chapter 15

Тихий плеск воды глухо разносился по комнате, отражаясь от мраморных стен.  Урсула Касл закрыла глаза, позволив себе впервые за долгий день расслабиться. После напряжённой тренировки в Дуэльном клубе мышцы болели приятно, почти лениво.  Пенистая вода приятно щекотала кожу, тёплый пар окутывал лицо, скрывая усталость. В этот вечер подруги не смогли составить ей компанию, но одиночество казалось даже к месту. Здесь, в мягком свете зачарованных фонарей, можно было, наконец, выдохнуть. Щелчок двери заставил её вздрогнуть. Урсула резко открыла глаза.   — Кто здесь?! — Голос дрогнул, но прозвучал твёрдо. Из-за пара медленно проступил силуэт. Высокий, с с кудрявой копной волос — Теодор Нотт. Он держал в руке сложенную карту Мародёров.   — Расслабься, Урс. — тихо произнёс он. — Я просто… увидел, что ты здесь. Решил заглянуть.   — Не слишком ли самонадеянно? — Она прикрыла себя пеной, приподнимаясь чуть выше в ванне, но не убегая. Больше удивлённая, чем испуганная.   — Возможно, — он сел на край ванны, не отводя взгляда. — Просто... Я нечасто вижу тебя одну. Ты всегда с кем-то. А тут — случай. Хотел узнать, как ты. Наступила короткая пауза. Только шум воды и тихое потрескивание свечей.   — Устала, — выдохнула Урсула, позволяя себе расслабиться снова. — Дуэльный клуб сегодня был невыносим.   — Ты всё равно сражаешься, как будто каждый бой — последний. — В голосе Тео скользнула тень восхищения. Она тихо рассмеялась, чуть прищурившись:   — А ты следишь за мной?   — Иногда. — Он усмехнулся. — Не только по карте. Он медленно опустил руку в воду, не касаясь её, просто разрезая пену пальцами. Она наблюдала за ним, не отводя взгляда. Сердце стучало чуть быстрее, чем обычно, но в этом не было страха.   — Могу я..? — спросил он чуть тише, голос стал почти шёпотом. Урсула не ответила словами — лишь кивнула едва заметно, позволив тишине говорить за неё. Теодор осторожно прикоснулся к её руке под водой, кончиками пальцев, как будто боялся разрушить хрупкое равновесие момента. Её дыхание сбилось, но она не отпрянула.  Напротив — сдвинулась ближе. Их взгляды встретились. Он наклонился, не спеша, давая ей время отступить. Но она осталась. Его губы коснулись её медленно, сдержанно, как будто он боялся спугнуть что-то слишком настоящее. Поцелуй не был поспешным. Он был осторожным, как первый шаг по тонкому льду. В нём чувствовалась напряжённость долгого молчания, сдержанных взглядов, случайных прикосновений на уроках зельеварения и во время дуэльных тренировок.  Их губы соприкоснулись вновь — на этот раз увереннее, медленнее. Рука Теодора скользнула выше по её плечам, а затем кончики пальцев едва заметно коснулись женского соска на левой груди. Блондинка сладостно выпустила стон, заставляя его сердце сжаться. Затем он погладил ее живот, спускаясь еще ниже, туда, куда она точно хотела.  — Я давно хотел поговорить с тобой, — прошептал он, отстранившись на дыхание. — Но ты всё время либо в защите, либо в нападении. Как будто боишься, что кто-то подойдёт ближе.   — Может, и боюсь, — прошептала она, не отводя взгляда. — Но, как видишь, не оттолкнула тебя. Он усмехнулся уголком губ:   — Пока. Она закатила глаза, когда парень нащупал ее самое чувствительное место. Тео хмыкнул, но не двинулся. Напротив, остался сидеть, глядя на неё так, как будто видел впервые.   — Я не думала, что ты можешь быть таким… — она поискала слово. — Мягким.   — Я редко разрешаю себе быть. — Его голос был почти шёпотом. — Но рядом с тобой — иначе не получается. Он отстранился чуть-чуть, смотря в ее глаза, когда он аккуратно ввел в нее указательный палец. Урсула прикрыла глаза и откинула голову в наслаждении, поддаваясь и второму пальцу. Второй рукой она вцепилась  в его накачанную руку, пытаясь удержаться. Тео пересел на колени за ее спиной, первой рукой оставаясь в ней, второй подхватывая, обнимая ее под грудью, тем самым удерживая ее, чтобы она не ушла под воду.  