Глава 15.

Её губы были мягкими и податливыми под моими, дыхание сбивалось, когда я углублял поцелуй, настойчиво, требовательно. Карина отвечала мне с той же жадностью — наши языки сплетались в отчаянном ритме, словно пытались наверстать каждую пропущенную секунду. Мои ладони скользнули по её шее, ощутив, как горячая кожа пульсирует под пальцами. Она вздрогнула, когда я большим пальцем провёл по скуле, задерживаясь у уголка её губ, и я почувствовал, как её дыхание стало прерывистым. Я не дал ей опомниться — подхватил за талию и мягко уложил на кровать. Подушки разлетелись в стороны, её волосы рассыпались по покрывалу, тёмные пряди контрастировали с белизной простыней. Карина смотрела на меня, её глаза блестели, зрачки расширились, дыхание стало прерывистым. Я провёл ладонью по её щеке, большим пальцем очерчивая линию скулы, спускаясь ниже к подбородку. Её губы приоткрылись в беззвучном вздохе, и я не удержался — вновь накрыл их своими, чувствуя, как она подаётся мне навстречу. Моя ладонь скользнула вниз, по её шее, остановилась на ключицах, ощущая, как горячая кожа подрагивает под моими пальцами. Я прошёлся ниже, легко проведя пальцами по линии её талии, чуть сжал, оставляя за собой едва заметные следы тепла. Карина выгнулась подо мной, её руки обвили мою шею, притягивая ближе, и я услышал, как она выдохнула моё имя, едва слышно, будто боялась спугнуть это мгновение. — Черт, какая ты красивая…. — прошептал я, скользя губами к её шее, оставляя там влажные поцелуи. Я чувствовал, как она вздрагивает, когда мои зубы едва касаются кожи, как её пальцы впиваются в мои плечи. Я чередовал нежные поцелуи с лёгкими укусами, оставляя за собой дорожку из красноватых отметин. Карина чуть запрокинула голову, давая мне больше пространства, и я не замедлил воспользоваться этим — мои губы спустились ниже, к её ключицам, оставляя за собой обжигающие следы. Мои руки скользнули по её бокам, под ткань футболки, обнажая тонкую линию живота. Я ощутил, как она вздрогнула, когда мои пальцы коснулись её кожи, и её бедра чуть приподнялись, будто сами тянулись ко мне. Я не спешил — дразнил её, медленно поднимая ткань вверх, пока, наконец, не стянул её через голову. Карина осталась передо мной в одном нижнем белье, и я замер, позволяя себе насладиться этим видом. Её грудь вздымалась в такт дыханию, ритм был сбивчивым, губы слегка приоткрылись, а на щеках выступил румянец. – С ума сойти, – выдохнул я, проводя ладонями по её талии, выше, до груди, сжимая её пальцами. Карина прикусила губу, и я видел, как её глаза затуманились от возбуждения. Я наклонился, не отрывая взгляда, и накрыл губами её грудь, ощущая, как она выгибается, стонет, зарывая пальцы в мои волосы. Её соски напряглись под моим языком, и я чередовал движения — медленные, обволакивающие, с резкими, дразнящими прикосновениями. Карина срывалась на выдохах, приподнимая бедра, будто умоляла о большем. — Глеб… пожалуйста… — её голос был хриплым, срывающимся на шепот, и я не смог удержаться от усмешки. Она выглядела чертовски прекрасной — растрёпанные волосы, полуоткрытые губы, глаза, полные желания. Я провёл пальцами по её животу, ниже, легко коснувшись внутренней стороны бедра. Её тело отозвалось на прикосновение, и я видел, как её пальцы сильнее сжали простынь. — Скажи, чего ты хочешь, — прошептал я, оставляя поцелуй на её животе, постепенно продвигаясь ниже. Карина всхлипнула, выгибаясь навстречу моим рукам, но я ждал. Мне хотелось услышать это. Хотелось, чтобы она сама произнесла. — Я хочу тебя… — прошептала она, её голос