1. Утрата на утрате

И так прошла неделя. Ему как 5 дней восемнадцать, но счастья это не прибавило. Без родителей, это просто цифра, просто еще один год, потраченный в пустую. Варис совсем не мылся, не ухаживал за домиком и небольшим зеленым садом по левой стороне от него, хотя пока что все это не критично. Теперь он не то чтобы не вел активную жизнь, выходя на работу, проводя время с родными и друзьями, веселясь в компании, он.... он просто не вел жизнь. Биологически конечно все факторы были в норме, но жук двигался только в цели удовлетвлоения естественных нужд или раз в очень-очень долгий промежуток выбирался из дома, отдохнуть от приевшихся стен. Как и в доме, на улице Варис просто сидел или лежал, смотря вверх. В одном случае картина была максимально скучной и однотонной: деревянные потолки, выложенные из темных досок, ни узора, ни какой-либо неоднородной последовательности. Зато во втором случае... это было единственное занятие которое приносило ему удовольствие. Действительно, сталактиты на сводах пещеры, разные ямки и неровности, "потолочные" пещеры, которые являются объектом интереса и дискуссий уже у не одного поколения. Все это так необычно. Оно было близко всегда, но Варис никогда не замечал всей этой красоты. Впрочем, как и всегда в его жизни. И что-то настолько же близкое, что кажется изподтишка щекотит его где-то сзади, есть и сейчас, но он, глупый жук не замечает. Он живет серо, совсем без красок. Хоть всю жизнь до этого он проводил так же, но он в любом случае видел смысл жить, малейший, но он был. Благодаря "родным" что-то удерживало его на плаву и заставляло чувствовать интерес к различным вещам. А теперь он ничто. Варис еще больший мусор, чем когда либо мог быть. Мертвая тишина, что преследовала парня уже более недели вошла в привычку, стала обыденной и совсем не пугающей, наоборот она влияла как громкая и мелодичная музыка, тепло переливаясь по всему его бездушному телу. Если прислушаться к тишине, то воздух будто превращается в запутанную сеть нитей. Ты чувствуешь прикосновение каждой, как она содрогается и покалывает брюшко и спину. Это не то чтобы радовало бездушного жука, скорее помогало не свихнуться окончательно. Он был более похож на сосуда, именно чистого, чем его братья из пустоты, о которых ему не суждено ведать. Не только с точки зрения внешности: теперь Варис стал безэмоционален, пуст и видимо разум тоже медленно гнил, перетекая в состояние "ничто". Но мертвую тишину вместе с вечным спокойствием Вариса прервала серия из глухих стуков в тонкую дверцу дома. Наконец-то. Он знал кто мог придти. И он ждал этого. Ожидание перетекало в муки. Но разве жук знал как их приход обернется? Сирота встал. Вернее даже вскочил с кровати, куда бодрее, чем мог раньше. Как пуля он проскочил из комнаты в длинный корридор и оказался у порога. Он боязливо дернул ручку вниз и кусок дерева, защищавший дом сам по себе открыл маленькую щель в проеме, издав четкий щелчок. Один из двух мужчин в темно-синей форме и металлическими вставками в ней на манер брони потянул дверь на себя, открывая вид на него и товарища. Это точно те, кого тот ждал. —Здравствуйте, Сэр, мм-с, –У самого низкого, толстого и противного на вид офицера(понятно это было по красивой медальке на груди) был такой же мерзкий и гнусавый голос Варис лишь только потерял уверенность, глядя на его напарника-вышибалу, что был с парнем одного роста и имел на глазах темные очки. Он кивнул в неспособности выдавить и звука. —Мы соболезнуем вашей утрате, но так как ваши приемные родители не переписали наследие на вас, мы вынуждены... выселить, юноша, –Тошнотворный толстяк широко открыв глаза уставился на него —Вот документ. Все законо, –Пухлая лапка протянула желтого оттенка бумажку, которая была выхвачена сразу же И в правду. Все нужные печати, все заполненно. Действительно выселение... —Какого хера?! –Варис зарычал с такой агрессией, что ему самому стало не по себе и чуждо это поведение —Что за бред, где вы предлагаете мне жить? –Темп стал размеренее и спокойнее Он преградой встал посередине проема, скрестив руки на груди. Возмущению не было предела. И отдавать родной дом вот так уж совсем не хотелось. —Сэр, не мешайте. Заберите вещи и уходите. Таков закон Вариса грубо откинул второй полицейский, создавая условия для входа товарищу. Он споткнулся, падая на холодный