лицо смерти.

Ночной бар затихал. Мерцание неона тонуло в полумраке, отражаясь в запотевших окнах. Кан Соен стояла у выхода, рассеянно вглядываясь в улицу. В её взгляде сквозила тревога — Суа не отвечала на звонки. Лица вокруг расплывались, будто через стекло, покрытое испариной. Вдруг — лёгкое прикосновение к плечу. — Я думала, ты ушла, — вздохнула Соен, даже не обернувшись. — Где ты была? — Погналась за тенью, — Суа качнула головой. — Но встретила кое-кого поинтереснее. Кан подняла бровь, недоумённо посмотрев на подругу. — Его зовут Минхо. Он явно знает о тени… и чёрт возьми, мне интересно, кто он на самом деле. Соен молчала, но тут же схватила Суа за руку. Однако прежде чем что-то сказать, та вдруг замерла, заметив за спиной Соен силуэт. — Госпожа Кан, — голос был хриплым, будто произнесён сквозь дымовую завесу из десятков сигарет. Соен медленно обернулась. Перед ней стоял мужчина в чёрной рубашке, пристально смотревший ей в лицо — усталое, напряжённое, едва освещённое тусклым светом. — Слушаю вас, господин Ким? — произнесла она, стараясь сохранить холодную вежливость. Сынмин ухмыльнулся, но взгляда не отвёл. — Вы снова предвидели смерть? Потому и оказались в этом баре? Он не умел выбирать слова — и этим выводил её из себя. — Даже если так, какое вам до этого дело? — Напоминаю: я детектив. Расследую каждое движение в этом городе. — Тогда расследуйте по фактам. Не допрашивайте свидетеля, который, как вы выразились, "увлекается магическим миром", — сжалась она, ощущая холод на коже. Платье было коротким, воздух ночной. Его взгляд скользнул по её телу, что только усилило раздражение. — Если вы больше ничего не хотите сказать, я пойду, детектив, — отчеканила она, обернулась и стала искать глазами Суа. Та стояла чуть поодаль, уткнувшись в телефон, явно уже с трудом стоя на каблуках. — Это и есть тот самый горячий детектив, о котором ты мне рассказывала? — прошептала Суа с лёгкой улыбкой. — Потише, он же услышит, — прошипела Соен. Сынмин действительно услышал. Его улыбка стала чуть шире, он наблюдал за ними с явным интересом. — Госпожа Кан Соен и её очаровательная подруга, — произнёс он громко, так что обернулись даже прохожие. Суа тихо рассмеялась, а Соен непонимающе посмотрела на него. — Кажется, он обращается к тебе, госпожа Кан, — усмехнулась Суа, толкнув её в плечо. Соен снова обернулась, уже с серьёзным выражением лица. — Садитесь в машину. Я отвезу вас. Моё шестое чувство подсказывает, что если я вас оставлю, вы снова вляпаетесь в неприятности, — он достал ключи из кармана. — Спасибо, детектив, но мы справимся, — резко ответила Соен, глядя на Суа. Та молча смотрела на телефон, словно пытаясь сосредоточиться. — Онни… закажи такси… у меня кружится голова, — пробормотала Соен. Она думала, что говорит шёпотом, но голос всё равно прозвучал вслух. Суа лихорадочно тыкала по экрану, который всё не разблокировался. В итоге телефон выскользнул из руки и глухо упал на асфальт. — Чёрт… — выдохнула Суа, приседая, но Сынмин уже оказался рядом и поднял аппарат. — Не в состоянии заказать такси, но зато в состоянии хамить мне, — усмехнулся он, покачивая головой. — Позвольте мне доставить вас в целости и сохранности, — произнёс он, теперь обращаясь к Суа. — Нет, — сразу же отрезала Соен. — Я вообще-то говорил не с вами, — ухмыльнулся Сынмин. — Почему вы решаете за неё? Ему явно нравилось дразнить её, видеть, как она раздражается. Он снова посмотрел на Суа, та не выдержала и рассмеялась. — Пошли, — сказала она, взяв Соен за руку и повела её вперёд. ... Машина неслась сквозь ночной город. Внутри было тепло, приглушённый свет подсветки рассеивал тьму. Суа сидела на заднем сиденье, свернувшись калачиком, её босые ноги были укрыты пиджаком Сынмина. Соен сидела на