сорвался, а бедра чуть дрогнули. — Так бы сразу, — хрипло выдохнул я, стягивая с неё последние преграды. Я услышал, как она задержала дыхание, когда прохладный воздух коснулся её обнажённой кожи. Я скользнул ладонью по её внутренней стороне бедра, раздвигая их, и Карина затрепетала подо мной, вцепившись пальцами в простынь. Я наклонился, не отводя взгляда, и провёл языком вдоль её влажной складки, едва касаясь, пробуя её вкус. Она вскрикнула, всхлипывая, и её спина выгнулась в дугу. Я не стал останавливаться, ощущая, как её пальцы впиваются в мои плечи. Мои движения были медленными и размеренными, чередующимися — я чувствовал, как её дыхание сбивается, как её бёдра подаются мне навстречу. Она тонула в этом ощущении, полностью растворяясь в каждом моём прикосновении. Когда её руки потянули меня наверх, я не заставил себя ждать — поднялся к её губам, целуя так, чтобы она почувствовала себя целиком моей. Карина обвила меня ногами, притянув ближе, и я не медлил: мои руки скользнули по её талии, сжимая её бедра, пока я устраивался между ними. Я видел в её глазах желание, смешанное с нетерпением, и это только сильнее разжигало во мне огонь. — Глеб… — прошептала она, и я услышал в её голосе столько нежности и страсти, что едва сдержал себя. Я наклонился, целуя её в губы, и одним плавным движением вошёл в неё, заранее надев контрацептив. Медленно, до самого конца. Карина вскрикнула, её ногти впились в мою спину, и я почувствовал, как её тело обхватило меня, тёплое, принимающее. Я замер на мгновение, позволяя ей привыкнуть, чувствуя, как она обхватывает меня ногами крепче, притягивая к себе. Я начал двигаться, медленно, размеренно, чувствуя, как наши тела сливаются в едином ритме. Её руки скользили по моей спине, ногти оставляли едва заметные царапины, и каждый её стон, каждый выдох заставлял меня двигаться быстрее, сильнее. Карина извивалась подо мной, её тело поддавалось каждому толчку, принимая меня глубже. Её взгляд встречался с моим — откровенный, смелый, полный доверия. И в этот момент я понял, что готов отдать ей всё, что у меня есть, до последней капли. Её тело подо мной подрагивало, горячее и принимающее. Карина обвила меня ногами, притянув ближе, и я почувствовал, как её пятки уперлись в мою поясницу, будто подталкивая глубже. Я замер на мгновение, наблюдая, как она выгибается навстречу, как её голова откидывается на подушки, обнажая изгиб шеи. Это было чертовски красиво. Мои ладони скользнули по её телу, очерчивая линию талии, сжимая её бёдра, прижимая её к себе, чтобы не осталось ни миллиметра между нами. Я начал двигаться, медленно, почти дразняще, выводя из неё протяжные стоны. Карина запрокинула голову, её глаза были полуприкрыты, губы приоткрыты, из них вырывались сдавленные звуки, когда я погружался в неё снова и снова. — Чёрт, Глеб… — прошептала она, её ногти впились в мою спину, оставляя тёплые дорожки боли. Я лишь сильнее сжал её бедра, вжимая в матрас, на секунду останавливаясь, чтобы насладиться этим моментом. Её дыхание было рваным, кожа пылала, и я видел, как волны удовольствия прокатываются по её телу. Наши поцелуи были голодными, отчаянными, будто я мог сойти с ума, не ощутив её вкус прямо сейчас. Её язык нашёл мой, и она застонала в мой рот, когда я резко ускорил ритм, не давая ей ни секунды на передышку. Я двигался быстрее, сильнее, чувствуя, как её тело подаётся мне навстречу, будто мы танцуем в одном бешеном ритме. Её бедра сжимались вокруг меня, пальцы зарывались в мои волосы, притягивая ближе. Я ощущал каждый её вздох, каждый толчок