность вернуться. Но Эмметт, Эмметт, стоявший рядом и обнимающий ее, как величайшую драгоценность, наслаждался нынешним существованием, и она не могла его оставить. А он смотрел на нее огромными золотыми глазами, которые она помнила синими, как вечернее небо, и под этим взглядом малодушное желание сбежать исчезало. Поэтому она продолжала существовать ради него. Мы в ответе за тех кого спасли. – О чем задумалась? Смотри какой закат! – Красиво, – тихо выдохнула Розали, и улыбнулась мужу, – спасибо. – Как насчет забраться к королеве? Посмотрим, в чем она ходит по замку? – Эмметт, – захихикала Розали, такое могло придти в голову только ее мужу, – ну зачем тебе это знать? – Интересно же, будем единственными, кто кроме Елизаветы, будет это знать. – Нет, мы не будем пробираться в Букингемский дворец ради этого. – А ради чего будем? Заполночь они вернулись домой, счастливые, с пьяными глазами от любви и все в снегу. Обнимаясь и смеясь, ввалились в комнату, снося по пути попадающиеся вещи. – Эсме нас будет ругать, – шикая на Эмметта и пытаясь поймать очередную статуэтку, шептала Розали. – Не будет! – Раздалось с четвертого этажа. – Вот видишь, они нас понимают, идем. – Спокойной ночи, дети! Жить в доме с вампирами - это уметь не слышать, не видеть, не чувствовать, научиться абстрагироваться, уважать чужие границы. У них были годы практики и сейчас им всем было комфортно существовать вместе. Они были семьей. Дружной, любящей, просто со своими особенностями, но в какой семье нет тайн? В Лондон пришла зима. Только вчера серый и грязный город, за ночь укрыло белоснежным одеялом. Снежинки тихо падая, искрятся в воздухе, под ногами редких прохожих скрепит пушистый снег. Деревья стоят в белых шапках. На улицах чисто и свежо. Столица напоминала хрустальный дворец. – За окном настоящая зимняя сказка! Давайте в снежки поиграем, когда еще будет такая погода? Разбившись на команды: девочки против мальчиков, и построив базы, они, соблюдая осторожность и в пределах человеческих возможностей, обстреливали друг друга. – Ложись! – Залп! – Он прорывается! – Давай в обход! Там засада! Почти захватив базу девочек, Джаспер вдруг остановился. – Ты чего? Мы уже у цели! – Смотри! – Ну дом, как будто мы его раньше не видели, – пожал плечами Эмметт. Но тут, словно в ответ на слова вампира, громко скрипя и привлекая внимание всех Калленов, медленно отворилась дверь. Секунду ничего не происходило, но потом на крыльце появилось оно. Маленькое, чуть повыше колена взрослого человека, лопоухое существо, со сморщенным, как печеное яблоко, лицом. Хитро глянув на остолбеневших вампиров, он начал подметать ступени от снега. Он крутился во все стороны, давая рассмотреть себя во всех подробностях. Закончив убирать крыльцо, он не торопясь, играя на публику, которая все так же следила за каждым его действием, не проронив ни слова, скрылся в доме. Громко хлопнув, дверь закрылась, и дом исчез. – Пойдемте в дом, – позвал семью за собой Карлайл, уже отошедший от увиденного, – доиграете позже, если захотите. Сидя в гостиной, семья ошеломленно молчала. – Почему на нем была надета наволочка? – возмутилась Эсме, – как ему было не холодно? – Думаю, не ошибусь, если предположу, что зовут его Кричер, и это он следил за нами на охоте. – Двое из трех, скоро познакомимся со всеми обитателями особняка. – Элис, ты видишь это? Все посмотрели на провидицу, она молчала, кусая губы. Запустив руку в волосы, маленькая вампирша наконец призналась: – Я не знаю. Дом никогда не появляется в видения, как и его жители. Когда мы сюда переехали, у меня начали образовываться белые пятна, пустота в видениях. Сначала это было на короткий период, потом они увеличились, а теперь я не вижу ничего после Рождества. Семья в шоке смотрела на Элис, никто и не подумал обвинить ее, все переживали за нее и хотели помочь. – Почему ты раньше не поделилась, страдала одна, мы же семья, а в семье не нужно скрываться от близких, – обняв дочь и погладив ту по голове, сказала Эсме, – ты наверно сильно испугалась? – Такого никогда не было! Может я теряю дар? Загадка, связанная с домом была забыта. – Так, я считаю, нужно позвонить Эдварду. – Пап, ты думаешь, он может чем-то помочь? – Нам нужно второе мнение, пусть посмотрит