Глава XV.

Безопасное место, о котором говорил Мадара, оказывается маленьким охотничьим домиком, надёжно скрытым от посторонних глаз под сенью могучих клёнов, расположенным высоко в горах. Но путь до него занимает целых две недели. Так что, когда Изуна наконец-то видит строение, смутно напоминающее дом, то громко хлопает в ладоши, а её уставшее, измождённое личико, озаряется робким подобием счастья. Мадара заходит первым, с трудом открыв входную дверь, которая начала проседать от многолетних перепадов влажности. Изуна проходит следом, пока брат направляется к окнам, чтобы убрать с них глухие съёмные щиты, которые крепились на те изнутри, делая дом, таким образом, достаточно безопасным в случае непредвиденных ситуаций.  Скудное убранство поражает девушку, с рождения привыкшую к роскоши, своей ужасающей бедностью и убогостью. В доме только одна комната с большим очагом, расположенным в центре. Деревянный пол даже лаком не покрыт! Татами отсутствуют, но это и к лучшему. Ведь они попросту бы сгнили, превратившись в кисель, став рассадником грязи и насекомых в такой духоте и влажности без регулярной сушки. Из мебели - сундук у стены, да невысокий стол с бурыми пятнами, явно предназначенный для разделки мяса. Прямо под ним посуда, сваленная в беспорядочную кучу. В то время как Изуна продолжает скользить по окружающей обстановке шокированным взглядом, Мадара достаёт футоны из ниши, расположенной в стене. Которые сохранились не иначе, как чудом. Конечно все отсыревшие, но хорошая просушка решит эту проблему. - Изуна, ты в порядке? - старший брат заботливо обращается к застывшей без движения и, кажется даже переставшей дышать, младшей сестре. - Д-да... Просто тут так грязно и пусто… - Изуна отмирает, а её голос дрожит от сдерживаемых слёз. Неужели им теперь придётся жить здесь? - Есть такое. Понимаешь, обычно мало кто утруждал себя ежедневной и тщательной уборкой. Cудя по состоянию дома и нетронутым слоям пыли, здесь никого и вовсе не было в последнее время. А это нам только на руку. Меньше шансов, что объявятся внезапные гости. Cамая ближайшая деревня располагается в трёх днях пути от подножия горы. Идеальное место для отшельников, монахов и беглых преступников. За домом обнаруживается ещё одна постройка, раза в два меньше. Это оказывается место для купания, за перегородкой которого располагается туалет. Вместо привычной для Изуны ванны с очагом для нагрева воды, в этом месте стоит простая пузатая бочка и пара вёдер, которые прикреплёны к шесту с помощью верёвок, чтобы удобнее было носить в них воду. Когда Изуна после осмотра возвращается обратно, то Мадара уже вовсю занят обустройством их быта. Араши он уже расседлал, и сейчас открывал окна, чтобы избавиться от затхлости в помещении. - Братик, может мне чем-то тебе помочь? - неуверенно спрашивает Изуна, пока Мадара проверяет, пригодны ли полена из дровницы для очага или нужно идти за новыми. - Нет. Ты итак сильно устала. Твоим ногам нужен отдых, - с этими словами Мадара стелет на пол последнюю относительно чистую ветошь, которая у них была с собой, чтобы младшая сестра могла прилечь. За время их спешного бегства юная Учиха стерла кожу на ногах до кровавых мозолей. Поэтому, когда была возможность, старший брат сажал сестру на Араши, а во время привалов мазал Изуне ноги лечебной мазью и менял повязки. Кроме того, он делал Изуне массаж стоп с воздействием на определённые точки. Не трогая повреждённую кожу, он надавливал на центр стопы, в ямке под подушечками, чтобы снять усталость. Костяшками кулака с силой давил на каждую зону, уделяя внимание тем местам, где концентрировалось наибольшее напряжение. Массировал пятки круговыми движениями, а в конце крутил стопу, расслабляя голеностоп. А вот Мадаре же расслабляться отнюдь не время. Следующим в списке дел на сегодня было набрать воды. Родник находится чуть выше по склону, к нему Мадара ходит раз десять, не меньше. Сначала перемывает всю посуду в доме, потом настаёт очередь полов. На тех ветвях, до которых достают солнечные лучи, он развешивает футоны. И только теперь можно поставить свежеочищенный от застарелого налёта копоти котелок на огонь, так неохотно занявшийся от сомнительной сухости дров, дабы вскипятить воду для травяного чая. Учиха использует йомоги и мяту, произраставших в округе с избытком, и которых он нарвал по дороге к роднику. Когда они усаживаются на циновки у очага, приготовленный отвар Мадара разливает по кружкам. Брат протягивает чай сестре, и та, приняв его, смотрит на своё отражение на поверхности напитка. Руки юной Учихи дрожат, и оно идёт рябью. Неизвестность пугает. Страшит то, что может произойти в будущем, которое туманно и неопределенно. Безумно хочется, чтобы всё стало как прежде. Вернуться в прекрасное, ещё такое недавнее прошлое, где отец жив, а брат