пол. В горле появился противный как этот офицер ком, что не давал сказать ни слова, а только лишь глотать воздух, терпя боль на левой ноге. Но и дыхание наполовину блокировалось. Ужасные ощущения, ничего не сказать. Юноша предпринял попытку встать, когда заметил что сумку с вещами закинули на него и пресекать что-либо было поздно. Так его и выдворили. С тяжелой сумкой на плечах, в которой не факт что было все нужное и горечью в душе, и с тяжким грузом агрессии и потери, который уже давно калечит Вариса. Парочка служителей короля довольная работой удалилась из Грязьмута. Они опечатали и заколотили окна с дверьми, очистили домик от любых намеков на присутствие старого хозяина и оставили табличку "продается" с адресом риелтора в Городе Слез. Конечно разгоряченный парень, который не понятно как опять обрел эмоции, хоть далеко не положительные стучал, пытался выдрать доски с двери и в ярости скалился, разбивая кулаки до крови. Оно и понятно, Варис на этот раз потерял все. Все что напоминало и связывало его с той жизнью, прекрасной. Которую он начал ценить, пусть только и сейчас. Он ощутил во рту странный вкус соли и горечи одновременно. В горле начало неистово ныть и болеть. Кажется это чувство перетекало в глаза, выливаясь такими же горько-солеными каплями с уголков очей. Он никогда не плакал и это чуждо ему, он думал что это слабость, зная об этом только из книжек про принцесс и подобную чепуху, которую ненавидел. И за это жучок ощутил неописуемый стыд. Пытаясь скрыться от чужого взора, он только делал хуже, осознавая что все жители городка наблюдали за этой ситуацией и наблюдают до сих пор. Упав на колени, он забился в угол и в смеси эмоций стыда, гнева и горя утирал мордочку руками, что не сильно то помогало. Парень почувствовал до ужасного холодную руку на плече, от чего задергался будто ползун на сковородке. Не позволяя Варису дать сдачи и прогнать наглеца, этот жук схватил его за плечи и окатил уже более теплым дыханием, присаживаясь на корточки рядом. Обернувшись, юноша увидел старого мужчину в маске, изображевшей вечное недовольствие, хотя характер Старейшины был полной противоположностью. Разглядеть из-за слез его было трудно, но он смог. —Варис, успокойся, мой друг. Видишь как много здесь жуков? Они все будут рады принять тебя, да? –Обладатель хриплого и значительно посаженного за года голоса тоже обернулся И старик наблюдал за немой толпой, что уже постеппнно расходилась по дома. Совсем никакой инициативы жители городка не предоставили. Старейшина крепко сжал кулак, устало выдохнув. В глазах читалась печаль и разочарование в его жителях. —Ну..., –Он замялся, кажется придумывая что-то, —Видишь тот шатер? Ты в его сторону наверное и не смотрел, все утыкался мордой наверх или в пол, бедный. Он здесь достаточно давно, кстати, а его владелец к сожалению погиб. Но там живут добрые жуки, они помогут, –Было видно как старик улыбнулся под маской и слышно как усмехнулся в попытке подбодрить парня. Варис вернул голову в обратное положение, слезы не утихли, он не успокоился, а Старейшина лишь раздражал и вызывал гнев как полицейские. Еле сдерживаясь от желания ударить, Варис только сказал: —Спасибо. Посмотрим. Уйдите, прошу Все-таки проявлять агрессию было совсем не в его стиле добряка. Узнав что все разошлись и теперь он не приковывает на себя взгляды, жук облакатился спиной на стену заколоченного домика. Все же успокоиться удалось, остались только дорожки от прозрачных слез, которые он замнчательно чувствует на щеках. Вот только сколько времени это заняло? Час? Два? В любом случае светомухи на высоких столбах потухли и Грязьмут со всем королевством с головой окунулся в устрашающий мрак. Свет излучали только ярко-алые факелы на этом самом шатре и возможно Варис. Хотя не совсем. Дело в том, что родители рассказывали о тои, когда трогают его, тот излучает свет, похожий на Короля. Все это, к счастью или сожалению в семье забылось, но на тот момент еще мальчик это запомнил и иныормация вьелась ему в память и находится там до сих пор. И вещей, вызывающих вопросы без ответов в его жизни предостаточно, хоть сколько энциклопедий не прочтешь, а они будут. Несмотря на все, глубокие мысли позволили на время забыть о плохом и расслабиться. Да так, что тяжелые веки сладко закрывались, пока вовсе не позволили Варису уйти в долгожданный сон.