видения Элис, может увидит что. Эдвард прекрасно проводил время на острове Эсме, стараясь забыть Беллу, и залечивая душевные раны, наслаждаясь тишиной в голове. Он купался, бродил по джунглям и очень удивился звонку отца, с просьбой приехать к семье. По началу, он даже не понял о чем говорит Карлайл. Какой-то дом, совы, люди, крошечное существо, но все это меркло перед новостью о даре Элис. Провидица была очень близка ему, наверное из всей семьи они двое понимали друг друга лучше других. То что другие называли даром, они считали проклятием. Но сейчас, когда Элис теряла его, она не была рада, как и Эдвард, в свое время не слыша мысли Беллы, очень этого хотел. Как это обычно и бывает в жизни: только потеряв, начинаешь ценить по настоящему. – Скоро буду, – начав собираться сразу после звонка, Эдвард спустя двое суток был в Лондоне. По приезду, пытаясь разобраться в том, что происходило с семьей во время его отсутствия, Эдвард подумал, что все сошли с ума. А что еще можно было подумать, когда в головах родных он услышал про исчезающий дом, сов с газетами, людей невидимок, странные фразы, жабросли, магию и драконов. Отсутствие видений у Элис на этом фоне померкло. Для начала, он вспомнил, что имеет медицинское образование, и даже с подходящим профилем. Он закончил психологический факультет, когда понял, что как Карлайл не сможет сдерживать жажду и оперировать пациентов. Вспомнив все, чему его обучали, понял, что родные все же в своем уме. Да и аргумент Эмметта, о том что они сами являются для людей выдумкой, то почему не может существовать все то, чему они сами были свидетелями, сыграл не последнюю роль. Отодвинув проблему провидицы, как более сложную, он решил понять, видят ли остальные соседи дом и, что происходит в головах у невидимых личностей. – Ну что? – спросил Эмметт, после того как Эдвард в живую посмотрел на исчезающий особняк. – Занимательное зрелище. И да, вы правильно решили, его видим только мы. Для прохожих остается все неизменно, когда он появляется. И не думаю, что это связано с тем что мы вампиры, вдруг добавил он. Эмметт недоуменно на него посмотрел. – У Розали было такое предположение, – пояснил он, зная что его услышат все продолжил, – в городе я встретил другого вампира, он живет в Англии, мы разговорились, и я сказал, где мы обитаем в его мыслях не услышал ничего подозрительного, а по его словам тут он раньше бывал часто. И добавил, что недавно в Англии происходили странные события, но не уточнил какие именно. Думаю, можно в газетах посмотреть, может что и отыщется. – Я этим займусь, – сказал Джаспер, досадуя на себя, что ему такое даже в голову не пришло. – Не переживай, думаю я тоже не подумал, если бы находился с вами с самого начала. А сейчас свежий взгляд со стороны не лишний. И кстати, надо посмотреть что происходит на картах. – Ты вообще у нас умник, с картами разберемся, думаю его на них просто не будет, – хлопнул по плечу Эдварда Эмметт, – пошли в дом к остальным. Мы и оттуда услышим невидимок, они к сожалению тоже не часто появляются. А пока можно и мелкой помочь. Сидя на диване в гостиной, Элис чинно сложив руки на коленях, смотрела на Эдварда, показывая все что за это время видела. Как постепенно становилось больше пустота, как стирался следующий год и как в итоге пропало все. Но осталось чувство счастья и радости. Причем было такое ощущение, что вся семья испытывала это. – Ну что? – с тревогой спросила Эсме, присаживаясь и обнимая провидицу. – Такое ощущение, что что-то мешает увидеть, ведь есть чувства, причем очень хорошие. Будто пелена на глазах. – Вот, я поэтому и молчала, ведь в итоге все будет хорошо, – тихо проговорила Элис, – я не знаю, как это будет и почему, но мы должны это понять, иначе упустим что-то очень важное. – Детка, мы все понимаем и не сомневаемся, мы знаем, что ты не хочешь нам зла, – гладя дочь по голове, утешала ее Эсме. – И что до дара, он на месте, ты же видишь наши решения сейчас, например что я планирую подарить Эмметту на Рождество? – Да, – Элис счастливо улыбнулась. – Дар в порядке, а с помехами мы разберемся, – пообещал сестре Эдвард, – а раз все в норме, пойдем сыграем партию. – Это будет скучно, – заныл Эмметт. На что Розали пихнула его локтем под