принадлежит лишь ей одной. Где дом - это самое безопасное место, а она может получить по первому требованию всё, что только душе угодно. Но сидящий напротив мужчина, являющийся её самым близким и дорогим человеком, сжимает пальчики Изуны поверх керамики. Поверхность чая снова становится ровной. И все эти малодушные, боязливые мысли растворяются, будто их никогда и не было. Неловкого инцидента с опрокидыванием чашки и последующим разлитием горячего чая удаётся избежать. Всё благодаря Мадаре. Впрочем, как и всегда. После тщательной стирки постельного белья (коей снова занимается Мадара) и просушки его вместе с футонами на солнце, брат с сестрой обзаводятся приличными местами для сна. День пролетает быстро. После лёгкого ужина оставшимися ягодами и орехами, Учихи ложатся спать. Несмотря на то, что находятся они практически рядом (их разделяет только очаг), Изуне даже это расстояние кажется ужасно далёким. Во время побега они спали в обнимку, что было обусловлено сложившимися обстоятельствами. Сейчас, когда в этой вынужденной мере отпала нужда, Изуна чувствует себя невероятно одинокой. Словно у неё снова отобрали то, к чему она так привыкла. Она устаёт ворочаться в попытке заснуть, и, пересилив сомнения вперемешку со стеснением, поднимается со своего места. - Братик..? - приблизившись, зовёт она Мадару. - Да? - он открывает глаза. - А можно... я буду спать с тобой вместе? Без тебя заснуть не получается. Мне так плохо, - от волнения Изуна нервно выкручивает пальцы. Так некстати всплывает в памяти жена Мадары. Может... он предпочёл бы находиться сейчас с Хаширамой, а не с ней? - Конечно можно, Изу. Я сейчас сдвину наши футоны, - старший брат встаёт и расстилает постель сестры рядом со своей. Когда они ложатся, Мадара раскрывает объятия, предлагая Изуне лечь ему на грудь. Он знает, это то, чего она ждёт и то, что ей нужно. Этой ночью юная Учиха спит так сладко, как никогда ранее. На следующее утро Изуна просыпается одна. Мадары в постели уже нет. И это немудрено, ведь солнце давно вошло в зенит, а работы всё ещё предстоит непочатый край. Она поднимается, выскальзывая из-под тяжёлого одеяла. Тлеющие угли в очаге продолжают хранить тепло, но лишь чуть-чуть, поэтому температура в доме комфортная, учитывая духоту, царящую снаружи. - Доброе утро, Изуна. Как твои ноги? Всё ещё болят? – встречает на улице Мадара подошедшую к нему сестру. - Доброе, братик. Мне гораздо лучше, спасибо! Боли почти не чувствую, - улыбается та. - Я очень рад этому, - Мадара отрывается от своего занятия и кладёт Изуне руку на голову. И начинает гладить. Как раньше. Как в детстве. И даже можно подумать... будто... ничего и не произошло... Юная Учиха кусает губы, чтобы не заплакать и опускает голову. Ей уже девятнадцать лет и она больше не ребёнок. Только благодаря отцу и брату она задержалась в беззаботном и счастливом времени, когда ты обычно не несёшь никакой ответственности, так долго. Всхлип. Мычание сквозь сжатые зубы. Истошный вопль переходит в истерическое рыдание. Изуна трёт глаза руками и шмыгает носом. Девушке, особенно из высшего сословия не прислало выражать скорбь или иные сильные эмоции явно и, что более важно, настолько неприглядно. Но из правил всегда бывают исключения, и Изуне повезло стать одним из них.  А Мадара же, в свою очередь… просто ждёт. Он тактично молчит, позволяя сестре проплакаться. Не стыдит за слабость. Не требует успокоиться. А когда Изуна бросается к нему в объятия, принимает её. Впрочем, как и всегда. Чтобы убедиться, что им больше ничто не угрожает (по крайней мере, пока), Мадара проводит тщательную разведку. Не обнаружив в близлежащих окрестностях ни единого следа чужого присутствия, бывший главнокомандующий приступает к ревизии находящихся в доме полезных ресурсов и нужных вещей. Из оружия обнаруживается вполне сносный лук в комплекте со стрелами. Правда, тетива оставляет желать лучшего, требуя замены. Рабочие инструменты свалены в хаотичном порядке в углу погреба, прямо за мешками с солью и рисом. Изуна никогда бы и не подумала, что он есть в доме, пока Мадара не поднял его крышку и не спустился вниз. - Соль и рис сильно отсырели, конечно… но их ещё можно будет использовать, - находясь внутри, объясняет он склонившейся к краю погреба, Изуне. Учихе не по себе, что под ними расположено такое тёмное и пустое пространство. Сама она туда точно бы не полезла. Ей представляется, что за мешками может кто-то прятаться. Или что-то. И ей становится ещё неприятнее, когда Мадара поворачивается спиной к тёмным углам, пока достаёт оттуда всё необходимое. Пара дней у Мадары уходит на то, чтобы починить и привести в порядок имеющееся в наличии оружие, просушить соль и рис, с запасом нарвать для Араши бамбуковых листьев, а также изготовить силки для зайцев. Изуна всё время находится рядом, внимательно