Часть 3. Ночь держится за волосы

Ночной воздух был густой, как дым от сожжённых писем. Пропитанный бензином, жаром асфальта, голосами и светом, который казался слишком ярким для полутени гаражного проезда. Всё вокруг гудело. Машины стояли плотными рядами, будто звери на старте. Музыка качала из сабвуферов — не просто звуком, а как будто вибрацией в груди. Каждую минуту кто-то включал фары, кто-то сигналил, кто-то открывал капот, проверяя натяжение ремня. Смотрели в телефон, курили, обнимались, спорили, смеялись. Ассоль стояла у борта розовой "Мазды", закинула голову назад, выдохнула. Её белая рубашка была расстёгнута до половины, а короткие шорты казались частью тела. На шее болтался шнурок с ключами. Она чувствовала, как сидр греет внутри, как дыхание становится чуть ленивее, движения — плавными, а смех — раскатистей, чем надо. Её шатало, но не пугало. В этом вечере было всё, чего не хватало днём: пульс, напряжение, ветер, неизвестность. Всё её. Рядом Хлоя с Линдой спорили о чьей-то машине. Линда щурилась, обнимая пластиковый стакан, Хлоя смеялась, как будто ей уже всё равно. Где-то у гаражей кто-то жёг файер — красный дым пополз вверх и слился с тёмным небом. И именно в этот момент — когда Ассоль глотнула из бутылки и собиралась что-то крикнуть в сторону подруг — он подошёл. Просто появился. Без пафоса. Как будто вышел из её сна. Тим. Парень в чёрной худи, со спокойными глазами и руками в карманах. Взгляд — в точку. В неё. Как будто он здесь был только ради этого. — Привет, — сказал он. Ассоль медленно опустила бутылку и повернулась к нему. Внутри что-то дрогнуло. Не сразу. Но ощутимо. — Привет, — ответила она, хрипловато. — Ты кто? Он чуть улыбнулся, едва заметно. — Мы виделись. Я как-то... случайно попал к тебе домой. Ты подумала, что я клиент. А я думал, что это книжный. Она зависла на секунду. Потом сдвинула брови. И вдруг рассмеялась - настоящим, заливистым, почти детским смехом. — Подожди... это был ты?! Ты тот самый книжный маньяк? — Возможно, — сказал он. — Если только ты не часто приглашаешь странных парней внутрь. Ассоль покачнулась ближе, глядя на него, иронично щурясь: — Только если они выглядят, как заблудившиеся философы. — Это комплимент? — А ты как хочешь. Он выдохнул, почти незаметно усмехаясь, но в его взгляде уже читалась какая-то мягкая настороженность. Он разглядывал её. По-настоящему. Не как парень на гонках смотрит на девушку в шортах. А будто бы хотел понять, не спросив ничего. — Ты выпила, — заметил он. — Серьёзно? — Она театрально хлопнула глазами. — Никогда бы не догадалась. Он засмеялся. Тихо. Снизу, будто это его вырвало. И на секунду она увидела: он тоже здесь не совсем свой. Не такой, как все. Было что-то в его взгляде — будто он пришёл на край чего-то и не уверен, прыгать или нет. — Почему ты здесь? — спросила она. — Типа, гонки — твоё? — Нет, — ответил он. — Мой друг гоняется. Я просто... пришёл. Искал что- то. Или кого-то. — Нашёл? — Может быть. Она снова сделала глоток и откинула волосы. Хотела сказать что-то ещё — и в этот момент всё изменилось. Щелчок. Сигнал. Рёв. Где-то за поворотом мигнули маячки. Синие. Красные. Сирена сначала глухая, потом навязчивая. Потом ближе. — Полиция! — заорал кто-то. — Вали!!! Все пришли в движение. Как вода — мгновенно. Кто-то прыгнул за руль, кто- то перелез через капот, кто-то кричал в телефон. — Линда?! Хлоя?! — Ассоль обернулась, но подруг уже не было рядом. Толпа плотнела, машины трогались с визгом. Свет, шум, пыль — всё смешалось. Она попыталась прорваться назад, но споткнулась. — Эй! — крик рядом. — Садись! Тим. Он стоял у открытой двери своей машины, смотрел на неё, как будто в этот момент было только два варианта: сесть — или остаться в хаосе. Ассоль не думала. Просто побежала. Прыгнула внутрь, захлопнула дверь. — Пристегнись, — бросил он и надавил на газ. Машина сорвалась. Её вжало в кресло, уши заложило от рывка. Позади -0 сирены, фары, дым. — Охренеть... — прошептала она. — Это реально происходит?! — Добро пожаловать в экстрим, — сказал он. И включил музыку. Басы взорвались. Дорожный бит, грубый, качающий. ⸻ Ассоль расхохоталась. Выгнулась в кресле. Почувствовала, как кровь ударила в голову. И вылезла. Резко опустила стекло, высунулась наружу. Тело наполовину снаружи, руки в стороны. Ветер хлестал по лицу, волосы летели назад. Рубашка взвилась, живот блестел в свете фонарей. На секунду она закрыла глаза — и всё исчезло. Всё, кроме скорости, неба и свободы. Тим глянул в боковое зеркало. Она — будто кадр из клипа. Красивая, яркая, живая. Слишком настоящая. — Эй! — крикнул он. — Вернись в салон, сейчас будет поворот! Она засмеялась, влезая обратно. У неё горели глаза. Щёки пылали. Она скинула волосы назад, уселась боком, глядя на него. — Ты. Просто. Нереальный, — сказала она. Он глянул на неё краем глаза. — Ты думаешь, я — приключение? — Нет. — Она провела пальцем по стеклу. — Я думаю, ты — что-то, о чём мне завтра лучше не вспоминать. Он улыбнулся впервые по-настоящему. — А ты? — Я? — Она потянулась за бутылкой, сделала глоток. — Я ночь, которая держится за волосы и орёт в небо. Сегодня. Только сегодня. Машина неслась вперёд. Впереди было только шоссе, звёзды, и ночь, которая не собиралась заканчиваться.