навстречу, слышал, как она шепчет моё имя — тихо, прерывисто, с надрывом. — Глеб… я… — её голос сорвался, и я увидел, как её глаза затуманились, ресницы дрогнули. Карина прерывисто выдохнула, её тело напряглось, и я знал, что она на грани. — Смотри на меня, — хрипло произнёс я, поймав её взгляд. Я хотел видеть это — её лицо в момент, когда она разлетится на тысячи осколков в моих руках. Её глаза раскрылись, полные желания и чего-то, что я не мог назвать, но чувствовал всем своим существом. Моя рука скользнула между наших тел, пальцы нашли её клитор, начали ласкать его в ритм движений, и Карина вскрикнула, её спина выгнулась в дугу, будто натянутая струна. Я чувствовал, как её тело подрагивает подо мной, как её бедра сжимаются сильнее, удерживая меня внутри. — Глеб… я сейчас… — её голос затрепетал, глаза закрылись, и в следующий миг она сорвалась. Её крик был громким, пронзительным, волны удовольствия прокатились по её телу, заставив дрожать и сжиматься вокруг меня. Это было чертовски красиво: её изогнутая спина, приоткрытые губы, как она срывается на стонах, не в силах остановить эту лавину. Я продолжал двигаться, чувствовал, как её тело содрогается подо мной, как её пальцы впиваются в мои плечи, будто она боялась утонуть в этом ощущении. Её ноги крепче обвили мою талию, не позволяя мне выйти. — Блять… — выдохнул я, толкаясь в последний раз, чувствуя, как она сжимается вокруг меня, разрывая последние нити моего самоконтроля. Я рухнул в это ощущение вместе с ней, громко выдыхая её имя, когда волна удовольствия накрыла с головой, стирая реальность. Мир сузился до этой комнаты, до звука её дыхания, до её ладоней на моей спине, до ощущения её тела под моим. Я накрыл её губы своими, чувствуя её слабый ответный поцелуй, полный усталости и тепла. Мы остались лежать, тяжело дыша, её пальцы медленно проводили по моей спине, и я ощущал, как её сердце стучит в такт моему. — Это было… — Карина запнулась, подняв на меня глаза. — Охуенно, — закончил я за неё, касаясь губами её виска. Она тихо засмеялась, закрывая глаза, и я обнял её крепче, чувствуя, как она расслабляется в моих руках. Её дыхание замедлилось, пальцы ослабили хватку, и я понимал, что она засыпает. Я прижался губами к её макушке, вдыхая аромат её волос, и ощущал странное спокойствие. Как будто этот момент должен был произойти. Как будто всё до этого вело нас именно сюда.

***

Громкий, настойчивый стук в дверь заставил Глеба раздражённо распахнуть глаза. Лениво перекатившись на другой бок, он обнял Карину, притягивая её ближе к себе, пока ещё один, более шумный стук в дверь не заставил её испуганно вздрогнуть. Вытянувшись, она встала с кровати и направилась к двери. — Рубашку накинь, — выкрикнул ей вслед Глеб, наблюдая за тем, как Карина подняла с пола его чёрную рубашку и накинула на себя. То, насколько огромной рубашка выглядела на ней, заставило его изогнуть губы в лёгкой ухмылке. Спустя несколько секунд копошения дверь раскрылась и в квартиру вошёл Кирилл. Судя по его выражению лица, он был в хорошем расположении духа. Небрежно скинув с ног ботинки, он прошлепал на кухню, сразу же заглядывая в холодильник. — А че, поесть нихера нету, да? — разочарованно спросил он. — Ладно, сейчас закажу что-нибудь. Ты что будешь? Карина, ещё не до конца проснувшаяся, удивленно наблюдала за тем, как Кирилл сновал с одного угла квартиры до другого, старательно копаясь в телефоне. Нервозно закусив губу, она начала думать о том, как бы тактично сплавить друга с квартиры. Девушка заметила напряжение между Глебом и Кириллом ещё в