Часть 14

      Дарья методично открывала ящики стола Кати один за другим. Пусто. Никаких следов — ни фотографий в рамках, ни чашки с надписью "World's Best QA", ни даже запасной резинки для волос.       — Здесь должны быть её вещи, — Дарья выдвинула последний ящик. — Я точно помню, у неё была коллекция фигурок лисиц. Маленьких таких, деревянных.       Майкл стоял у окна, его силуэт чётко вырисовывался на фоне городских огней:       — Система стирает следы. Как будто Катя никогда здесь не работала.       По офису прокатился шёпот. Дарья заметила, как Мария прячется за монитором, делая вид, что работает, но её глаза постоянно возвращались к пустому столу Кати.       — Смотрите, — Шон подкатился на кресле, держа телефон. — Её нет в групповом чате. Все сообщения исчезли.       Дарья открыла Slack. Действительно — ни единого следа переписки с Катей. Словно кто-то аккуратно вырезал её из цифровой ткани реальности.       Рядом со столом зашуршал принтер. Листы падали один за другим, покрытые странными серыми разводами. Дарья подошла ближе — узоры напоминали силуэты деревьев, размытые дождём.       — Запах, — вдруг сказал Майкл. — Вы чувствуете?       Воздух наполнился ароматом мокрой коры и прелых листьев. Типичный запах леса после дождя — запах, который всегда окружал Катю.       На стене появилась тень — высокая, стройная фигура с длинной косой. Но когда Дарья повернулась, там никого не было.       — Я слышал, — прошептал кто-то за соседним столом, — что такое уже случалось. В других компаниях. Люди просто... исчезают.       — Заткнись, — оборвал его Шон, но его обычная ухмылка исчезла.       Дарья подошла к серверной. Дверь была заперта, но сквозь щель пробивался тусклый серый свет. Она прислонилась к холодному металлу, закрыла глаза:       — Катя, где ты?       Система отозвалась — экраны мигнули, по офису пробежала волна статики. На мгновение Дарье показалось, что она видит отражение Кати в тёмном стекле двери — бледное лицо, глаза, полные странного света.       — Дарья, — Майкл положил руку ей на плечо. — Нам нужно быть осторожнее. Система... она голодна.       — Что ты имеешь в виду?       — Она питается не просто данными, — он говорил тихо, почти шёпотом. — Ей нужны эмоции, воспоминания, связи. Катя была... особенной. Как лесной дух в цифровом мире.       В этот момент все компьютеры в офисе синхронно издали звук входящего сообщения. На экранах появился один и тот же текст:       СТАТУС_СВИДЕТЕЛЯ: ПОИСК       ЦЕЛЬ: НЕОПРЕДЕЛЕНА       ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ_ОСАДОК: ОБНАРУЖЕН       — Она ищет следующего, — прошептал Майкл.       Мария резко встала из-за стола:       — Я... мне нужно домой. Прямо сейчас.       — Сядь, — голос Майкла стал жёстче. — Если мы сейчас запаникуем, система это почувствует.       По потолку пробежала рябь — словно волны по поверхности тёмного озера. Тени в углах офиса стали гуще, плотнее. Они двигались почти незаметно, как будто принюхиваясь к страху, разлитому в воздухе.       Дарья чувствовала, как система наблюдает за ними — через камеры, экраны, отражения в окнах. Она искала что-то... или кого-то.       — Нам нужен план, — Дарья открыла терминал. — Способ найти Катю или хотя бы понять, что с ней случилось.       Майкл покачал головой:       — Не здесь. Система слышит каждое слово.       В подтверждение его слов принтер снова ожил, выплёвывая новый лист. На нём была всего одна строчка, написанная знакомым почерком Кати:       «Не ищите меня. Я там, где должна быть.»       Дарья сложила лист и спрятала в карман. Бумага была тёплой, словно только что из леса, согретого летним солнцем.       — Встретимся в "Pho Delicious", — тихо сказала она Майклу. — Через час.       Он кивнул, понимая. За пределами офиса, подальше от жадных глаз системы, они смогут говорить свободнее.       Тени в углах офиса продолжали двигаться, принимая очертания то деревьев, то человеческих фигур. Система наблюдала, ждала, готовилась к следующему шагу в своей бесконечной игре.       