Глава 16. Зависть.

Громкий рингтон телефона оглушительной трелью раздался по комнате, заставляя двух молодых людей с недовольным стоном заткнуть уши подушкой. Но от этого мелодия звонка тише не стала, наоборот, кажется, стала ещё сильнее долбить по ушам. Раздражённо вздохнув, Глеб вытянул из-под одеяла руку и, подцепив с тумбочки телефон, приложил его к уху. — Алло, — недовольно процедил парень. — Алло, блять, кто звонит? — Глеб, — раздался строгий голос Арины в трубке. — Почему ты не приехал? Мы же договорились! — Планы поменялись, — хрипло произнёс Глеб, лениво потирая сонные глаза. — Это всё или ты меня ещё отчитывать будешь? — Глеб, вообще-то – это очень серьёзно! — Да-да, — кивнул парень. — Очень серьёзно. Только вот я чуть не разъебался на тачке, пока ехал, так что, думаю, заслужил выходной. — Чего? — удивлённо выдохнула Арина. — Не смешно, Глеб. — А кто шутит? — усмехнулся Викторов. — Ладно, позже позвоню, чтобы всё обсудить. Сейчас я буду, нахрен, спать. Пока. Отключив звонок, Глеб небрежно откинул телефон на пол и перевернулся на другой бок, отчего солнце с не закрытых штор ударило в лицо, заставляя его раздражённо распахнуть глаза. — Кто звонил? — тихо спросила Карина, заставляя Викторова мелко вздрогнуть. Он всё ещё не привык просыпаться с кем-то. — Арина, — буркнул он, принимая сидячее положение. — Отчитала за то, что я позавчера не приехал. — А ты должен был? — девушка подняла на него заинтересованный взгляд. Глеб осёкся, не зная, как лучше поступить. Грубо говоря, они хотят посадить её маму, лишив при этом всех денег и имущества. А ещё парень всё ещё не сказал Карине, от чего именно умер её папа. — А давно ты чёлку обстригла? — усмехнулся Глеб, мастерски переводя тему. — Не помню, чтобы она была пару лет назад. Парень, не сдержавшись, протянул руку, убирая упавшую на глаза девушки чёлку. Карина усмехнулась и, приняв сидячее положение, потянулась и посмотрела Глебу в глаза, прежде чем ответить. — Я, Кирилл и Сима напились. В ту ночь мне очень захотелось каких-то изменений, и Кирилл кухонными ножницами отрезал мне чёлку, — звонко засмеялась она. — Он ещё так криво это сделал, что мне на утро пришлось идти в парикмахерскую, чтобы исправить это недоразумение. От упоминания Кирилла, челюсть Глеба плотно сжалась, а глаз едва заметно дёрнулся. Глеба до дрожи злило, что вместо него вместе с Кариной был Кирилл. Что это Кирилл был с ней в трудные и весёлые моменты, поддерживал её и её идеи, проводил с ней время. Не он – Глеб, а Кирилл. — Ты чего? — заботливо спросила Карина, замечая, как сильно сжались его кулаки. — Глеб? — Ничего, — ответил парень, встряхнув головой. — Всё хорошо. Выдавив из себя вымученную улыбку, парень выбрался из постели, направляясь в ванну. Захлопнув за собой дверь, парень включил кран и плеснул себе в лицо ледяной воды, отчего по телу прошлась неприятная дрожь, а рана на скуле засаднила. Плотно сжав губы, Викторов оперся двумя руками на раковину и поднял взгляд на зеркало. Точнее, туда, где оно прежде висело. Теперь же там торчали лишь несколько проводков и одинокий гвоздик. — Карина! — крикнул Глеб, стряхивая с рук воду. — Карина-а! Дверь в ванну распахнулась, и на пороге появилась заспанная девушка. Она вопросительно посмотрела на Глеба, а после туда, куда был направлен его взгляд – на стену. — А где зеркало? — поднял бровь он, большим пальцем указывая в сторону стены. — Или его тоже Кирилл по пьяни разбил? Девушка со стыдом вспомнила минутный гневный порыв разрушить всю квартиру, оставив за собой лишь руины. Под раздачу, к счастью, попало только зеркало, но лицо Давидовой все равно залилось краской от этого неприятного воспоминания. Не хотелось рассказывать Глебу о том, что она настолько слаба, чтобы не сдержать эмоции. — Что происходит у вас с Кириллом? — она постаралась перевести тему. — Почему ты вечно придираешься к нему? Ещё и драка эта... — Тебя это не касается, — нагло солгал Глеб. Это касалось её напрямую. — И не переводи тему. — Ты делаешь так