Рука из пепла

Большое солнце вспыхивало на галактическом полотне, окрашивая далёкие туманности в оттенки золота и фиолета, жизнь на миллиардах миров медленно пробуждалась. Огни автоматических городов тускнели, сменяясь мягким гулом пробуждающихся систем и тихим ропотом жителей, потягивающихся навстречу новому дню.

***

Командир все так же блуждал по космосу с радаром в руках, пытаясь отследить злодейку. В их последний визит на крейсер Доминатора Гляделкинс успел прилепить микрочип на костюм злодейки, так-что теперь у него есть её точные координаты и, по всей видимости, она находится на старой заброшенной планете, которая была центром до распада союза планет той системы. — ещё 10 минут идти. Почему она не могла спрятаться где-то поближе, а не в другой галактике?.. — жаловался Гляделкинс в пустоту, ноги гудели от долгого перемещения, мешок, который тот нес на плече постоянно сползал, а глаза слипались от сонливости и солнца, которое слепило глаза. Так. Нужно взять себя в руки. Отоспится на том свете, а сейчас нужно найти Доминатора и предложить устроить совместный союз. — сейчас нужно найти её, избежать драки и предложить свой вариант..она не может не согласится. Вот только…она же хочет уничтожить галактику, а я хочу захватить. Разные вещи. Хотя. Можно предложить захватывать планеты, а уничтожать непослушных жителей или же астероиды. Да. Она согласится. — говорил Гляделкинс, объясняя план в слух. Ему так легче думается, поэтому он и объясняет все планы сам, вслух, чтоб до него доходило, что он вообще говорит и какие нюансы нужно доработать до того, как он их начнет говорить. Хотя нужды говорить и объяснять что-либо иногда даже смысла нету, так-как главный, кто вообще затеял стать покорителем, даже не вникал. То в догонялки играет, то за рыжей ложкой гоняется. В общем Злыдень давно уже на доброй стороне, но вот Гляделкинсу говорить не решался. Столько лет на завоевание планет, бок об бок, потратили, а тут он со своей идеей с Тут-и-тамом путешествовать и армию распустить. Боится реакции, а ещё сильнее боится, что Гляделкинс, мягко говоря, снова всю комнату в хлам разнесет, если ещё и не изрежется какой-нибудь точилкой (я против всего этого и вы не режьтесь, просто мысли Злыдня!) Гляделкинс же был не в курсе всего этого, даже близко не догадывался, просто знал, что тот немного ослаб, но все же надеялся, что Злыдень наберётся сил и снова начнет завоевывать галактики. Ну не суть, так-как Гляделкинс уже был около этой разрушенной планетки. Орблачнный пузырь приземлился на землю и сразу же лопнул, обрызгивая одежду липким мылом и другими веществами, которые использовали при создании Вилмор и Орболл. Гляделкинс поморщился от ощущения липкой жидкости на лице, стирая её с щек кровавой перчаткой. Командир шёл по раскалённым руинам планеты, сводя взгляд с зияющих кратеров и полуразрушенных башен. Он брезговал ступать в мягкие пятна пепла и лужи неизвестной субстанции, осторожно выбирая путь между трещинами и острыми обломками. Иногда нога натыкалась на металл или камень, и Гляделкинс невольно спотыкался, ловя равновесие на холодном ветру. Наконец в взор алых глаз попалась пещера, из которой исходило мягкое мерцание огня, который, как будто, манил в эту расселину, чтоб исследовать каждый сантиметр. Как не странно Гляделкинс поддался соблазну и медленно пошагал в сторону этого узкого отверстия, не забывая смотреть под ноги, а то не хочется представляться перед Доминатором, как подранный бомж, да и к ранениям будет много вопросов от Злыдня. Даже если и навернется, то явно получит либо ожог от луж кислоты, которые вышли на поверхность из глубин планеты или глубокие порезы от металла или арматуры. Если вообще вернется, а то очень просто пополнить статистику смертей на этой планете. В скоре Гляделкинс пролез между узким отверстием, не оставшись без пары порезов на щеке, даже низкий рост не помог. Гляделкинс отряхнулся, оглянулся на пару секунд, а потом оглядел помещение. Пещера встречает холодной, тяжёлой тишиной: своды опалены, стены чернеют от копоти, и густой дым вьётся над неровным полом. В центре тлеет скудный костёр — угли изредка вспыхивают, бросая дрожащие блики и отбрасывая длинные, живые тени сталактитов и обломков. Рядом у огня сидит Доминаторша в опалённой одежде, с бледным лицом и полуоткрытыми глазами, а в воздухе витает горький запах гари и старой крови. Вид поражённой злодейки и едва живой огонь создаёт ощущение конца — не триумфального, а тягостного, как будто история подходит к горькому финалу. Холодный взгляд темно-карих глаз наконец устремился в сторону командира. Ни удивления, а скорее горькое понимание и обида, которая была сделана в прошлом. — убьешь или в плен возьмешь?.. — наконец послышался голос Доминатора, который отбивался эхом от стен. Чувство смятения било в голову. — ни то и не другое. — выровняв голос ответил Гляделкинс. Его сразу обогрели удивленным взглядом — хах. Шутки шутишь, одноглазый? — начала дерзить Доминатор, медленно вставая, опираясь о камни — выключи свой инстинкт самосохранения. Я пришел не для конфликтов. — сказал Гляделкинс, складывая руки за спиной. На удивление Доминаторша молчала, лишь слушала, а не, как предполагал командир, послала его на три веселых буквы. Как только повисло молчание Гляделкинс продолжил — Есть предложение. Доминаторша хмыкнула, поднимая левую бровь. Ну что за харизматичная женщина? — какое же? — наконец спросила павшая злодейка. Пыл явно усмирен и не намеревался снова появляться. Лишь наигранная годами недоверчивость плясала на лице. — давай вместе покорим Вселенную и другие миры? Бок об бок. Повисло молчание, долгое, давящие молчание. Не верное слово и надежды обоих разрушится в прах, который больше нельзя будет реализовать в реальность или даже в обычные мысли. . . . — я согласна. — тот самый ответ, который ждали оба. — замечательно. И…пойдём со мной, а то я тебя здесь между этими завалами не оставлю. — сказал Гляделкинс, направляясь к этой чертовой дырке, которая освещалась солнечным светом, который все же пробивался в эту даль. Черные глаза прикрылись на пару секунд и Доминаторша все же направилась в сторону отверстия вместе с командиром. В голове павшей проносилось лишь одно предложение «А стоит ему вообще доверять?»