В «Pho Delicious» пахло базиликом и бульоном. Дарья сидела в дальнем углу, наблюдая, как пар от супа рисует в воздухе причудливые узоры. Майкл появился первым — как всегда собранный, но в глазах читалось напряжение. Через пару минут влетел взъерошенный Шон, на ходу стягивая шарф.       Мария пришла последней. Села поодаль, обхватив себя руками, словно пытаясь защититься.       — Итак, — Шон потянулся к палочкам, — кто-нибудь хочет объяснить, какого чёрта происходит?       Майкл покачал головой:       — Система поглотила её. Как и других перед ней.       — Других? — Мария подалась вперёд. — О чём ты говоришь?       — Катя была не первой, — Майкл говорил тихо, почти шёпотом. — Я видел записи. Система... она ищет определённый тип людей. Тех, кто может чувствовать глубже.       Шон фыркнул:       — Чушь. Катя просто уволилась. Может, нашла работу получше.       — Без предупреждения? — Дарья посмотрела на него. — Без единого сообщения? Это на неё не похоже.       — А ты откуда знаешь, какая она? — неожиданно резко бросила Мария. — Ты здесь без году неделя. А я... я работала с ней два года. И знаете что? Она всегда была странной. Всегда держалась особняком.       Майкл медленно поставил чашку:       — Именно поэтому ты ни разу не спросила её, всё ли в порядке? Даже когда она начала пропускать обеды?       — А ты? — Мария повысила голос. — Ты же типа наш тим-лид! Где было твоё чуткое руководство, когда она сидела одна в серверной?       — Эй, полегче, — Шон поднял руки. — Мы все здесь...       — Нет, пусть говорит, — Майкл не отводил взгляд от Марии. — Ты права. Я должен был заметить раньше. Но заметил ли кто-нибудь из нас, как она менялась последние недели?       По стене за их столиком пробежала тень — быстрая, неуловимая. Дарья моргнула:       — Система следит даже здесь.       — Паранойя, — Шон потёр виски. — Слушайте, может, просто позвоним в полицию?       — И что мы им скажем? — Дарья открыла телефон. — Смотрите.       На экране был профиль Кати в корпоративной системе — пустой, без фотографии. Дата найма: поле не заполнено. Должность: не указана.       — Её стирают, — прошептала Мария. — Боже, её правда стирают.       — Вот почему нужно действовать сейчас, — Майкл наклонился над столом. — Пока память о ней ещё жива. Пока мы помним.       — Что ты предлагаешь? — Шон больше не улыбался. — Взломать систему? Нас всех уволят. Или хуже...       — Хуже — это бросить её там, — отрезал Майкл.       Мария внезапно всхлипнула:       — Я видела... В тот день, перед её исчезновением. Она стояла у моего стола, хотела что-то сказать. Но я была занята, говорила по телефону. Отмахнулась от неё.       Повисла тяжёлая тишина. За окном моросил дождь, размывая неоновые вывески.       — Может, мы все виноваты, — тихо сказала Дарья. — Но сейчас важнее другое. Катя где-то там, внутри системы. И она оставила нам знак.       Она достала листок, который принтер выплюнул в офисе. Почерк Кати, такой знакомый. «Я там, где должна быть».       — Это может быть ловушкой, — Шон барабанил пальцами по столу. — Системная приманка.       — Или крик о помощи, — возразил Майкл.       — Или прощание, — прошептала Мария.       Дарья смотрела, как капли дождя стекают по стеклу. Каждая оставляла свой след — как код, как память, как эмоциональный отпечаток.       — Нам нужно решить, — она обвела взглядом всех. — Здесь и сейчас. Мы либо действуем вместе, либо...       Её прервал звук — все их телефоны одновременно завибрировали. Новое сообщение в рабочем чате, от пользователя system_admin:       WITNESS_STATUS: ACTIVE       EMOTIONAL_FLUX: CRITICAL       INTERVENTION_REQUIRED       — Она нас слышит, — выдохнул Шон. — Даже здесь.       Майкл встал:       — Значит, решать нужно быстро.       Они переглянулись. В воздухе повисло невысказанное — страх, вина, решимость. Выбор, от которого зависело больше, чем их работа или безопасность.       За соседним столиком кто-то заказал зелёный чай. Запах жасмина смешался с ароматом специй — совсем как тот чай, который Катя всегда пила по утрам.

