Глава 5. Против ожиданий

Хогвартс, Большой зал, вечер 1 сентября Под готическими сводами Большого зала висели сотни свечей, не касающихся потолка, будто воздух сам удерживал свет. Потолок отражал звёздное небо — не небосвод, а проекция неведомой глубины. Первокурсники, прошедшие церемонию распределения, рассаживались за столами факультетов, получив первое — пусть и поверхностное — представление о новом доме. Гарольд Холмс сидел за слизеринским столом. Его взгляд скользил по залу, словно вычерчивал логическую карту происходящего. Он отметил: почти все преподаватели наблюдали за ним, пусть и мимолётно. Особенно Снейп. А ещё — Дамблдор. Директор не сводил с него глаз, но не так, как наблюдает воспитатель. Так смотрит игрок, узнавший, что на доске появилась новая фигура. Пир был волшебным в буквальном смысле: еда появилась из воздуха — обильная, горячая, ароматная. Запечённая курица, картофель в мантии, булочки с мёдом. Удовольствие однокурсников от еды было настолько очевидным, что Гарольд отметил это как статистический факт. Он тоже попробовал, но ел медленно, будто изучал, не ел. Когда десерты исчезли, от слизеринского стола поднялся староста — худощавый юноша с острым подбородком и педантичной чёткостью в голосе. — Первокурсники Слизерина, за мной, — произнёс он. — Не отставайте. И, ради всего, не пытайтесь свернуть не туда. Они двинулись через коридоры — всё глубже, всё темнее. Каменные стены дышали прохладой. Влажность ощущалась кожей, будто сама школа проверяла их реакцию на давление. --- Слизеринская гостиная, вечер 1 сентября Гостиная напоминала подводный зал древнего храма: камень, зелёное свечение, тяжёлый полумрак. Под потолком, за мутным стеклом окон, неторопливо проплывали тени подводных существ. Первокурсники стояли у входа, немного сжавшись, будто ощутив на себе давление воды — или взглядов старшекурсников. Из тени вынырнул профессор Снейп — бесшумно, как будто он был частью стены. Мантия сливалась с полом, голос — прорезал тишину. — Добро пожаловать в Слизерин, — произнёс он. — Факультет, о котором шепчутся. Факультет, которого боятся. И — факультет, которым восхищаются. Он прошёлся перед ними медленно, измеряя взглядом каждого первокурсника. — Многие считают, что Слизерин — тёмный факультет. Знаете, почему? Пауза. — Потому что мы не выставляем своё благородство напоказ. Потому что мы не спасаем всех подряд, лишь бы быть героями. Мы — не напоказ. Мы — вглубь. Он остановился. — Вы здесь не для того, чтобы быть хорошими. Вы здесь, чтобы быть — *лучшими*. В знаниях. В поведении. В уме. В внешнем виде. Да, мистер Гриншоу, это *вам*, — бросил он, не оборачиваясь, — в этом году мантия без дыр, иначе вы будете шить её заклинаниями до Рождества. Нервный смешок старшекурсников — и тишина. — В Слизерине друг за друга — горой. Вы не бросаете своих. Никогда. Но… — он сделал шаг вперёд, и голос стал ниже, — только если они того достойны. Здесь не терпят слабости. Здесь не терпят истерик. Здесь не терпят безыдейности. Он повернулся к одному из старшекурсников: — И если кто-то снова попробует завести мимозу в гостиной, как это было в мае, — мистер Хетли, — я лично превращу вас в цветочный горшок. Надолго. Гарольд молча отметил: эффект страха использован экономно, но эффективно. Угрозы — конкретные, с юмором, но с перспективой исполнения. Чистая авторитарная риторика. Снейп обвёл взглядом первокурсников ещё раз. — Вам придётся доказывать, что вы достойны этого факультета. Каждый день. Каждой строчкой сочинения. Каждым шагом. Вы не имеете права быть посредственными. И только в самом конце голос его стал чуть мягче. Почти незаметно. Почти человечно. — Но если вы столкнётесь с чем-то, что не в силах решить… если вам нужна будет помощь — приходите ко мне. В любое время. Без показных речей. Просто приходите. Он посмотрел на них ещё раз — взгляд, который проникал под кожу, и растворился в тени, как появился. Гарольд стоял прямо. В голове выстраивалась структура: дисциплина, страх, иерархия, общая цель. Это было... разумно. --- Кабинет директора, поздним вечером Профессор МакГонагалл стояла у окна. В её руке был свиток. — Ничего. Имени Гарри Поттера нигде нет. Дамблдор откинулся в кресле. Его лицо было задумчивым, но в глазах теплился огонёк подозрения. — А имя Гарольд Холмс? — Есть. В списке первокурсников. В распределении. И — Слизерин? Дамблдор прикрыл глаза. — Значит, он всё же пришёл. Но под другим именем. — Что вы намерены делать? — Пока ничего. Если это он — а я почти не сомневаюсь — он сам раскроется. Или даст повод. Но... Он посмотрел на стену, за которой дымилась ночь. — Если это правда Гарри Поттер, нам нужно быть готовыми. И нам стоит выяснить, кто его прятал — и зачем.