переднем, отвернувшись к окну. Она молчала, но он чувствовал её взгляд в отражении бокового зеркала. — Если тебя укачает — скажи, — бросила Соен через плечо. — Лучше б она укачалась в баре, было бы дешевле, — пробормотал Сынмин, не отрываясь от дороги. — Слышу, кстати, — отозвалась Суа, — но слишком ленива, чтобы обидеться. — Привыкайте, — с усмешкой добавил он. — Обычно я молчу только в протоколах. Соен повернулась к нему, скрестив руки: — Не думала, что ты такой… сентиментальный, — вдруг сказала она, не глядя на него. — Это сейчас комплимент или предупреждение? — Просто наблюдение. Ты вроде детектив, а ведёшь себя как… не знаю… водитель Uber с миссией спасать девушек на шпильках. — Ты удивишься, сколько преступлений начинается с девушек на шпильках, — усмехнулся он. — А ты — ходячая головная боль. Не факт, что тебя кто-то ещё решится подвозить. — Знаешь, я ведь просила больше не видеться. — А ты знаешь, что каждый раз, когда я думаю оставить тебя в покое, ты оказываешься рядом с чем-то подозрительным? — Подозрительным? — она повернулась к нему. — Ты серьёзно? — Я не про твои "тени", не переживай, — он сделал акцент на слове, почти с усмешкой. — Я про людей. Вокруг тебя. Про исчезновения. Смерти. Необычные совпадения. — И что, ты решил, что я какая-то ведьма?,— на её вопрос, он ничего не ответил. Сынмин краем глаза заметил, как она нервно теребит край рукава. — Ты часто так донимаешь всех своих подозреваемых? — Ты не подозреваемая, — мягко сказал он. — Хотя честно? Иногда хотелось бы, чтобы была. Тогда у меня был бы повод забрать тебя в участок. Хоть на пару часов — чтобы ты перестала шататься по этим чертовым улицам одна. Она смотрела на него, сжав кулаки. — Мне не нужна твоя защита, детектив. Пауза. Только тихое дыхание Суа сзади. Сынмин медленно повернул голову к ней, не прерывая движения по шоссе. Он только мягко включил подогрев сидений, бросив на неё почти невидимый, но тёплый взгляд. — Мы почти приехали, — сказал он. — Можешь разбудить её. Или хочешь — я понесу? — Нет, я сама. Она устанет от твоих объятий раньше, чем до дома дойдёт. — Звучит как ревность, госпожа Кан. Она скривилась. — Не льсти себе. Машина мягко свернула на тихую улицу. Дворы спали, и только жёлтые фонари цеплялись за окна, будто не решаясь заглянуть внутрь. Суа пошевелилась сзади, зевнув почти беззвучно. Приподнялась на локтях, огляделась, заморгала. — Мы почти на месте. Суа кивнула, будто соображая, где находится. Она села ровнее, глядя вперёд. — Кто меня укрыл? — спросила она. — Я, — ответил он. — Было прохладно, а ты вырубилась. — Ага…спасибо. Наконец машина остановилась у старого дома с балконом и коваными перилами. Окна на втором этаже были тёмными. Сынмин вышел и открыл дверь для Суа, та вышла, не спеша, всё ещё чуть пошатываясь. — Спасибо за доставку, детектив, — сказала она, поправляя волосы. — Всегда пожалуйста, — он чуть кивнул. — Сама дойдёшь? — Конечно,— ответила Суа. Кан Соен хотела что-то сказать, но Сынмин опередил её, перебив: — Пойду провожу, а то опять скажете, что я бессердечный реалист,— он лишь усмехнулся, придержал Суа под локоть и проводил до входа. Вернувшись, он закрыл дверь со стороны Суа, обошёл машину и снова сел за руль. Несколько секунд не заводил двигатель. Просто сидел в темноте, а приглушённый свет приборной панели будто подчёркивал напряжение. Соен даже не повернулась. Она всё ещё смотрела вперёд, как будто он мог исчезнуть, если она достаточно долго не будет смотреть на него. — Кажется, я начинаю верить твоим словам, Кан Соен,— сказал он. Соен опустила взгляд. Замолчала. Губы дрогнули, но она ничего не ответила. Он посмотрел на неё ещё мгновение. Затем протянул руку — не чтобы дотронуться, а просто открыл бардачок и вынул что-то — пачку жевательной