Парень нежно прижался губами к ее шее, покрывшейся испариной.  — Ты такая красивая. — прошептал он. Она тихо засмеялась, откинув голову назад на его крепкое плечо, и в этот момент он снова поцеловал её — чуть глубже, чуть дольше, всё ещё нежно, но с тихим обещанием, что это не просто случайность. Не просто один вечер. Блондинка перестала заботиться о времени, не думая, что будет потом. В этой ванной, в этом тихом тепле, казалось, будто весь остальной Хогвартс исчез.   - Я… ах.. Я хочу, чтобы ты был рядом. - негромко простонала девушка.  Без лишних вопросов он за пару секунд снимает футболку и штаны, тут же погружается под горячую воду рядом с ней. Как только Нотт садится, тут же притягивает девушку за талию к себе и усаживает на свои бедра.  Голая мокрая грудь, с которой стекала пенка, так горячо прошлась рядом с его лицом, что он готов был тут же кончить прямо там. Он тихо зарычал, сжимая ее талию. Щеки Касл покраснели, и это умилило Теодора.  Мягкий свет свечей отражался в воде, поднимаясь в облаках пара. Тепло ванной комнаты окутывало их, как одеяло, обвивая их тела в тугую пружину близости. Девушка тут же почувствовала его напряженный стояк. Она подняла голову, её глаза встретились с его — они были полны доверия и неопределённости. Он смотрел на неё не как на женщину, а как на нечто хрупкое, одновременно сильное и уязвимое.   — Сладкая, — его голос был тихим, но уверенным, — если ты готова, скажи мне. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя неудобно. Её взгляд затуманился, но не из-за страха. Скорее, от тихого понимания того, что в этот момент она решает больше, чем просто физический шаг. Это был шаг в новое состояние. В доверие. В сближение.   — Я не знаю, что мне делать. — Она произнесла это с лёгкой улыбкой, но в её голосе звучала невысказанная тревога. Он осторожно коснулся её щеки, мягко поглаживая её ладонью.   — Тебе не нужно знать всё. Мы здесь, только ты и я, и я здесь, чтобы быть с тобой, независимо от того, что ты чувствуешь. Ты не одна. Её дыхание стало чуть глубже. Она не ожидала, что он будет таким нежным, таким внимательным. Его слова стали для неё утешением, а его прикосновения — обещанием. Она наклонилась к нему, едва касаясь его губ. Этот поцелуй был не спешным, он был осторожным, как если бы они оба не знали, что будет дальше, но не могли больше отступать. Теодор поцеловал её в ответ, но так, как будто впервые понимает, что каждый её ответ с этого момента — это часть его мира. Он осторожно провёл рукой по её спине, и она почувствовала, как её тело расслабляется. Она позволила ему прижать её к себе, она прижалась своей грудью к его, и в этот момент она почувствовала — здесь, в этом пространстве, они не просто физически близки. Они были открыты друг перед другом, в их тишине не было страха, только желание быть вместе, ощущать друг друга. Она закрыла глаза, ощущая тепло его дыхания и того, как его руки нежно обвивали её тело.   — Я доверяю тебе, — ответила она, приподнимаясь, чтобы снова поцеловать его, на этот раз более уверенно, более открыто. — Но больше я доверяю себе, когда ты рядом. И вот, их тела оказались так близки, что им не нужно было слов. Каждое движение было плавным, не спешащим, словно они пытались узнать друг друга в каждом прикосновении, в каждом взгляде. Всё было новым, но это не пугало. Это было естественно. Как дыхание. Как приближение двух людей, которые знали, что ни один момент не повторится, и каждый следующий — будет чем-то больше, чем просто секундой. Теодор не перестает осматривать ее тело, даже если его глаза уже затуманены, - Мерлин, ты прекрасна.  