***

      Дарья не могла уснуть. За окном пульсировал неоновыми огнями Гонконг, а перед глазами всплывали обрывки воспоминаний — незначительные детали, которые теперь обретали зловещий смысл.       Катя, сидящая в одиночестве в серверной. Её странно-отрешённый взгляд во время последних встреч. Тот момент, когда она остановилась у стола Дарьи, держа в руках какой-то листок, но так ничего и не сказала.       «Я должна была заметить», — Дарья открыла ноутбук, экран залил комнату синеватым светом.       Она начала просматривать старые логи системы, выискивая паттерны, намёки, что-то, что могло бы подсказать... В какой момент система начала поглощать Катю? Когда именно всё пошло не так?       [2023-10-15 03:42:17] ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ_katya_observer: обнаружен эмоциональный остаток       [2023-10-15 03:42:18] СИСТЕМА: уровень_аномалии = повышенный       [2023-10-15 03:42:19] ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ_katya_observer: инициирование_сдерживания = ложь       — Три часа ночи, — прошептала Дарья. — Почему ты работала так поздно, Катя?       Она вспомнила их разговор у кофемашины, всего неделю назад. Катя выглядела бледнее обычного, под глазами залегли тени.       — Всё в порядке? — спросила тогда Дарья.       — Конечно, — улыбнулась Катя. — Просто много работы.       «Лгунья», — подумала Дарья, глядя на дату в логах. — «Ты уже тогда знала».       По стене пробежала тень, и Дарья резко обернулась. Пусто. Только занавески колыхались от ветра кондиционера, рисуя на стене причудливые узоры.       Она открыла их последнюю переписку в Slack. Сообщения Кати казались обычными — вопросы о тестах, комментарии к коду. Но теперь, перечитывая их, Дарья замечала странности.       katya_observer: Код никогда не врёт, Даша. Он просто показывает то, что мы готовы увидеть.       daria_markova: Философствуешь? :)       katya_observer: Нет. Предупреждаю.       — Чёрт, — Дарья прижала ладони к глазам. — Как я могла быть такой слепой?       На экране появилось новое окно — терминал, который она не открывала. Курсор мигал, ожидая.       SYSTEM: Анализ эмоционального состояния...       SYSTEM: Обнаружен паттерн: вина       SYSTEM: Рекомендация — подавить       — Нет, — Дарья ударила по клавиатуре. — Ты не заставишь меня забыть.       SYSTEM: Предупреждение: высокий уровень эмоционального резонанса       SYSTEM: Рекомендуется немедленное отключение       Дарья почувствовала металлический привкус во рту — кровь. Снова носовое кровотечение. Она схватила салфетку, но не отвела взгляд от экрана.       — Покажи мне, — прошептала она. — Покажи, что случилось с Катей.       Система отозвалась — экран мигнул, заполнился строками кода. Дарья узнала почерк Кати — её особый стиль комментариев, её способ структурировать функции.       // Лес зовёт. Код поёт. Прости, что не сказала раньше. Береги себя, Даша. Не дай системе увидеть твой страх.       Слёзы защипали глаза. Дарья провела пальцами по экрану, словно могла прикоснуться к словам, к последнему следу присутствия Кати.       — Я найду тебя, — прошептала она. — Клянусь, я найду способ.       За окном начинало светать. Первые лучи солнца окрасили небоскрёбы в розовый, превращая стекло и металл в подобие древних кристаллов. Город просыпался, но Дарья чувствовала — он другой. Теперь она видела его истинную природу: живой организм из кода и эмоций, питающийся человеческими историями.       Она открыла новый файл и начала писать:       // День 1 расследования       // Катя знала. Она пыталась предупредить нас.       // Система не просто собирает данные.       // Она охотится.       Где-то в глубине компьютера зажужжал вентилятор — словно система отозвалась на её слова. Дарья почувствовала, как по спине пробежал холодок.       «Прости, что не заметила раньше», — подумала она. — «Но теперь я вижу. Пожалуйста, пусть не будет поздно….».