резинки. — На. Если не спишь — хоть жуй. Пауза. — От нервов помогает. Она посмотрела на него. И вдруг — едва заметная улыбка. Почти беззвучная, почти болезненная, но настоящая. — Сынмин? — М? — Спасибо…за то, что подвез. И за то, что не читаешь морали,— он кивнул, затем двинулся с места. Когда они приехали, Соен молча вышла из машины и посмотрел на него. — Спокойной ночи, Сынмин,— На секунду замерла у капота, словно колебалась, сказать ли ещё что-то. Потом всё-таки пошла к дому, не оборачиваясь. Сынмин смотрел ей вслед, пока она не скрылась за дверью. Только тогда он позволил себе вздох — долгий, тяжёлый. Завёл мотор, и машина медленно покатилась по спящей улице, растворяясь в тишине. жизнь Ryu Sua. Когда она родилась, мир вокруг сразу стал другим. Мама тогда говорила, что это "просто чувствительность", что она особенная, как будто в этом есть что-то хорошее. Но никто не знал, что "особенность" — это результат ошибки. Колдовства, совершённого её матерью ради любви, ради спасения кого-то, кто, по мнению богов, не должен был выжить. В наказание часть силы самой смерти — частичка, украденная, но не уничтоженная, была вложена в её дочь. В неё. Суа с раннего детства видела мёртвых, видела остатки боли, слышала плач сквозь стены, чувствовала Тени — и никогда не могла это объяснить. Другие дети шарахались. Учителя смотрели с жалостью. Её мать — с виной. Утро в её доме всегда было одинаково тихим. Слишком тихим, как для человека, который всю жизнь слышал больше, чем стоило бы. Проснулась она, как обычно — от еле уловимого шороха под потолком. Не от будильника, не от солнца. — Джисон, ты опять скрипишь досками или пытаешься изобразить полтергейста? — пробормотала Суа, не открывая глаз. Тишина. Потом — смешок. Прозрачный, едва уловимый, как дыхание на стекле. Она приоткрыла один глаз и увидела, как по потолку лениво ползёт слабое свечение. Он был где-то рядом — её призрак. Друг, брат, и, пожалуй, единственный, кто остался с ней в этом забытом богом доме. Старый, скрипучий, но свой. Она зевнула, натянула свитер поверх тонкой майки и, босиком ступая по холодному полу, пошла на кухню. На столе лежала старая чашка и пачка растворимого кофе. Она не завтракала. Почти никогда. Только кофе — чёрный, без сахара. На автомате залила воду в чайник, а Джисон, как обычно, появился за её спиной. — Ты выглядишь, как зомби из дорамы. — Он покачал головой, как заботливая бабушка, и прошёл сквозь холодильник. — И вправду,— Она сделала глоток ещё обжигающего кофе и взглянула на своё отражение в тёмном окне. — Это лучше, чем быть призраком, поверь. — Он подмигнул, и исчез. Суа работала в полутёмном клубе на окраине города. Бар был старым, но популярным у своей публики — много пьяных, громкая музыка и почти никакой личной жизни. Она умела быть невидимой, но всё равно приковывала взгляды. Особенно тех, кому стоило бы смотреть в пол. Рю ловко жонглировала бутылками, наливая очередной коктейль.  Телефон вибрировал в кармане, из-за чего она на секунду отвлеклась, перечитала. Сообщение было от Соен: — «Давай завтра встретимся, Суа?» В тот же момент — рука дрогнула. Стакан выскользнул и разлился на мужчину в сером костюме. — Проклятье! — резко бросила она, хватая полотенце. Мужчина резко встал. Высокий, лысеющий, с хищным взглядом. — Ты чё творишь, девка?! — крикнул он, хлопнув рукой по стойке. — Дура?! — Извините,— сказала она, опуская голову. — Ты совсем рехнулась? Смотри, что ты натворила! — Он швырнул стакан в пол. Суа подняла глаза, не отступая. — Я извинилась, — спокойно ответила Суа, хоть внутри всё уже дрожало. — Не надо орать. Он подошёл ближе. — Да ты охренела, а? Хочешь, чтоб я тебе объяснил, как разговаривать?, — он схватил её за руку. Она дёрнулась, но он продолжал давить. И именно в