Глава 4 / Без права на голос

Эпплджек не спала полночи. Каждый раз, закрывая глаза, она снова видела этот проклятый подвал — его стены, пахнущие сыростью и металлом, с тихим, еле слышным шорохом цепей. Она не хотела верить. Не могла. Твайлайт… её подруга, элемент магии, та, кто всегда помогала и спасала — теперь стала чудовищем. С тех пор как она сбежала оттуда, Эпплджек не говорила об этом ни слова. Несколько дней она просто наблюдала. Смотрела, как Твайлайт ведёт себя с остальными, как улыбается, как притворяется. Всё выглядело нормально. Слишком нормально. Но в этой «нормальности» не хватало одного — Пинки Пай. Её исчезновение никто не объяснил. Никто даже не задал слишком много вопросов. Как будто память о ней начала тускнеть. Тишина библиотеки становилась невыносимой. Покой в Понивилле — фальшивым. И Эпплджек чувствовала: если она не заговорит — будет поздно. С тревогой и тяжёлым сердцем, однажды утром, она всё-таки решилась... Притворившись, что пришла за овсяным чаем, Эпплджек осторожно уселась на веранду рядом с Флаттершай. Некоторое время они молчали, слушая ветер и шелест листвы, и только спустя несколько долгих минут Эпплджек тихо произнесла: — Флаттершай… мне надо тебе кое-что сказать. Только... только прошу, не паникуй. Флаттершай повернулась к ней, настороженно моргнув: — Что случилось? Эпплджек колебалась. Её голос дрожал, она едва могла подобрать слова: — Мне кажется... с Твайлайт что-то не так. Я не могу пока сказать всё. Просто... будь осторожна. Понаблюдай за ней. Если заметишь хоть что-то странное — скажи мне. Не другим. Только мне. Флаттершай, хоть и выглядела обеспокоенной, тихо кивнула: — Хорошо. Я доверяю тебе. Я буду осторожна... и никому не скажу. Казалось бы, всё было сказано тихо, аккуратно, почти шёпотом — но и этого оказалось достаточно. Прошло всего несколько дней, но Твайлайт была не так проста. Слишком долго она оттачивала своё искусство наблюдать и предугадывать. Она замечала, как Флаттершай всё чаще отводит взгляд. Как иногда избегает её прикосновений, как не приходит по вызову, как будто что-то знает. Она не кричала. Не устраивала сцен. Вместо этого — открыла одну из своих зачарованных книг-наблюдателей, и та, лениво перелистывая страницы, прошептала то, что Твайлайт подозревала: Эпплджек всё таки не выдержала и рассказала.

***

С этого момента её маска стала только гладче. Твайлайт всё так же улыбалась, приглашала на чаепития, обменивалась любезностями. И однажды вечером, когда солнце уже опустилось за горизонт, она пришла на яблочную ферму... Закат ещё пылал на горизонте, когда она подошла к Эпплджек. Та как раз переносила ведро с яблоками и едва не уронила его, увидев Твайлайт: — Привет, Эпплджек. — сказала та с ласковой улыбкой. — Прогуляемся? Сомнения охватили Эпплджек. Её сердце ухало в груди, но она кивнула. Они шли вдоль границы сада. Твайлайт шла близко, слишком близко. Воздух между ними был тяжёлым, натянутым, как леска в капкане: — Ты ведь знаешь, как легко всё может разрушиться, если кто-то начнёт говорить неосторожные слова? — её голос был мягким, но внутри него что-то скрежетало. — Что?.. — прошептала Эпплджек, выдыхая. — Мы ведь все хотим сохранить покой. Ты ведь хочешь, чтобы всё оставалось… хорошо, правда? Слова ударяли как ножи, но сказаны были с мёдом на языке. Эпплджек ничего не ответила. Только кивнула, пытаясь не выдать дрожь в коленях. Она всё поняла. И поняла — у неё очень мало времени.

***

Этой же ночью, когда все уже спали, Эпплджек вышла из амбара, стараясь не шуметь. Она направлялась к Рэйнбоу Дэш. Она не могла больше молчать. Надо было рассказать всем всё, пока не стало хуже. Но лес шептал что-то другое. И когда она дошла до развилки, перед ней вспыхнул фиолетовый свет. — Поздно. — прошептал голос, и Твайлайт вышла из темноты, словно сливаясь с ночной мглой. Эпплджек бросилась бежать, но вокруг неё сомкнулись кольца магии. Как удав, они затянулись, не давая дышать, не давая кричать. Её тело скрутило, глаза слезились от боли, но хуже было ощущение — что она не просто поймана. Она проиграла. — Всё могло быть иначе. — прошептала Твайлайт, — но ты выбрала борьбу...