постоянно! — обиженно воскликнула Карина. — Так что будь добр, сначала ответь на мой вопрос. Викторов тяжело вздохнул и, подойдя к Карине, заключил её в крепкие объятия, носом утыкаясь куда-то в макушку. Ему нравился этот контраст: его холодные, словно лёд, руки и её, такие такие тёплые, будто она только вышла из бассейна с лавой. Это маленькое сравнение заставило его легко улыбнуться. — Почему ты всегда такой холодный? — спросила Карина, словно она только что прочитала его мысли. — Почему ты всегда такая тёплая? — хмыкнул Глеб, ухмыльнувшись. — Не отвечай вопросом на вопрос, — фыркнула она ему в шею, от чего Глеб мелко вздрогнул. — Почему с тобой так сложно? — Дорогая, я бы не сказал, что с тобой особо легко, — не стесняясь, Глеб засмеялся, не давая ей вырваться из его объятий. — Да ты вообще охренел! Крепче прижав девушку к себе, Глеб осторожно попятился вперёд, толкая туда же Карину. Его всё ещё не отпускало желание полежать в кровати, ведь глаза неумолимо слипались. Кажется, он был не против лечь спать прямо в ванной. — Я никуда не пойду с тобой, пока ты не ответишь на мой вопрос, — фыркнула Карина, целенаправленно не давая Глебу довести её до кровати. — Ну, насколько мне известно, конечности могут быть постоянно холодными из-за анемии, частого стресса, проблем с нервной системой и... — Ты дурак! — возмутилась девушка, больно ударяя по прикрытому футболкой плечу Викторова, вызывая у него лишь приступ смеха. — Ты не уточнила, на какой из вопросов я должен ответить, — ухмыльнулся парень, оставляя на щеке девушки поцелуй. — Поставленная задача выполнена, теперь я хочу в кровать. Девушка стояла твёрдо, та же твёрдость отражалась в её глазах. Глеб, осознав, что так просто от него не отстанут, тяжело вздохнул и выпрямился, показывая, что к допросу он готов. Хотя на самом же деле совершенно нет. Ему до скрипа зубов не хочется, чтобы девушка знала о том, что её лучший друг влюблён в неё. И не от того, что он переживает за их дружбу. Он переживает за то, что девушка может пересмотреть свои взгляды. Кирилл, такой добрый, заботливый и отзывчивый, что, к тому же, всегда был рядом, и Глеб. Грубый, холодный и падающий в приступы от каждого триггера, Глеб. Даже Глеб, на месте Карины, выбрал бы кого угодно, но не себя. Но Викторов не был готов к тому, что Карина может выбрать кого-то — кого угодно — кроме него. Сраный эгоист. — Итак, — начала Карина, складывая руки на груди. — Почему же вы с Кириллом постоянно цапаетесь? Парень глубоко вдохнул, глядя в проницательные глаза напротив. Глаз парня снова дёрнулся, что, в этот раз не ускользнуло от внимания девушки, но следующие сказанные парнем слова заставили её сразу позабыть об этом. — Кирилл влюбился в тебя, — мрачно произнес Глеб, пытаясь прочитать её эмоции. Карина была удивлена. Глаза её расширились, становясь похожи на пятирублевые монеты, рот слегка приоткрылся, а руки, ранее лежащие на груди, безвольно повисли вдоль тела. Глеб, хмыкнув, протянул ладонь и, коснувшись подбородка, осторожно прикрыл её рот, усмехаясь. — Ты же шутишь, да? — нервно усмехнулась Карина, бросая на Глеба несмелый взгляд. — Не очень смешно, если честно. Глеб бросил на неё скептический взгляд и медленно покачал головой. Не врёт. Хотя очень хотел придумать плаксивую историю о ссоре на ровном месте. — Теперь уйдёшь к нему, да? — хрипло спросил Глеб, опуская глаза в пол. После этих слов в его горле словно ком встал. Но, на его удивление, после секундной заминки раздался женский задорный смех. Глеб неверяще поднял глаза на девушку. Она от смеха откинулась назад, хватаясь за живот. Парень вскинул бровь, окончательно запутавшись. Она что, смеётся над ним? — Ты совершенно точно дурак, раз тебе в голову пришла эта мысль, — сказала Карина, утирая глаза от слез. — Полный придурок! Девушка, увидев на лице Глеба замешательство, схватила его за шею и, усмехнувшись, притянула к себе, целуя. Викторов облегчённо выдохнул ей в губы, привычно притягивая девушку ближе к себе. Теперь он точно спокоен.