ребра. – Точнее, с удовольствием посмотрю на вашу игру. Играя с Элис, они параллельно обсуждали все события. – Запахи и правда настолько ужасны? – Ты даже не представляешь насколько, но скоро убедишься в этом сам. – Даже любопытно, – улыбнулся Эдвард, вернувшись домой, он забыл обо всех своих страхах, его никто не винил, не осуждал, все были поглощены загадкой дома. Впервые за свою долгую жизнь, вампирам попалось нечто настолько неординарное, что времени на страдания и глупости у Эдварда не осталось. – А как тебе совы? – Они прекрасны, такие красивые, а газеты бы почитать. – Лучше не надо. А Эдвард увидел в мыслях, чем закончилась охота Эмметта на птицу, и заржал: – Ты выглядел очень нелепо, брат. – Я бы на тебя посмотрел. – Нет, спасибо, я пожалуй пас, мне и без этого интересно. – Я выиграла! – радостно объявила Элис, пока Эдвард отвлекся, она сумела его подловить. – Так не честно, я требую реванш! – Зато мы убедились, что дар Элис точен и работает, как часы, – успокоилась за дочь Эсме. – А как часто слышно жителей того дома? – Очень редко, и очень плохо, чаще всего это пару фраз, а иногда лишь сердцебиения и дыхание. И что странно, слышно как говорит женщина, но ни сердца, ни дыхания у нее нет, – рассказывал Карлайл, – подросток дышит нездорово, и молчит, мы ни разу его не слышали, у маленького существа – Кричера, – пояснила Элис. – Да, вроде это его имя, и он прислуживает леди без сердца, очень характерное дыхание и частота сокращения сердечной мышцы. – Пап! Давай для нас по простому, без твоих докторских штучек, – воспротивился Эмметт. – Ясно, значит больше надежды на появление невидимок. – Шах и мат! Так прошло еще несколько дней. Эдвард сидел дома, не посещал школу, чем был очень недоволен Эмметт, его-то заставляли туда ходить. А младший братец откосил, и наблюдает за странностями. Ему даже повезло услышать невидимок, но вот с мыслями вышел облом. – Так непривычно, – делился Эдвард с семьей вечером, – они есть, я слышу их разговор, дыхание, а мыслей нет, пустота. – Как с Беллой, – Эмметт и тактичность не совместимые вещи. Но Эдвард даже не огорчился при упоминании бывшей девушки: – Очень похоже, но не так, это сложно объяснить. У Кричера, который после очередного снегопада чистил крыльцо, Эдвард услышал мысли, но это было больше похоже на старое сломанное радио, и понять что-либо в этой мешанине он не смог. Приближалось Рождество. Элис заметно нервничала. На семейном совете было решено, что странный дом и отсутствие видений связано, и скорее всего напрямую, а это значит, что после Рождества они познакомятся с обитателями особняка лично и возможно им откроется его тайна. Остальные были в нетерпении, особенно Эмметт: – Лучший подарок на Рождество! – мечтательно улыбнулся здоровяк. А с подарками было сложно, как бы хорошо они не знали друг друга, но они были бессмертными вампирами с многомиллионным состоянием, у которых все есть. Многие человеческие вещи, из тех что дарят на Рождество, им были просто без надобности, ну зачем им набор чая или кофе, или сладости? Ладно ещё носки, они бывают красивые. Но не будешь же их дарить всей семье. Так что выбор подарков для них был еще той задачкой. Особенно в семье с провидицей, и читающим мысли. Эдвард старался без особой надобности не влезать в головы к родным, а те научились скрывать важные мысли, но даже так не всегда удавалось сохранить интригу. А Элис целенаправленно подсматривала, она не могла сдержать любопытство. Но никогда не рассказывала другим, право на сюрпризы было для нее свято. Эсме, чтобы отвлечь всех, убедила нарядить дом всем вместе, обычно этим занималась она одна, с вампирской скоростью и силой, ей это было нетрудно. Но в этом году, все было по другому. Купив огромную пушистую елку на рынке, кучу разных игрушек, и всего необходимого, по заверениям продавцов, они украшали дерево и спорили до хрипоты, где должна висеть та или иная игрушка. Дом они обвешали гирляндами и снаружи и изнутри. Дом, словно новогодняя игрушка, светился на улице, выделяясь среди других. На его фоне загадочный дом выглядел совсем неказисто. Каждый раз видя его Эсме вздыхала. – Может там не празднуют Рождество, – пытались утешить ее дети, и отвлечь от мысли, что там, за темными окнами и черной