Часть 3

Комната была ещё тёмной, но за занавесками уже светлела сероватая заря. Воздух стоял тёплый и неподвижный, пропитанный тяжестью сна и чем-то... личным. Влад проснулся оттого, что не чувствовал руки. Его собственная. Она застряла где-то между подушкой и плечом Максима, который прижимал его к себе, как бронещит, как будто даже во сне охранял. Он попытался пошевелиться — безрезультатно. Максим спал крепко. Лоб прижат к затылку Влада, грудь размеренно поднималась и опускалась, тёплое дыхание касалось шеи. Рука обвивала талию, а нога была закинута поверх его бедра, будто тот — последний мешок с провиантом в военном марше. Влад тихо выдохнул, с трудом освобождая руку. Сердце колотилось — не от страха, скорее от того, как непривычно... спокойно было в этом захвате. Почти уютно. Медленно, очень медленно он выскользнул из-под веса Басуды и сполз с кровати, став на носки, чтобы не издать ни звука. Прошёл в коридор. Тишина. Только где-то в кухне поскрипывал холодильник. Он пошёл в ванную, умылся, взглянул на себя в зеркало — взъерошенный, в мятой футболке, с тенью под глазами. Удивительно: выглядел живее, чем за последние месяцы. Может, потому что впервые за долгое время кто-то держал его ночью, вместо доты. В гостиную он вошёл почти на цыпочках. На диване сидел Тимур — в той же пижаме, что и вчера, с чашкой чая в руке. Взгляд цепкий, как у снайпера, но ленивый. — Утро, — прохрипел он, не поднимая головы. — Утро, — ответил Влад, садясь на край кресла. Чувствовал себя школьником после ночёвки у знакомого. Тимур хмыкнул и поднёс чашку ко рту. Сделал глоток, затем, не отрывая взгляда от Влада, сказал: — Видел, как ты вылезал из его объятий. Как кот из пледика. Влад покраснел до корней волос и отвёл взгляд. — Это… не то, что ты подумал. — А я и не думал. Я знаю Басуду. Знаю его десять лет. Этот человек — не про тактильность. Он даже к товарищам в бою прикасается, как к минам. Сдержан, как граната без чеки. - Он помолчал, размешивая чай. — И вот он спит, прижавшись к тебе, как к спасательному жилету. Это... странно, — он бросил на Влада пронзающий взгляд. — Или очень понятно. Если учитывать, что ты тут единственный, кто не стреляет и не взрывается. Влад молчал. Внутри всё сжалось. Он хотел что-то сказать — оправдаться, пошутить, отмахнуться, но не смог. Потому что это было... приятно. Жутко, пугающе, но приятно. — Не бойся, я тебя не закопаю, — фыркнул Тимур, ставя чашку на подоконник. — Просто... будь аккуратен. Макс не из тех, кто легко признаёт чувства. Скорее, в разведку уйдёт с гранатой, чем скажет: «Мне не всё равно». Влад кивнул. В горле стоял ком. Тимур неуклюже с перевязанной рукой встал с дивана, потянулся, и по пути к ванной сказал: — Он будет спать ещё долго. Не спал трое суток. Если хочешь сходить проветриться — сейчас самое время. Звук уведомления телефона раздался негромко — приглушённо, как далёкий сигнал тревоги. Влад обернулся на коридор. Телефон он оставил в спальне. Где всё ещё спал Максим. Он тихо подошёл к двери и замер, слушая ровное дыхание. Мужчина спал, лицом уткнувшись в подушку, одна рука раскинута на кровати, вторая — сжата в кулак под щекой. Даже во сне он выглядел сосредоточенным, будто вот-вот проснётся и снова рванёт в бой. Влад на цыпочках прокрался внутрь, схватил телефон с тумбочки и так же тихо выбрался обратно, мягко прикрыв дверь. Лишь на секунду его взгляд задержался на спящем мужчине. Он казался вдруг не таким страшным. Уязвимым. Человеческим. Экран телефона мигнул. Рита: «Ты дома? Выйдешь? Хочу поболтать немного, если не спишь». Сообщение пришло полчаса назад. Он хотел ответить, но в этот момент раздался звонок в дверь. Громко, резко. Как удар сапога по голове. Влад вздрогнул. Тимур, вышедший из ванны, сразу напрягся. Его тело вытянулось, взгляд — прищурился. — Кто это? — тихо, но чётко спросил он, уже поднимаясь. — Своя, — успокоил Влад, подойдя к двери. — Просто... знакомая. Я сам. - Он быстро открыл и тут же вышел за порог, аккуратно прикрыв дверь за собой, чтобы та не увидела, что происходит внутри. На пороге стояла Рита — в своей расхлябанной куртке, волосы небрежно собраны в пучок, в руках — термос с наклейкой «аниме + кофеин = бессмертие42». — Долго ты, — ухмыльнулась она. — Уже подумала, что ты забаррикадировался изнутри. — Устал. Ночь тяжёлая была, — выдохнул Влад, потирая шею. — Пойдём на улицу? — Ух ты. Скрываешь что-то — она прищурилась, но кивнула. — Веди меня.