***

Глебу все-таки пришлось ехать к Арине, ведь спустя несколько часов после звонка она завалила его огромным количеством гневных сообщений о том, что он ставит весь их план под угрозу. Так что, толком не выспавшись, ему пришлось собираться и ехать к Серафиму. Встречаться в квартире Арины или, тем более, Глеба было опасно, поэтому выбор остановился на Серафиме. Видеть рожу Кирилла так долго Глеб бы не выдержал. Да и вряд ли Мисан вообще пустил бы его. В этот раз он, наученный горьким опытом, машину вёл аккуратно, особое внимание уделяя встречной полосе. А телефон и вовсе выключил.  У Серафима Глеб не был давно. С тех самых пор, как его добровольно-принудительно отправили в Англию, так что сейчас он стоял как истукан напротив двери, боясь постучаться. Очень многое изменилось, как и сам Серафим. Глеб за те несколько коротких встреч с удивлением отметил, что друг стал более внимательным, стал чаще следить за языком и думать, прежде чем сказать. Но что уж точно не изменилось, так это его чрезмерная забота о всех своих близких. А ещё от него все ещё пахло цветочным шампунем. Вздохнув, Викторов осторожно постучал в дверь. Спустя несколько секунд та открылась, и на пороге появился Серафим, а за ним замаячила не совсем веселая, но, кажется, уже не такая злая Арина. Тепло улыбнувшись, Сидорин пожал Глебу руку и кивком головы пригласил его в квартиру. — Ты уверена, что здесь нас не спалят? — спросил у Арины Глеб, стягивая пальто. — Я, если честно, все ещё в ахуе с того, как ты залетела к Карине домой. — Здесь не должны, — буркнула Арина, поправляя белую копну волос. — К Карине я приехала на эмоциях. А вот тебя я точно не ожидала там увидеть. Арина, не став дожидаться Глеба, ушла на кухню, оставляя парней наедине. Когда Викторов, сняв обувь, выпрямился, Серафим осторожно подхватил его под локоть и тихо спросил: — А давно она хорошей стала? — нахмурился он. — В смысле, я тебе, конечно, полностью доверяю, но помнится мне, что она ещё недавно была заодно со своей мамашей. — Не знаю, — пожал плечами Глеб. — Тогда на кухне, когда она предложила этот план, она казалась искренней. Может, мамка довела, хер его знает. Кивнув, Сидорин отпустил друга и прошёл по коридору на кухню. Вслед за ним просеменил и Глеб. — Почему ты всегда в рубашке? — усмехнулась Арина, поправляя удобный свитер. — Не помню, чтобы в рехабе ты одевал что-то кроме толстовок. — Я смотрю, Арина Сергеевна, у вас хорошее настроение? — глянул на неё Глеб, благодаря Серафима за чашку кофе. — Я уж думал, опять отчитывать меня будешь. — Если ты не шутил про то, что чуть не разбился... — Что, прости? — вклинился Серафим, бросая на Глеба недоуменный взгляд. — Ты... Когда ты, блять, успел? — Долгая история, — отмахнулся Глеб, делая глоток из чашки. — Так что, каков теперь план? Надеюсь, ты придумала что-то, потому что я, если честно, последние два дня про твою мать вообще не вспоминал. — По тебе и видно, — начал ехидничать Серафим. — Вон рожа какая довольная. Викторов ухмыльнулся и, подняв чашку в сторону Серафима, сделал ещё один глоток, подумав о том, что ему бы тоже не помешала кофемашина. Девушка, наблюдая за парнями, усмехнулась. — А что, Кирилл не придёт? — осторожно спросила она, бросая взгляд на Глеба. — А нахер он тут нужен? — раздражённо спросил Викторов, осознав, что слышит имя этого человека чаще, чем хотелось бы. — Да, ты прав, — девушка отвела взгляд, нервно заламывая пальцы. — Просто я думала, что раз уж Серафим присутствует, то и Кириллу тоже можно... — Подожди-ка, — усмехнулся Серафим, бросая на Арину полный веселья взгляд. — А что это ты вдруг так захотела Кирилла увидеть? Насколько я помню, ваше общение ограничивалось только скандалами. Глеб, уловив мысль друга, наклонился вперёд, заглядывая в покрасневшее лицо Арины, весело ухмыляясь. — Да что вы заладили? — девушка качнула головой. — Мы, вообще-то, не просто поболтать сюда пришли. Глеб откинулся обратно на спинку стула, не сводя с Арины заинтересованного взгляда. Смущение