этот момент она почувствовала тень. Как вспышку холода в жаркой толпе. Знакомую, мерзкую энергию, от которой всегда хотелось спрятаться, но вместо этого — гнаться. Суа рванулась вперёд, но мужчина прижал её к стойке. Она не думала. Она видела тень, и всё остальное — как в воде. Когда он замахнулся, чтобы ударить — что-то изменилось. Перед ней встал кто-то. Высокий, и вся в чёрном, как в тот раз. Суа замерла. Её взгляд медленно поднялся — и она узнала его. В переулке. Минхо. Он не сказал ни слова. Просто глядел на мужчину с такой тишиной в глазах, от которой хочется отвести взгляд. Он обернулся и посмотрел на неё, как на нечто знакомое. — Уходи. Пока не пожалеешь, что родился, — тихо сказал Минхо, его голос прозвучал глухо, сдержанно, но страшно. — Да кто ты такой, идиот?.. — попытался дерзить мужчина, но его резко оттолкнули. — Последний, кого ты хотел бы сегодня злить. Когда мужчина исчез, проклиная всех подряд, Суа выдохнула и на без лишних слов побежала. Тень была уже почти за углом, и Суа, не думая, рванула за ней. Каблуки скользили по мокрому асфальту, дыхание сбивалось. Она ощущала, как остужающий мрак пронизывает кожу. Тень словно играла с ней — приближалась, замедлялась, а потом снова исчезала в чернильных провалах улиц. — Стой! — крикнула Суа, вбегая в узкий, тёмный проём между домами. И в тот же миг всё стало слишком тихо. Тень исчезла. Полностью. Как будто её и не было. Суа остановилась, переводя дыхание, и сжала болезненные руки в кулак. — Чёрт... — Зачем ты бежишь за тем, чего не можешь поймать? — прозвучал низкий, спокойный голос. Она вздрогнула. Минхо стоял в полумраке, почти сливаясь со стеной. Руки в карманах, взгляд — ледяной. — Почему ты всегда рядом, когда появляется тень?, — Она сделала шаг ближе. — Кто ты такой? ,— он не ответил, просто развернулся и пошёл прочь. — Мне пора. — Подожди! Подожди! Я не отстану, пока ты не скажешь хоть что-то нормально! — Работа твоя — там, — бросил он через плечо. — Да пошло оно… — выдохнула я. — Ты думаешь, мне нравится таскаться с подносом и смотреть, как люди медленно разрушают себя за деньги? — Тогда зачем ты сюда возвращаешься? — Потому что это единственное, что у меня есть, — сказала я резко. — Или было. Он вдруг замер. Я врезалась в него — едва не потеряла равновесие. Он медленно повернул голову. Он смотрел на неё — не с жалостью. Даже не с интересом. Словно считывал. Как код. Как баг в системе. — Не геройствуй. Я уже видел, как заканчиваются такие попытки — и я был последним, кого они видели, — сказал он, даже не глядя на неё. — Ты говоришь загадкой. Можно понятливее?,— Он повернул к ней голову, не торопясь — Ты видишь Тень — а я вижу, что остаётся после неё. Верь, разница есть. — Ты опять...,— нахмурила брови Суа, на что Минхо взглянул и улыбнулся. — Ладно, ты не ответил, кто ты. — Значит, ты собираешься следовать за тем, кто сам — смерть?,— сказал он, не оборачиваясь. — Ты шутишь?,— Суа замирает, внимательно глядя на его лицо. — Если бы я умел,— отвечает Минхо, почти усмехаясь. Ни дыхания, ни звука внутри. Только тишина и пустота, которая внезапно показалась слишком знакомой. Слово ударило, как пощёчина, но не от страха — от узнавания. Всё встало на свои места. Его взгляд, холодный и тяжёлый. Его молчание. То, как исчезла тень. Он не испугался — он просто стоял. Как будто ему принадлежит право решать, кто останется, а кто уйдёт. Как будто она, наконец, нашла дверь, которую стучала всю жизнь. Как будто в этой темноте, наконец, кто-то ответил. Не призрак. Не видение. Он. И теперь всё только начинается. — Ещё увидимся. Если конечно, ты будешь в живых,— Он исчезает. Она остаётся одна. Достаёт телефон, смотрит на сообщение от Соен. Долгое молчание. Потом отвечает. «Давай прямо сейчас. Адрес напиши.»