тот раз, когда первый заявился в её квартиру посреди ночи. То, как они смотрели друг на друга не давало ей покоя, а успокаивать их стычку сейчас она не имела никакого желания. — Э-э, Кирилл, — осторожно начала она, сжимая края огромной рубашки. — Тут такое дело... — А этот хули тут забыл? — недовольно поинтересовался Глеб, выходя со спальни. Парень одел те же шорты и футболку, что Карина дала ему в прошлый раз, и выглядел намного бодрее, чем девушка, хотя проснулись они одновременно. Кирилл плотно сжал губы, наблюдая за тем, как Глеб лениво подошёл к раковине, набирая себе стакан воды, а после достал с кармана шорт сигареты и зажигалку. — Я пришёл проведать Карину. — хмуро сообщил Мисан, бросая взгляд на девушку. Он только сейчас заметил, что рубашка была явно ей не по размеру, и вряд ли ей вообще принадлежала, от чего его челюсть сжалась в раздражении. — Теперь у тебя нет необходимости приходить сюда каждый день, — хрипло ответил Глеб, выдыхая дым под потолок. — И, знаешь, можно как минимум предупреждать о том, что ты заявишься с утра пораньше. Кирилл нахмурился и бросил взгляд на Карину, что стояла неподвижно, переводя взгляд с одного парня на другого. Глеб, с виду, казался расслабленным, но его напряжение выдавала сжатая до боли челюсть. — Я, наверно, пойду. — обратился Мисан к Карине и поспешил к выходу, когда Глеб попросил его задержаться. — Пошли, — хмуро сказал он, грубо хватая друга за предплечье. — Надо поговорить. Затолкнув Кирилла в небольшую ванную, Глеб плотно закрыл за собой дверь и повернулся лицом к другу. Всего секунду между ними висело напряженное молчание, после чего Глеб тихо, но вполне угрожающе заговорил: — Может, хватит так бесцеремонно катить к ней? — чуть ли не прошипел Глеб, вставая к Кириллу вплотную. — Это раздражает. — Не понимаю, о чем ты, — закатил глаза Кирилл. Глеб лихо вцепился в ворот его кофты, хорошенько встряхивая, из-за чего Кирилл чуть не впечатался головой в полотенцесушитель. Бросив на Глеба раздраженный взгляд, Кирилл прищурился и приблизился к его лицу. — Я просто пришёл навестить свою подругу, ясно тебе? — сказал он, убирая руки Глеба со своей кофты. — Не знаю, где и что с тобой делали, но ты выглядишь абсолютно сумасшедшим. — Это я сумасшедший? — усмехнулся Глеб. — Съебись нахуй с этой квартиры и больше, нахер, вообще не приходи сюда, понял? — А то что? — мрачно спросил Кирилл, выпрямляясь. Хоть как-то пошевелиться в маленькой ванной было сложно, но Глеб все же нашёл место, чтобы занести кулак и с мерзким хрустом заехать им по носу бывшего друга.

***

— Обязательно было начинать драться? — строго спросила Карина, вытирая кровь с подбородка Глеба. — У тебя ещё губа не зажила, а ты себе уже новых шишек набил. Глеб усмехнулся, из-за чего кровь со свежей раны на губе хлынула с новой силой. Карина шикнула на него, в отместку прикладывая к ране ватку, пропитанную перекисью. Глеб зашипел от неприятных ощущений и тут же отпрянул, прикладывая палец к ране. — Больно, вообще-то! — Нехер ржать, — нахмурилась Карина, возвращаясь к первоначальной задаче: оттереть всю кровь с его лица. Когда она приблизилась неповзолительно близко к его лицу, Глеб непроизвольно задержал дыхание, внимательно разглядывая её сосредоточенное лицо. Карина, осознав, что он уже давно смотрит на неё, подняла глаза, взглядом встречаясь с ним, от чего её дыхание сбилось. Вздохнув, Глеб осторожно потянулся к её губам, размазывая кровь и по её лицу. Гнев от стычки с Кириллом практически сразу сошёл на нет, заменяясь уже почти привычным спокойствием в груди.