девушки при упоминании Мисана ощущалось за километр, и это не могло не радовать. Особенно Глеба. — Так, что насчёт нового плана? — решил перевести тему Глеб. — У тебя есть идеи? Девушка, бросив на Глеба взгляд, хитро ухмыльнулась, а после встала из-за стола. Глеб проводил её недоуменным взглядом, а когда она вернулась за стол с сумкой в руках, и вовсе перестал улавливать суть, лишь переглядываясь с Серафимом. — Тебе повезло, — тихо, с победной улыбкой на губах, сказала она, после чего достала из сумки небольшую полупрозрачную папку чёрного цвета и бросила её на стол. — Мне удалось выудить эту папку из сейфа. Правда, вот, пришлось поругаться с маман, но это меньшее, что я могла получить. Глеб неверяще посмотрел сначала на папку, затем на Арину, а затем снова на папку. Растеряв последнее терпение где-то за дверью квартиры Карины, он схватил папку со стола, тут же открывая её. С интересом пробежавшись глазами по большинству бумажек, он наконец нашёл ту, что и была нужна им: заключение судмедэксперта. Настоящее заключение, а не то, что видели все родственники. — Ты же понимаешь, что только этой бумажки не хватит, чтобы посадить её? — мрачно спросила Арина. — Нам могут не поверить, ведь подделать такой документ легче лёгкого. Нам нужно что-то более весомое. — Записи с камер в доме? — предложил Глеб, откладывая документы. — Уверен, они ещё и звук пишут. — Если мы отдадим в полицию записи со звуковой дорожкой, то меня упекут вместе с матерью, — нахмурилась Арина. — Да и все равно, это было чуть больше года назад, записи, скорее всего, давно удалены. Глеб опустил глаза на папку, думая, что же ещё можно сделать. Как назло, именно сегодня его голова была абсолютно пуста. Ментально он был дома, лежал в кровати, смотрел фильм, а под боком у него спала Карина. Только вот момент мечтаний грубо прервал Серафим. — Может, ты попробуешь поговорить с ней об этом? — неуверенно предложил он, смотря на Глеба и Арину по очереди. — Типа: «Привет, мам, не хочешь отдать мне записи с камер, где ты травишь моего папу»? — подняла она бровь. — Так ты себе это представляешь. — Если ты не будешь меня перебивать, то поймёшь, что я пытаюсь донести, — закатил глаза Сидорин. — Ты можешь заговорить с ней о том, что она отравила твоего папу и о том, каким образом она, грубо говоря, избавилась от Глеба... — Это ещё мягко говоря, — усмехнулся Глеб, перебивая друга. — И незаметно снимать всё на телефон, — договорил Серафим, не обратив внимания на выпад друга. — Для убедительности можешь сделать вид, что ты их всех в рот ебешь и терпеть не можешь. Главное, чтобы мать подтвердила это. Ну и чтобы это было видно и слышно на камере, конечно же. — Слушай, — задумалась вдруг Арина, почесывая щеку. — А это здравая мысль. Ты что думаешь? Девушка посмотрела на Глеба, ожидая его ответа. Глеб усмехнулся и поднял на неё взгляд. — Я думаю, что мне нужно наконец сменить паспорт и вернуть своё блядское имя, — почти засмеялся он. — А идея да, хорошая. — В смысле, вернуть имя? — нахмурился Серафим. — Я что-то не понимаю... — Старая сука сделала мне паспорт на новое имя, — хмыкнул Глеб. — По паспорту я ебучий Иван. Она даже имя небанальное выбрать не смогла! Иван, пиздец... Серафим, выдержав паузу, оглушительно засмеялся, выбивая смешки и из Арины. Показательно закатив глаза, Глеб поставил чашку с кофе и встал из-за стола, кидая взгляд на Арину. — Тебя подбросить? — спросил он, пытаясь не обращать внимания на громкий смех друга, что вполне мог свалиться со стула. — Было бы неплохо, — кивнула она. — Если честно, с утра я имела наглость выпить, поэтому за руль садиться не решилась. — Так вот, почему ты решила трахать мне мозг с самого утра, — по-доброму усмехнулся Глеб. — А не садиться бухой за руль – это правильно. — У него так два раза права забрали, — вновь вклинился Серафим, почти успокоившийся от приступа смеха, вызванного новым именем друга. — Рот закрой, — улыбнулся Глеб и ушёл в коридор. — Только давай быстрее. Я домой хочу.