По ванной комнате пробежался крик девушки, когда она медленно скользнула на его член. Ощущения были обостренные, это сносило крышу обоим. Урсула стала медленно двигаться на нем, пока кудрявый не мог оторвать от нее взгляда.  Всё это было настолько новым и захватывающим, что он не мог не думать о том, как много значат для него эти моменты. В его груди медленно поднималась волна чувства, которое он сам не сразу понял. Это не было лёгким удовольствием от того, что он просто соблазнил девушку, как могло бы быть у других. Это было гораздо глубже. Он ощущал, как каждый её взгляд, каждый её жест будто наполняет его чем-то важным, что он до этого не знал. Его рука скользила по её коже, и он ловил себя на мысли, что в этот момент ощущает не только её тепло, но и свою значимость. "Она рядом. Она доверяет мне. И я могу быть тем, кто будет рядом с ней, поддерживать её." Эта мысль не давала ему покоя. Он чувствовал гордость, но также странную нежность. Урсула — не просто красивая девушка с внешностью, которая сводит с ума. Каждый её взгляд, каждое её слово будто разрушало стену, которую он строил вокруг себя. "Ты доверяешь мне, Урс… Ты позволила мне быть таким рядом с тобой. Это не просто физическое притяжение. Это… что-то большее." Он сам удивлялся, насколько для него это важно. Когда их тела слились в этом моменте, и они больше не были просто двумя людьми в джакузи, но чем-то одним, он вдруг понял — его гордость заключалась не в том, чтобы "заполучить" её, а в том, чтобы быть тем человеком, с которым она сможет быть настоящей, без масок и преград. Тео  проводил рукой по её коже, как бы исследуя её не только внешне, но и внутренне. Когда она прижалась к нему, он ощутил невероятную ответственность, но эта ответственность не пугала его, а, наоборот, давала уверенность. "Я мог бы быть таким рядом с тобой навсегда. И я не хочу отпускать. Я хочу видеть твою искренность, твою уязвимость. Ты красивая не только внешне. Ты красивая в каждом твоём движении." Парень помог ей задвигаться быстрее, впитывая в себя каждый ее стон. Ему казалось, что если она остановится, то он в тот же миг распадется на части. Вода в джакузи колыхалась от их движений, переливаясь за край.  Если бы в этот момент кто-то проходил мимо ванной комнаты старост, то он точно бы услышал, что здесь происходит.   Они так сильно хотели почувствовать друг друга ближе, что одновременно прижались телом к телу - блондинка насладилась сильнее, а кудрявый притянул ее бедрами прямо до самый яиц. Урсула нежно взяла его щуки в свои горячие ладони и прильнула к его влажным губам. Теодору казалось, что он выиграл джекпот, будто он взобрался на вершину самой высокой горы. Он и представить себе не мог, что она будет такой идеальной для него. Как волшебно она стонала и двигала бедрами, какими мягкими были ее груди в его руках, какой крепкой была ее задница. Ее прекрасное лицо выражало чистое наслаждение.  Урсула видела, с каким желанием и восхищением смотрел на нее Теодор. Он с жадность впился губами в ее твердын розовый сосок, пока она слегка оттягивала его кудри пальцами. Такой интимный жест сильно повлиял на обоих, они снова застонали.  Она готова была кончить в любой момент, если бы не сдерживала себя изо всех сил. Теодор видел, как она уже третий раз сильно прижимается к нему всем телом, нуждаясь в его тепле и поддержке.    - Детка, ты сдерживаешься? - с придыханием спросил он, уже медленнее двигая ее на своих бедрах.  Девушка неловко кивнула и ее щеки вновь порозовели. Его сердце дрогнуло.    - Я жду тебя. - прошептала она, проникая в его душу своими зелеными глазами. Ее колени начали дрожать. Он понял, что девушка сдерживалось, чтобы дождаться его разрядки.   - Малышка… Ты… Идем ко мне. - она тут же послушно прильнула к нему, отчего ее грудь прижалась к его накачанной. Они оба засмеялись, целуясь. После этого Теодор так сильно захотел удовлетворить ее, что ему стало просто невыносимо.    Нотт почувствовал, как ее мышцы внутри начали сокращаться, а ее стоны стали короче и чаще, это послужило знаком для него. Агрессивно вбившись в нее пару раз, достигая ту самую точку, Тео почувствовал, как она резко напрягалась, а потом расслабилось до такой степени, что ему пришлось держать ее своей рукой.    - Мерлин, спасибо. Спасибо, Теодор. - она никак не могла отдышаться, восстановить дыхание, пока молодой человек оставлял поцелуи повсюду, куда мог дотянуться.  Парень хрипло засмеялся, - За что ты сейчас благодаришь меня?  Он поднял ее голое тело с себя, затем осторожно помог ей вылезти, отметив, что она уже супер сонная и размякшая. Нотт усмехнулся про себя, ведь она даже работал в полную силу.   - За тебя.  Эти два слова заставило его замереть на месте. Он с упоением смотрел, как она расслабленно и немного стеснительно накидывает на себя халат и закрепляет волосы крабиком на затылке.  Они идут медленно, не спеша. Теодор держит Урсулу за руку, нежно, почти бережно, будто она — что-то хрупкое, доверенное ему на короткое время. Ее пальцы вплетены в его, и она, едва заметно, притягивается ближе, плечом касаясь его руки.   — Знаешь, — говорит она, негромко, — вода, тепло… Всё это — только фон. Главное было не в этом. Он поворачивает голову, смотрит на неё, на её лицо в лунном свете — мокрые волосы, глаза, как будто ещё полные чего-то незавершённого.   — Знаю, — отвечает он так же тихо. — Я чувствовал. Возле входа в её общежитие он замирает. Никаких лишних движений. Только смотрит. Потом осторожно касается её лица — большим пальцем проводит по скуле, отгоняя каплю, что так и не высохла. Её глаза закрываются, и она на секунду просто прижимается лбом к его лбу.   — Не уходи сразу, — шепчет она. — Просто постой. Он стоит. Их дыхание синхронизируется. Всё замирает.   — Мне нравится, какой ты, — говорит она после долгой паузы. — Такой… тихий. Настоящий. Он улыбается, почти незаметно. Потом чуть наклоняется, целует её в висок — нежно, как бы обещая, что запомнит всё до мельчайших деталей.   — Спокойной ночи, Урс.   — Спокойной, Тео. Он возвращается в одиночестве, но не чувствует себя одиноким. В коридорах холодно, но внутри всё ещё тепло — как будто она оставила частичку себя в его груди. Комната встречает тишиной и мягким полумраком. Он садится на край кровати, прислушивается к этой тишине. И улыбается — искренне, чуть устало, но по-настоящему. Но в голове шум, будто море внутри черепа. Он проводит рукой по лицу, потом замирает, глядя в одну точку. Зачем ты это сделал, Тео? Он садится на кровать. Тело всё ещё помнит тепло воды, её кожу, запах — мягкий, горьковатый, как кофе на губах. Она была рядом, настоящая, без намёков и игр. Но вместе с этим... Ты всё ещё любишь Пэнси. Сердце сжимается — привычно, как давно затянувшаяся рана, которую он научился не трогать. Но сегодня он коснулся её сам — неосторожно, спонтанно, будто хотел доказать себе, что всё позади. Что он свободен. Что способен чувствовать заново. Он встаёт, подходит к зеркалу, смотрит на своё отражение. Лицо спокойное, но в глазах — нет. Там всё и происходит. Ты ищешь Пэнси в других. И однажды это разрушит тебя... или их. Он отворачивается, опускается в кресло. Берёт книгу, но не читает. Просто держит её, как якорь, пытаясь не утонуть в своей вине. И всё же... где-то в глубине — рядом с болью — таится ещё что-то. Сомнение. А вдруг… Урсула — не замена? А шанс. Он не знает. И не хочет думать сейчас.