***

      Дарья стояла перед дверью кабинета Вольфганга, разглядывая своё искажённое отражение в тёмной полированной табличке. Её пальцы сжимали флешку Кати — холодный металл впивался в ладонь, напоминая о цели визита.       Из-за двери доносился приглушённый голос — Вольфганг говорил по телефону на немецком. Его тон казался непривычно мягким, почти отеческим.       Она подняла руку, чтобы постучать, но дверь открылась сама.       — Входите, фройляйн Маркова, — Вольфганг стоял у окна, его силуэт чётко вырисовывался на фоне утреннего смога. — Я ждал вас.       Кабинет выглядел иначе, чем при их последней встрече. Стены, казалось, дышали — старое дерево панелей пульсировало едва заметно, как живая кора. В углу тихо шелестел папоротник, хотя окна были закрыты.       — Присаживайтесь, — он указал на кресло, древесина которого была такой тёмной, что казалась почти чёрной. — Чай? У меня есть прекрасный улун из Тайваня.       — Спасибо, — Дарья села, чувствуя, как кресло словно обнимает её. — Я пришла поговорить о Кате.       Вольфганг налил чай в две фарфоровые чашки — белые, с едва заметным узором из веток.       — Конечно, — он опустился в своё кресло. — Её исчезновение... тревожит вас.       — Вы знаете, что случилось?       Он поднёс чашку к губам, вдыхая аромат:       — Система иногда... поглощает тех, кто слишком глубоко погружается в неё. Катерина была особенной — мавка, лесной дух в цифровом мире. Это делало её уязвимой.       — А я? — Дарья почувствовала, как по спине пробежал холодок. — Я тоже уязвима? Вольфганг улыбнулся — впервые за всё время его улыбка казалась искренней:       — Нет, мой дорогой Свидетель. Вы... другая. Вы можете контролировать систему, а не быть поглощённой ею. Именно поэтому я хочу вам помочь.       Вольфганг поставил чашку и поднялся:       — Покажите мне дверь.       Дарья нахмурилась:       — Простите?       — Дверь, фройляйн Маркова. Не просто смотрите на неё — покажите мне её суть.       Дарья повернулась к выходу из кабинета. Обычная дверь: тёмное дерево, латунная ручка, потускневшая от времени. Она открыла рот, чтобы сказать это вслух, но Вольфганг покачал головой:       — Нет. Не описывайте то, что видят глаза. Покажите мне грань.       — Я не понимаю...       — Закройте глаза, — его голос стал мягче. — Что вы чувствуете, когда проходите через порог?       Дарья послушно закрыла глаза. Сначала было только тепло кабинета и запах улуна. Но постепенно...       — Здесь... холоднее, — медленно произнесла она. — У самой двери. Как будто...       — Продолжайте.       — Как будто воздух густеет. И есть что-то ещё. Вибрация?       Она почувствовала, как Вольфганг встал позади неё:       — Теперь удержите это ощущение. Не пытайтесь понять — просто держите его.       Дарья сосредоточилась. Вибрация усилилась, превратилась в тихий гул. Воздух у двери словно сгустился в желе.       — Хорошо, — прошептал Вольфганг. — А теперь потяните.       — Что?       — Потяните границу. Она как занавес — нужно просто...       Дарья инстинктивно подняла руку. Пальцы наткнулись на что-то невидимое — прохладное, упругое.       — Я... — она запнулась. — Я что-то чувствую.       — Теперь закройте.       Она попыталась представить, как стягивает невидимый занавес. Ничего не произошло.       — Не думайте, — в голосе Вольфганга появилось раздражение. — Вы пытаетесь решить математическую задачу. Это не логика — это инстинкт.       Дарья глубоко вдохнула. Отпустила мысли о коде, о системе, о том, что всё это невозможно. Сосредоточилась на ощущении прохлады под пальцами.       Что-то дрогнуло. По коже пробежали мурашки.       — Да, — выдохнул Вольфганг. — Вот оно.       Дарья открыла глаза. Дверь выглядела как обычно, но что-то изменилось. Она больше не была просто куском дерева — теперь Дарья видела... линии. Тонкие, светящиеся нити, оплетающие косяк.       — Что это?       — Граница, — Вольфганг подошёл к двери. — Попробуйте открыть.       Дарья потянулась к ручке. Её рука прошла сквозь воздух, но дверь не поддалась — словно была намертво запечатана.       — Я... я сделала это?       Вольфганг улыбнулся:       — Неплохо для первой попытки. Теперь откройте.       Она коснулась светящихся линий. Они растаяли под пальцами как утренний туман.       — Это только начало, — Вольфганг вернулся к своему столу. — Вы можете научиться создавать и разрушать границы по своей воле. Защищать пространство. Открывать пути.       — Зачем... — Дарья сглотнула. — Зачем вы учите меня?       Его глаза на мгновение вспыхнули зелёным:       — Потому что вы — Свидетель. Но быть просто наблюдателем недостаточно. Вам нужно научиться действовать.       Он достал из ящика стола визитку — чёрную, с золотым тиснением:       — Сегодня в одиннадцать. Ozone Bar, ICC Tower. Найдёте меня у окна с видом на гавань.       — Что будет там?       — Следующий урок, — он протянул ей визитку. — И, возможно, ответы на некоторые ваши вопросы. Дарья взяла карточку. Бумага была тёплой, словно живой.       — О Кате?       — О многом, — он снова улыбнулся. — Включая то, почему вы здесь на самом деле.       Когда Дарья вышла из кабинета, её руки всё ещё покалывало от прикосновения к невидимой границе. Она оглянулась — дверь выглядела обычной. Но теперь она знала: это иллюзия. Реальность была намного сложнее, чем казалось.       В кармане грела визитка, а в голове звучал голос Вольфганга: "Быть просто наблюдателем недостаточно". Что-то в этих словах тревожило её, но она не могла понять — что именно.       Закатное солнце окрасило офисные окна в медные тона. Большинство сотрудников уже собирались домой, складывая ноутбуки в сумки и обмениваясь планами на вечер. Мария, поправляя волосы, подошла к столу Майкла:       — Слушай, тут недалеко открылся новый корейский ресторан. Говорят, у них потрясающий кимчи и...       — О, корейская кухня! — Шон материализовался рядом, широко улыбаясь. — Обожаю острое. Когда идём?       Мария замерла на полуслове, её щёки слегка порозовели:       — Вообще-то я...       — Отличная идея, — Майкл захлопнул ноутбук. — Давно хотел попробовать что-нибудь новенькое.       — Тогда решено! — Шон потёр руки. — Дарья, ты с нами?       Дарья подняла глаза от монитора, где мерцали строки кода:       — Нет, спасибо. Нужно закончить пару тестов.       — Да брось, — Шон плюхнулся на край её стола. — Какие тесты в такое время? Пойдём, развеешься.       — В другой раз, — она слабо улыбнулась, вспоминая чёрную визитку в кармане. — Правда нужно поработать.       Мария, всё ещё выглядевшая разочарованной, накинула светлый кардиган:       — Ну, как хочешь. Пойдёмте?       Шон галантно распахнул дверь:       — Ladies first! Майк, ты идёшь?       Майкл кивнул, но задержался у стола Дарьи:       — Уверена, что не хочешь присоединиться?       — Абсолютно, — она встретила его взгляд, надеясь, что он не заметит напряжения в её голосе.       По его лицу скользнула тень понимания — или ей показалось? Но он просто кивнул и последовал за остальными.       Когда дверь за ними закрылась, Дарья откинулась в кресле, прислушиваясь к тишине офиса. Где-то гудели серверы, кондиционер шелестел прохладным воздухом, а за окном город постепенно погружался в неоновые сумерки.       Она посмотрела на часы — до встречи оставалось больше двух часов. Достаточно времени, чтобы сходить за сендвичем и кофе. Что-то подсказывало ей, что сегодняшний разговор с Вольфгангом затянется надолго.       В пустом офисе её шаги отдавались гулким эхом. Проходя мимо стола Кати, Дарья замедлила шаг. На мониторе всё ещё был открыт последний файл, над которым та работала — длинные строки кода с комментариями на русском.       Дарья отвела взгляд и направилась к выходу. В коридоре тени сгустились, словно чернила в воде. Она на мгновение задержалась у зеркала в холле — её отражение казалось бледнее обычного, под глазами залегли тёмные круги.       «Просто усталость», — подумала она, но где-то внутри шевельнулось сомнение.       Лифт мягко скользил вниз. Дарья прислонилась к прохладной стене, глядя на мерцающие цифры этажей. Каждый раз, когда двери открывались, в кабину заглядывали отблески закатного солнца — красные, золотые, фиолетовые.       