***

Они сидели на лавочке у подъезда, пар изо рта поднимался в утреннем воздухе. Солнце едва пробивалось сквозь серое небо. Вокруг — ни души. — Ты правда дома? — начала Рита. — А то я думала, тебя похитили инопланетяне. Или армия. Хотя ты на срочника не тянешь. — Дома, — устало кивнул Влад. — Просто… в голове бардак. Хочу нормально отдохнуть на каникулах. - — В твоей голове всегда бардак, Влад. Ты просто его каждый раз новой упаковкой маскируешь. То учёбой, то играми, то фанфиками. — У тебя ведь тоже каникулы? — спросил он, глядя на её кеды, облитые грязью. — Ага. Наконец-то. А по твоей специальности как, кстати? - — Химия. Кошмар. У нас препод будто из ада. Каждый раз, как захожу, думаю — сегодня я криппер. - — У нас по дизайну тоже ад. Только визуальный, — она глотнула из термоса. — Хочу диплом, но не хочу жить. - — У меня он постоянный, — кивнул Влад. Наступила пауза. Они молча смотрели на кашу грязи и луж после ночного дождя под ногами. — Влад, — сказала она тише. — У тебя кто-то есть? - Он вздрогнул. Глянул в сторону — окно кухни на третьем этаже. Солнце как раз падало на стекло. — Почему спрашиваешь? - — Не знаю. Ты... другой. Спокойный. Или наоборот — слишком напряжённый. Я тебя давно знаю. Ты либо на взводе, либо в доте. А тут... как будто держишь что-то при себе. - Влад отвёл взгляд. — Не пизди. - Она кивнула, но глаза не поверили. — Если кто-то есть... Я не против. Просто... не теряйся, ладно? - — Я постараюсь, — тихо сказал он.

***

Максим стоял на кухне, облокотившись на подоконник. Его взгляд был прикован к окну. Сквозь стекло он видел, как Влад сидит на лавке с Ритой. Она смеялась, как всегда громко, а он... он не отстранялся. Не прятался. Напротив — он отвечал. Улыбался. Что-то внутри защемило. Странно. Максим никогда не ревновал. Он вообще не считал нужным держаться за что-либо — кроме оружия и тактики. Люди приходят и уходят. Все, кроме тех, кого теряешь на поле боя. Но сейчас он чувствовал, как дыхание становится неровным. Пальцы напряглись. Кровь в висках — стучала. Он не понимал, что это. Но ему не нравилось, как на него смотрит этот момент. Позади послышался голос Тимура: — Ревнуешь. - Максим обернулся. — Чё? — Не тупи блять, Басуда. Ты ревнуешь. Я знаю тебя слишком давно, — Тимур прислонился, что-бы смотреть прямо в лицо Максиму — Когда ты молчишь дольше десяти секунд, значит, в тебе кипит либо ярость, либо... что-то, с чем ты не хочешь иметь дело. - Максим снова повернулся к окну. — Это не ревность, — хрипло сказал он. — Конечно. Просто хочешь сжечь её взглядом. Обычное армейское уважение, — усмехнулся Тимур. — Макс, ты влюбился. Басуда отвернулся от окна, прошёл мимо Тимура. Медленно. Глухо. — Я не умею любить. — Это видно. Но попробуй не облажаться. За хату платить нечем, хоть выебишь его - Максим остановился в дверях. Его тень легла на пол кухни. — Он не солдат. Он просто... живой. - — И ты это впервые почувствовал. Слишком поздно? Или вовремя? - Максим не ответил. Только сжал кулак. Потом открыл ладонь и вышел в коридор. Где пахло его сном. Где всё ещё лежало одеяло, в котором он держал Влада.

