Три — когда Баки согласился на тренировку. Почти.

Он не знал, зачем пришёл. Наверное, потому что Стив попросил. Или потому что Джарвис напомнил — вежливо, с британской мягкостью, но всё равно навязчиво: —" Мистер Барнс, ваш распорядок дня не предполагает затворничества. Тренировка с остальными начнётся через 14 минут. Я скоординирую лифт." Он не отказался. Не сказал "нет". Просто… поехал. Теперь стоял у входа в тренировочный зал, как чужак в чужом времени. Он и был чужаком. Сэм в углу спорил с Клинтом, кто из них попадёт стрелой в движущуюся цель с завязанными глазами. Тор, сияющий и босой, сражался с тренажёром как будто это был йотун. Брюс наблюдал из-за стекла, делал заметки — или просто прятался. Наташа разминалась, глядя на Баки мимолётно, но без насмешки. Как кошка, чуткая к чужим страхам. Стив ждал. Конечно, Стив всегда ждал. Баки не двигался. Он чувствовал взгляд, каждый. Слышал шум, каждый. Сердце било слишком быстро — даже для суперсолдата. — Добро пожаловать, сержант Барнс, — голос Джарвиса раздался сверху, с лёгким теплом. — Я позволил себе скорректировать параметры освещения и заглушить внешние звуки на 15 процентов. Если требуется — могу выключить зуммеры тренажёров. Или Мистера Уилсона. Сэм вскинул голову. — Эй, я тут, между прочим, пытаюсь социализировать с ветераном! — Я слышу тебя, — пробормотал Баки. Голос хриплый, редкий. Его редко слышали. Стив подошёл ближе, не касаясь. — Мы просто тренируемся. Ничего официального. Никто не будет смотреть. Никто не ждёт, что ты— — Ты ждёшь, — сказал Баки. Не обвиняя. Просто факт. Стив на секунду замолчал. — Я надеюсь. Баки подошёл к груше. Она висела ровно, как будто дожидалась его. Он поднял руку. Бионическую. Впервые за долгое время не чтобы защищаться. Просто… чтобы попробовать. Удар. Глухой, глубокий звук. И сразу — тишина. Даже Сэм замолчал. Баки ударил ещё раз. И ещё. И ещё. Он не думал. Просто бил. Пока кожа на человеческой руке не начала гореть, а в металлической — не гудели сервоприводы. — Внимание: прочность груши — 72 процента, — сообщил Джарвис. — Рекомендую сохранить остаток злобы на миссии. Или неработающию кофемашину. Баки остановился. Опустил руки. — Прости. — За что? — спросил Стив. — Это твоя груша. Баки не ответил. Он просто сел на край зала, откинувшись к стене. Тяжело выдохнул. Сэм подошёл, присел рядом. — Ну... на восемь с половиной по шкале “я-ещё-не-ваш-друг”. Неплохо. Баки бросил на него короткий взгляд. — У тебя странная шкала. — Спасибо, стараюсь. Стив подошёл, сел с другой стороны. Трое — как равнобедренный треугольник. Только один из них всё ещё чувствовал себя не вписанным. — Хотите сохранить прогресс, Мистер Барнс? — тихо спросил Джарвис. Баки не ответил. Но не встал. Не ушёл. Просто остался. И этого, наверное, было достаточно.