***

— Почему у тебя вечно лицо разбито? — спросила Арина, усмехнувшись. — Ещё с рехаба помню, что у тебя рожа вечно в синяках. — Поверь, я задаюсь тем же вопросом почти каждый день, — улыбнулся Глеб, выруливая со двора. — Ты, кстати, давно оттуда уволилась? — Сразу, как нашла родителей, — хмыкнула Арина. — Сейчас даже жалею как-то... — Серьёзно? — Глеб бросил на неё удивленный взгляд. — Вот уж не думал, что кто-то будет жалеть о том, что уволился с той помойки. — Там хотя бы было не так скучно, — пожала плечами Арина. — А сейчас что? Грусть да тоска. Я себя дома, как в клетке, чувствую. Даже поговорить не с кем. — У тебя что, друзей нет? — нахмурился Глеб, искренне не веря в это. — Ну там, подруг, не знаю. У всех же есть хотя бы один друг. Как правило, вы оба не знаете, как и когда познакомились. — Ну, видимо, я исключение, — девушка бросила грустный взгляд в окно. — Я не привыкла друзей заводить. В детском доме у тебя нет друзей, только люди, с которыми тебе приходится делить комнату. — А после детского дома? — спросил Глеб.— Ты же, вроде, универ окончила, нет? — Я была чем-то типа изгоя, — нахмурилась Арина. — На первом курсе пыталась с кем-то подружиться, пока мне прямо не сказали, что я странная. Глеб был неприятно удивлён. Несмотря на все, он искренне считал, что каждому нужен человек, готовый поддержать тебя в трудную минуту. Или наоборот, посмеяться в особый момент. В детстве и школьные годы у него тоже было... не особо много друзей. Но они были. До сих пор у него есть Серафим, который, несмотря ни на что, остался с Глебом. В этот момент он вспомнил, как чувствовал себя в Англии. Совершенно один, без друзей и семьи. И вдруг он осознал, что Арина чувствует себя так всю жизнь. — На самом деле, я очень завидую Карине, — тихо заговорила Арина, вырывая Глеба из мыслей. — У неё с самого детства были родители, друзья, куча денег... Сейчас у неё есть Кирилл, Саша, Серафим и ты. Я так хорошо чувствовала себя, когда между нами мама выбрала меня. Я думала, что у меня будет всё, чего мне так не хватало всю жизнь. Но сейчас понимаю, что это «всё» всегда было и будет у Карины. И для этого ей не приходилось выслуживаться перед матерью. Глеб бросил на девушку осторожный взгляд. Выглядела она, мягко говоря, очень паршиво. Глеб даже растерялся сначала. Он уж точно не был готов успокаивать кого-то. Поэтому он сделал то, что умел лучше всего. — А что насчёт Кирилла? — хрипло спросил Глеб, замечая, как румянец проступил на щеках девушки. — Он нравится тебе? — Уже давно, — честно призналась Арина, пытаясь спрятать лицо за светлыми волосами. — Но он всегда относился ко мне крайне... — Агрессивно, — усмехнулся Глеб. — Он такой. Но, думаю, это из-за того, что ты была заодно со своей мамой. — Да, я понимаю, — кивнула Арина. — На самом деле, когда он приезжал с Кариной, я всегда хотела подойти к нему и... поговорить по-человечески, что ли, без оскорблений и ругани. Но я каждый раз пугалась и... — Хочешь, я помогу? — неожиданно, даже для себя, предложил Глеб. — У нас с Кириллом, скажем так, сейчас не очень хорошие отношения, но... думаю, вы подружитесь. Когда он узнает, что ты не такая, как твоя мама, думаю, он будет даже не против. — Ты серьёзно? — кажется, Арина впервые за эту поездку искренне улыбнулась. — Глеб, спасибо! Арина, воодушевленная такой прекрасной новостью, бросилась Глебу на шею, стоило ему остановить машину на светофоре. Глеб слегка опешил, но все же приобнял её в ответ. Девушка вернулась на место, на лице её расплылась улыбка до ушей. Кажется, она действительно была счастлива. Наконец-то все приходило в норму, и каждый получал хотя бы минимальную дозу счастья от нахождения на этой чёртовой планете.