дверью страдает ребенок в одиночестве. Кричер, по ее мнению не был подходящей компанией, все же судя по разговорам, предан он был лишь своей леди. Чем ближе было Рождество, тем сильнее разгоралось любопытство вампиров. Уже даже обычно спокойный и уравновешенный Джаспер, заразившийся эмоциями от семьи, не мог дождаться 25 декабря. Весь клан был взбудоражен. Что же скрывается за этой дверью, какие тайны хранят стены этого дома? Они не боялись, ведь что можно противопоставить семерым взрослым вампирам? Вечером, накануне сочельника Эсме вышла из дома, встретить Карлайла с работы, заодно посмотреть на метаморфозы с соседским домом. Чтоб после рассказать о любых изменениях Джасперу, которые он записывал в свой неизменный блокнот. Джас внимательно следили за любыми изменениями, а Эмметт делал ставки. Здоровяк ставил буквально на все: кто заметит изменения, что именно произойдет, во сколько это будет, насколько это его поразит, что будет надето на Элис в этот момент. А ставки поражали своей абсурдностью. Была даже ставка на появление дракона или русалки. Какая русалка посреди Лондона зимой? Хотя, кто знает, она бы уже ничему не удивилась. Карлайл появился в конце улицы и с улыбкой махнул рукой. Эсме помахала в ответ, на что Карлайл указал рукой в сторону соседнего крыльца. Обернувшись Эсме увидела, как прямо из воздуха на нем появляется сосед. Для них это стало уже обыденностью, как быстро ко всему привыкаешь: недавно они с изумлением на это смотрели, а сейчас лишь отмечали - сосед вернулся домой. С любопытством она наблюдала, что произойдет дальше. А дальше стало происходить нечто страшное. Подросток вдруг пошатнулся и стал заваливаться назад. Эсме подбежала к нему, не скрывая скорости - это тоже было ими проверено, рядом с этим особняком на их странности никто не обращал внимания: бегай, прыгай, делай что хочешь, прохожие и бровью не поведут, и подхватила, чтоб не дай бог, он не упал. Краем сознания удивилась его весу - издалека он казался крупнее. А сейчас находясь рядом с ним, она понимала беспокойство Карлайла и неизвестной женщины: темные мешки под глазами, бледное лицо, излишняя худоба, искусанные губы. Этот парень был определенно нездоров и нуждался в лечении, а заглянув в его зеленые глаза Эсме увидела море боли и вины. Сердце бессмертной вампирши сжалось, материнский инстинкт требовал покарать всех, кто заставил страдать этого ребенка, и защитить, чтоб больше такого не происходило. Эсме еще не успела осознать, но она уже привязалась к этому подростку. За этим вампирша не заметила, как рубашка на парне пропитывалась кровью, пачкая ее руки. Нонсенс, но Эсме не ощущала жажды, и знакомого запаха крови не было. – Эсме, он сейчас упадет от кровопотери! – Какой кровопотери, ты о чем? – Эсме не видела, как подбежал Карлайл. За ним прибежали и все остальные, увидев что она приблизилась к загадочному особняку и не менее загадочному его хозяину. – Джаспер, – начал было Карлайл, но его перебила Элис – Я не чувствую жажды. На мгновение все замерли - никто из вампиров не желал вцепиться в горло истекающему кровью подростку. – С этим будем разбираться потом, сейчас его нужно перевязать и восполнить потерянную кровь. И возможно зашить рану, – проведя беглый осмотр, сказал Карлайл. – Но куда нам его нести, – несмело спросила Розали. Парень продолжал стоять на своих двоих, поддерживаемый Эсме, и в недоумении рассматривал их. – Вряд ли он сможет в таком состоянии открыть дом, так что к нам. У меня в кабинете есть все, чтобы оказать первую помощь, – сказал Карлайл, перехватывая подростка у жены. Но стоило им только сделать шаг по направлению к лестнице, как дверь за их спинами гостеприимно распахнулась. – Полагаю, нас приглашают, – хмыкнул Эмметт, и не раздумывая ни секунды, смело переступил порог. За ним последовала вся семья, помогая зайти слабому от раны парню. – Тут как то обычно, – разочарованно протянул здоровяк, ожидавший от загадочного дома нечто особенного прямо с порога. Но холл оказался совершенно обычным: темным, грязным, старым, но обычным, и лишь странная подставка под зонтики выбивалась из обстановки. – Добро пожаловать в дом рода Блэк, дорогие гости. Мы вас ждали. Кричер, запри двери. – Ой, а вот это уже было неожиданно.