***

Утро. Солнечно. Яблоки блестят в лучах света. Эпплджек выходит из дома, приветливо машет Большому Маки и идёт на рынок. Всё, как обычно. Все, кто её видит, радуются: «Старая добрая Эпплджек» Но... она не шутит. Не говорит «йеп». Не берёт пирог от Грэнни Смит. Рэйнбоу замечает, что та не смотрит ей в глаза. Флаттершай вздрагивает при каждом её слове. Она — другая. Но никто не смеет вслух об этом сказать... А внизу — в подвале библиотеки — настоящая Эпплджек лежит на холодном полу, связанная магическими узами. Губы потрескались от жажды. Спина ноет. И где-то над ней — ходит Её тень. Копыта двойника, магического клона, топают по улице, обманывая всех. Эпплджек кричала. В первый день. Потом поняла, что кричать — бесполезно. Теперь она просто смотрела в потолок и считала тени. И вот, спустя ещё один день, дверь скрипнула. Свет прорезал темноту. Твайлайт вошла — спокойно, безмятежно. Её глаза светились лунным безумием. — Ты сама во всём виновата, Эпплджек. — почти нежно произнесла она. — Я хотела по-доброму. Но теперь — ты будешь частью следующего этапа. — Ты… чудовище… — прошептала Эпплджек, но Твайлайт только улыбнулась. — Возможно. Но чудовища — тоже мечтают. Она закрыла дверь. И снова стало темно...

***

Твайлайт методично готовилась. Заклинания тишины, защиты от магии, гравитационные фиксаторы — всё выстроилось в изящную структуру безопасности. Ей не нужен был беспорядок. Только чистота, контроль и точность. Стол в центре комнаты был идеально чист. Инструменты — промаркированы. Иглы, трубки, хрустальные щупальца заклинаний, что пронизывали воздух. Рядом — книга с закладками: «Физиологические пределы голоса. Магическая анатомия речи. Спектральный резонанс и личность.»

***

Ночь. Пустынная и вязкая, как чернила, разлитые по небу. Понивиль спал. Слишком крепко, слишком спокойно, словно сама магия убаюкивала городок, чтобы он не замечал происходящего под его сердцем. В подвале библиотеки, где никогда не гас свет, Твайлайт стояла над клеткой. Металлический скрежет напоминал дыхание зверя, готового сорваться с цепи, но нет — это лишь решётка, закрывавшая Эпплджек. Она лежала, обессиленная, с пересохшим горлом, но взгляд оставался упрямым. Грязь на шерсти, мелкие порезы — всё свидетельствовало о борьбе. Но Твайлайт не сердилась. Она даже не злилась. В её глазах был лишь холодный, мерцающий интерес. Как у хирурга перед вскрытием. — Ты ведь понимаешь, Эпплджек. — проговорила она почти ласково, — что всё это — не наказание. Это… возможность. Она сделала глубокий вдох, предвкушая новый опыт: — Мы изучим... — прошептала она, подходя к клетке, — твои голосовые связки, интересно не правда ли? Металл отозвался лязгом. Эпплджек подняла голову, с трудом. Тени под её глазами потемнели, губы потрескались. Но взгляд не дрогнул: — Ничего ты не поймёшь. — хрипло сказала она. — Ты всё потеряла, Твайлайт. — Возможно. — спокойно кивнула единорог. — Но зато сколько нашла. Она не использовала силу. Просто шагнула в клетку, за её барьеры. Магия тихо щёлкнула, подчиняясь хозяйке. Эпплджек попыталась ударить — но лишь упала, магические путы уже сковали тело. Твайлайт подхватила её бережно, как куклу...