***

Влад поднялся на свой этаж медленно, будто каждая ступень — это ещё одна минута отсрочки перед чем-то важным. В квартире было тихо. За дверью он услышал шум чайника и скрежет открытого ящика. Он вставил ключ, повернул. Треск замка прозвучал как удар. Он вошёл, закрыл за собой. Пахло зелёным чаем и... металлом. Максим стоял у кухонного окна, спиной к нему. В руках он держал чашку, но не пил. Просто держал. Пальцы обхватывали керамику, как рукоять автомата. Слишком крепко. — Ты долго, — сказал он, не оборачиваясь. Влад поставил пакет с пирожками на стол. Руки тряслись, но он заставил себя пройти мимо него и взять чашку со стола. — Гулял, — тихо сказал он. — Просто... нужно было проветриться. - Максим молчал. Влад чувствовал его взгляд, хоть тот и не смотрел. Напряжение висело в воздухе, как натянутая струна, как проволока над вражеской территорией. Из гостиной вышел Тимур, потягиваясь. — Завтракать будете, бойцы? Или вы тут феромонами надышитесь до комы? - Максим резко поставил чашку на стол. — Он же просто гулял, — буркнул он и ушёл в ванную. Дверь захлопнулась. Тимур подошёл ближе, поднял брови: — Он с окна смотрел. С минуту точно. Думал, ты целуешься. Я думал, он сейчас окно сковырнёт и спрыгнет на вас сверху. - Влад сел за стол. Пальцы всё ещё дрожали. — Он... вёл себя странно, — пробормотал он. — Да потому что он не умеет по-другому, — Тимур сел рядом, достал пирожок, откусил. — Максим — танк. Когда в него что-то врезается, он сначала едет дальше, а потом уже спрашивает, что это было. Вот ты в него и врезался. Мягкий. Тёплый. Тихий. Критическое повреждение левой части корпуса. Влад усмехнулся, хоть и нервно. — А я? Я что должен делать? Тимур пожал левым плечом: — Не знаю. Но если он однажды поднимет на тебя оружие — не бойся. Значит, ты слишком глубоко попал в его окоп.

***

Позже, когда ночь снова накрыла квартиру, и Тимур уснул с книгой на груди, Влад стоял в дверях спальни. Максим лежал на спине, одна рука под головой, другая — на животе. Глаза открыты. Свет от уличного фонаря падал на его лицо, делая его почти нежным. Почти. Влад подошёл ближе, осторожно лёг рядом. Он не хотел, чтобы всё снова повторилось так же, как прошлой ночью. Но как только его спина коснулась матраса — рука Максима перехватила его за талию, как будто даже не спавший до конца, он ждал этого момента. — Ты ревнуешь? — тихо спросил Влад. — Я не знаю, что это было, — ответил Максим, чуть хрипло. — Но мне не понравилось, что ты был с ней. Так, будто тебя кто-то может забрать. - — Никто не заберёт, — прошептал Влад. — А если заберут? — голос звучал почти растерянно. — Тогда придёшь и отобьёшь, — улыбнулся Влад. — Ты ведь солдат, да? Максим не ответил. Только сильнее притянул его к себе.