наблюдая за действиями старшего брата и слушая его разъяснения, касающиеся того или иного дела. И теперь всё то, что раньше делала прислуга, Изуне приходится учиться делать самой. Но ей продолжает везти, ведь и здесь старший брат не бросает сестру на произвол судьбы. Мадара, итак всегда бывший самостоятельным, привык справляться со всем сам без посторонней помощи во время проживания в клане Сенджу, а на войне и тем паче. Определённо, когда была возможность, Мадара слугами не пренебрегал, но если было нужно, то бытовые и насущные дела прекрасно мог и умел выполнить единолично, благодаря чему даже в такой суровой обстановке Изуна может чувствовать комфорт и безопасность. Первый казус случается совсем скоро. Изуна, устав чувствовать себя бесполезной, решает нарезать корень лотоса, пока Мадара мастерит для Араши стойло и навес над ним. Нож ожидаемо соскальзывает, и на коже проступают алые капли. Изуна суёт неосторожно порезанный пальчик в рот и тихо стонет от боли, стараясь не заплакать. - Нож необходимо держать крепче. Давай я тебе покажу, как надо, - раздаётся спокойный голос брата у неё за спиной. Спустя час и один забинтованный пальчик, на столе появляется полная миска тонко нарезанного корнеплода. Лето пролетает незаметно. Собирательством они занимаются вдвоём, порой уходя с рассветом и возвращаясь в сумерках. Старший брат объясняет, какие грибы и ягоды ядовитые, а какие можно есть не боясь. Какие травы обладают не только приятным вкусом, годным для чая или в качестве приправы, но также помогут унять боль или снять воспаление. А вот на охоту Мадара всегда отправляется один. Но его отсутствие длится не более пары часов. Пока что им хватает мяса мелкой дичи, при этом мужчина понимает, что без солидных запасов (особенно зимой) скоро будет не обойтись. Чтобы выследить и убить, к примеру, кабана, ему потребуется несколько дней. А оставить сестру на такое длительное время одну совершенно не вариант. Изуна итак тревожно реагирует на любые, даже самые кратковременные отлучки старшего брата, и он не собирается заставлять её переживать ещё больше. Да и если признаться честно, в первую очередь самому себе, Мадара больше никогда и никому не позволит даже пальцем коснуться его драгоценной младшей сестрёнки, и уж тем более, приставлять к её горлу оружие. И для того, чтобы он мог сдержать данное сестре обещание, долговременная разлука неприемлема. По крайней мере, пока он не будет в состоянии обеспечить её безопасность иным способом, кроме как неотлучно находиться подле неё. По этой же причине приходится оставаться в полном неведении относительно актуальной на данный момент, обстановки. Если бы Мадара был один, он, конечно, без проблем бы узнал всю необходимую информацию, не привлекая к себе абсолютно никакого внимания. И точно не стал бы бездействовать так долго. Однако… у него в приоритете всегда стоит и будет стоять сестра и её благополучие, а не месть клану Сенджу. - Братик, о чём задумался? – раздаётся звонкий голосок, а затем обладательница этого самого голоска, довольно хихикая, запрыгивает ему на спину. Мадара тут же машинально подхватывает сестру под бёдра, чтобы она с него не свалилась. - Зима ещё не скоро, но к ней лучше подготовиться заранее. Зайцы и барсуки это, конечно, хорошо. Но я хочу подстрелить пару-тройку кабанов, чтобы не беспокоиться о мясе. Тут парой часов не обойтись. Поэтому на следующую охоту мы пойдём вместе. Но ты не волнуйся, тебе ничего не угрожает. Главное держись всегда рядом и всё будет отлично. После этого наступает пауза и следует продолжительное молчание, которое прерывает неуверенный вопрос девушки. - А мы… сколько ещё будем здесь оставаться? - Планирую год, как минимум. За это время нас должны перестать интенсивно искать. Но до первого снега я хочу посетить близлежащую деревню. Всё же, оставаться в неведении такое изрядное количество времени относительно нашего положения категорически нельзя. И не волнуйся. Туда мы тоже пойдём вместе, - предвосхищая дальнейший вопрос, Мадара поясняет заранее. - Люблю тебя, братик, - слова срываются с губ Изуны раньше, чем она успевает подумать над ними. Но она чувствует такую благодарность и щемящий душу восторг в душе от того, что Мадара настолько о ней заботится, что не может молчать о своих чувствах. - Я тоже люблю тебя, Изуна, - хватка девичьих рук на шее мужчины усиливается. Брат с сестрой стоят так ещё долго, и каждый из них не желает размыкать объятий.

Примечания.

Массаж стоп с воздействием на точки (акупрессура) — эффективный метод снятия усталости, отеков и стресса, который улучшает кровообращение и расслабляет мышцы. Процедура включает разогрев, надавливание большими пальцами или костяшками на зоны стопы, проработку пальцев, выполняется по 5-10 минут на ногу. Йомоги - японская дикорастущая полынь.