***

Тишина в лаборатории была особенной — плотной, стерильной, как будто сама магия боялась колыхаться. Только звук магических инструментов да тихое дыхание Твайлайт нарушали холодный вакуум пространства. Стол, на котором лежала Эпплджек, был накрыт плотным фиолетовым светом заклинаний. Её тело удерживали фиксирующие поля — конечности раскинуты, каждая мышца обездвижена. Глаза полуоткрыты. Веки дёргались от боли и бессонницы. — Сегодня мы углубимся. — спокойно сказала Твайлайт, не глядя на неё. — Ты будешь молчать, потому что говорить больше нельзя. Мы разберём твой голос на части. Словно старую музыку. Она надела маску. Рядом вспыхнул лоток. Металлические инструменты выстроились в ряд — скальпели, зондирующие иглы, расширители. Всё идеально чисто. Всё на месте. — Тебе знакомо, как образуются звуки? — прошептала Твайлайт, поднимая скальпель. — Гортань. Щитовидный хрящ. Связки. И каждая из них поёт свою ноту. Мы изучим каждую. Магия приподняла голову Эпплджек. Горло вытянулось. Твайлайт провела копытом по коже — ласково, как бы прощаясь: — Ты говорила, что правду нельзя заглушить. Проверим... Она сделала первый надрез. Эпплджек дёрнулась, но не могла закричать — заглушающее заклинание вплеталось в нервы. Только слёзы покатились по вискам. Разрез был точным — от основания нижней челюсти к ключице. Медленно. С холодной точностью хирурга. — Красиво... — прошептала Твайлайт. — Внутри ты такая же, как все. Но что если я достану твой голос? Она раздвинула ткани, наложив фиксатор. Под светом магии показались мышцы, затем — трахея. Лёгкое дрожание от слабого дыхания. Следом — вскрытие гортани. Словно открытие музыкального инструмента: — Вот они… голосовые складки. Посмотри, как они колышутся. Как пытаются выжить. Сопротивляются... — Она провела зондом вдоль связок. — Сопротивление на уровне клеток. Эпплджек не могла смотреть. В глазах плыли звёзды. Где-то глубоко в ней поднималась волна тошноты, боли, отвращения — но тело не слушалось. Только сердце било тревогу: — Теперь я изолирую одну из связок. — Щелчок. Тонкое приспособление вошло в разрез, вытянув голосовую складку наружу. — Представь: это ты. Эта крошечная ткань — твой характер, твой крик, твой упрямый акцент. Она замерла, глядя на дрожащую ткань. Потом прошептала: — Пора её переписать. Магия вплелась в голосовую складку. Тонкая тень заклинания вжалась в клетки, изменяя их вибрационную частоту. Эксперимент был на грани допустимого даже для безумия. Тело Эпплджек дёрнулось, искажённый голос сорвался из глубины груди. Это не был крик — это был хрип, как будто чужой дух пробовал говорить её голосом: — Хорошо… пошла реакция... — Твайлайт писала что-то в своем блокноте. — Вибрационная структура нарушена. Тембр изменяется. Повторная активация. Она подключила магический усилитель. Гортань Эпплджек начала вибрировать. От резонанса пошла кровь. — Ты хотела, чтобы я слушала. Теперь слушай ты. Твайлайт прижала ухо к её горлу. Изнутри шёл хрипящий, рваный звук — как будто кто-то пытался проползти наружу. — Вот она, твоя песня боли. Ещё один разрез. Твайлайт выделила вторую связку. Параллельная стимуляция. Резонанс усилился. Тело Эпплджек уже не реагировало как прежде. Оно дрожало без сознания. — Не умирай. — холодно прошептала она. — Мы не закончили. Она вколола зелье. Пульс стабилизировался.

***

Прошло три часа. Может, больше. Голос Эпплджек больше не существовал. Связки были переформированы, часть ткани удалена, заменена магическими вставками. Всё работало. Но она уже не могла говорить. Только издавать искажённые звуки. Твайлайт сняла маску. Глаза её были пустыми. — Я не сделала это из жестокости, — сказала она, подойдя к Эпплджек, опускаясь рядом. — Я сделала это ради понимания. Чтобы ты… замолчала. Чтобы все услышали, что я права. Эпплджек не ответила. Только пелена запотевших, остекленевших глаз смотрела в потолок, туда, где когда-то был день. Твайлайт погладила её по щеке: — Завтра, если ты сможешь, мы попробуем заставить тебя говорить по-новому. А пока… Она зашила горло. Хирургически, точно. Заклятие заживления не касалось связок — они должны были болеть. Должны были молчать. Люк захлопнулся. Осталась тьма. Но даже в ней, Эпплджек чувствовала: где-то внутри неё ещё жива та, что умеет молчать громче любого крика.

***

Эксперимент №3. Объект №003 - Эпплджек: «Изменение голосовой природы объекта» Результаты: Цель 1: получить прямой доступ к голосовым связкам — достигнута. Надрез осуществлён в области нижней гортани. Объект зафиксирован, сопротивление подавлено. Доступ к связкам открыт без повреждения дыхательной функции. Цель 2: изоляция и внешняя стимуляция голосовых складок — достигнута частично. Первая складка дала вибрационный отклик при воздействии зондом, вторая — слабо реагировала. Возможно, из-за усталости ткани или страха объекта. Цель 3: изменение тембра и резонансной частоты голоса — достигнута. В результате магического воздействия частота изменилась на 38%. Исходный тембр утрачен. Фонетические шаблоны нарушены. Цель 4: лишение объекта способности членораздельной речи — успешно завершено. Объект теперь издаёт лишь искажённые гортанные звуки, ближе к стонам, завываниям и хрипу. Функция общения подавлена, контроль усилен. Побочные эффекты: • Частичное кровоизлияние в трахее. • Повышенный сердечный ритм во время резонансной стимуляции. • Временное угасание сознания. • Повышенная слезоточивость (психо-эмоциональный ответ). • Вероятность перманентного афазического синдрома — 78%.