На первом этаже охранник кивнул ей, не отрывая взгляда от монитора. На экране мелькали изображения с камер наблюдения — десятки окон с чёрно-белыми фигурами, двигающимися по коридорам и холлам здания.       Выйдя на улицу, Дарья глубоко вдохнула влажный вечерний воздух. Гонконг оживал, зажигая огни. Неоновые вывески отражались в лужах после недавнего дождя, превращая тротуары в реки расплавленного света.       В небольшой закусочной за углом офиса пахло свежим хлебом и кофе. Дарья заказала сэндвич с тунцом и двойной эспрессо — ей нужна была ясная голова для предстоящего разговора.       Пока бариста готовил кофе, она разглядывала своё размытое отражение в витрине. За стеклом проплывали силуэты прохожих, огни машин, обрывки неоновых иероглифов. Город дышал, пульсировал, жил своей жизнью, не подозревая о тайнах, скрытых в его цифровом сердце.       «Интересно», — подумала Дарья, — «сколько ещё таких, как Вольфганг, скрывается за обычными офисными дверями? Сколько древних существ притворяется людьми в этом городе?»       — Ваш кофе, — голос бариста вырвал её из размышлений.       Взяв стаканчик и пакет с сэндвичем, она направилась обратно к офису. Впереди был долгий вечер, и где-то в глубине души она знала — после этой встречи всё изменится.       Дарья шла по узким улочкам Централа, лавируя между припаркованными мотороллерами и стойками с сохнущим бельём. Вечерняя прохлада постепенно вытесняла дневной зной, а с ним — и деловую суету. Редкие прохожие спешили к станциям метро, унося с собой остатки рабочего дня.       Но город не засыпал — он менял кожу. На смену офисным костюмам приходили дизайнерские наряды, а деловые разговоры сменялись звоном бокалов. Молодые банкиры и галеристы, художники и трейдеры заполняли улицы, превращая их в подобие модного подиума.       Ozone Bar встретил её прохладой кондиционеров и приглушённым светом. Интерьер балансировал на грани между роскошью и минимализмом — тёмное дерево, матовая сталь, мягкое сияние светильников, похожих на парящие в воздухе капли янтаря.       — Господин Штайнер ожидает вас, — хостес, с идеальной осанкой и загадочной улыбкой, произнесла его имя с лёгким благоговением.       «Интересно, знает ли она, кто — или что — он на самом деле?» — подумала Дарья, следуя за девушкой через зал.       Столик располагался у самого края здания, где стеклянные стены растворялись в вечернем небе. Никаких перил или ограждений — только прозрачная грань между человеком и бездной.       Гавань Виктории раскинулась внизу, словно россыпь драгоценностей на чёрном бархате. Корабли, похожие на светлячков, скользили по тёмной воде, оставляя за собой серебристые следы. Небоскрёбы Коулуна выстроились вдоль берега — величественные кристаллы, пронзающие небо. Их отражения дрожали в воде, создавая иллюзию бесконечного города, уходящего в глубину.       В безоблачном небе первые звёзды пробивались сквозь городское зарево. Воздух был настолько прозрачным, что казалось — протяни руку и коснёшься огней на том берегу.       — Захватывает дух, не правда ли?       Дарья вздрогнула. Вольфганг появился бесшумно, как тень. В тёмном костюме с едва заметным отливом, с шёлковым платком в нагрудном кармане, он выглядел как персонаж из старого фильма о высшем обществе. Но главное — он изменился. Исчезла седина из волос, разгладились морщины у глаз, даже осанка стала более прямой, гордой.       В руках он держал два бокала с чем-то искрящимся — жидкость переливалась всеми цветами северного сияния. За его спиной две девушки в коктейльных платьях пытались привлечь его внимание, но Вольфганг, казалось, существовал в другом измерении — там, где были только он, Дарья и этот головокружительный вид на город.       — Я заказал нам "Aurora Borealis", — он протянул ей бокал. — Местная вариация на тему звёздного света. Подходящий напиток для разговора о границах между мирами.       Коктейль пах озоном и чем-то неуловимо сладким — как воздух перед грозой. По поверхности пробегали крошечные вспышки, словно в бокале действительно плескалось северное сияние.       — Вы выглядите... иначе, — осторожно заметила Дарья.       — Цветок дал мне больше, чем просто силу, — Вольфганг присел напротив, его глаза в полумраке отливали изумрудом. — Он вернул часть того, чем я был когда-то.       Где-то внизу паром протяжно загудел, его звук отразился от стеклянных стен небоскрёбов, создавая странное эхо — словно сам город отзывался на слова Вольфганга.       Дарья осторожно поднесла мерцающий коктейль к губам. Первый глоток обжёг горло холодом, но следом пришло тепло — словно звёздный свет растекался по венам. Вкус был необычным: горьковатая свежесть грозы, сладость горного мёда и что-то неуловимое, похожее на шёпот зимнего ветра.       — Неплохо, правда? — Вольфганг не отрывал взгляда от огней гавани. — Говорят, рецепт придумал бармен, который однажды заблудился в метель на Тибете. Когда его нашли, он был абсолютно цел, только глаза стали другими. И с тех пор он создаёт напитки, которые пахнут другими мирами.       Он повернулся к Дарье:       — Как думаете, где сейчас Катя?       Дарья покрутила бокал, наблюдая, как искры в жидкости складываются в созвездия:       — Я... не знаю. След обрывается в серверной.       — Хм, — Вольфганг улыбнулся краем губ. — Технический ответ. Но вы же чувствуете больше, не так ли?       Внизу проплыл очередной паром, его огни отразились в стекле бара, создавая иллюзию парящих в воздухе светлячков.       — По ту сторону время течёт иначе, — продолжил Вольфганг. — И не все способны там... задержаться надолго. Даже такие, как Катя. Особенно такие, как Катя.       — Что вы имеете в виду?       — Мавки принадлежат лесу, а не пустоте. Там, за порогом, она словно рыба, выброшенная на берег. С каждым вдохом её сущность растворяется.       Дарья почувствовала, как холодеет внутри:       — Нужно её найти.       — Согласен. Но я не знаю, где именно она. — Вольфганг допил свой коктейль одним глотком. — Зато могу показать вам, как искать.       Он поставил пустой бокал на стол:       — За порогом опасно. Там нет привычных законов физики или логики. Там... — он запнулся, подбирая слова, — там реальность становится текучей. Как сон, который можно менять силой воли. Но и сон может поглотить того, кто не готов проснуться.       Дарья заметила, как официантка начала двигаться к их столику, но Вольфганг едва заметно махнул рукой — и девушка развернулась на полпути, словно забыв, куда шла.       — Сейчас у вас есть только один способ попасть туда, — он достал из кармана несколько купюр и положил их под бокал. — И только один шанс понять, готовы ли вы к этому пути.       Вольфганг поднялся и, к ужасу Дарьи, шагнул на узкий парапет, отделяющий бар от пропасти. Его фигура чётко вырисовывалась на фоне ночного неба — тёмный силуэт среди звёзд.       Никто из посетителей не обращал на него внимания. Даже охранник у входа смотрел сквозь него, словно Вольфганг существовал в слепом пятне реальности.       Он развернулся и протянул Дарье руку. В его глазах плясали искры — те же, что мерцали в их коктейлях. Улыбка была одновременно приглашающей и опасной — как у хищника, предлагающего сыграть в игру.       Дарья замерла. Пятьдесят этажей пустоты дышали холодом под парапетом. Она вдруг поняла, почему он выбрал именно это место, именно эту высоту.       Доверие.       Вот что он проверял. Не способности, не силу — доверие.       Сердце колотилось где-то в горле. Внизу расстилался город — живой, пульсирующий, реальный. А перед ней стоял тысячелетний дух в человеческой оболочке и предлагал шагнуть в пустоту.       «Катя», — подумала она. — «Я должна найти Катю».       Но был и другой голос — тихий, настойчивый: «А что, если это ловушка? Что, если он ждёт именно этого — абсолютного доверия, чтобы...»       Ветер усилился, играя с волосами Вольфганга. Его рука всё ещё была протянута — терпеливо, неподвижно. Как будто у них была вся вечность на решение.       Дарья сделала глубокий вдох. В воздухе всё ещё пахло грозой от их коктейлей, но теперь к этому примешивался новый запах — свежий, пьянящий аромат высоты.