Completo lavoro

Когда он открыл глаза вокруг было необычайно темно. Словно мир в одночасье погас. Хотя нет, не весь мир. Когда он повернул голову, ему удалось увидеть, что далеко за горизонтом находится тонкая полоса света. Он протянул руку, желая дотянутся до неё, но бессмысленно. «Я умер?»-Естественно он же упал с пятого этажа. Осознание этого должно было встревожить или напугать, но бабочки в груди молчали. Вернее они кажется наконец улетели, насовсем. По крайней мере Влад не чувствовал их острой режущей боли, как и любые физические ощущения. - «Я не чувствую своего тела, потому что у меня его нет» - мысль прозвучала в пустоту, как факт. Он пытался осмотреть себя но увидел лишь нечто расплывчатое, почти прозрачное и аморфное. Внезапно в темноте подул резкий порывистый поток, но он был таким же густым и плотным как и остальная тьма вокруг. Ему стало душно. «Я лишился тела, но всё равно задыхаюсь» - вновь вслух подумал он. Влад переместился ближе к свету, но внезапно остановился увидев перед собой пропасть. Внизу было ещё темнее чем, в месте в котором он находился — всепоглощающая пустота. А в дали по прежнему мелькала светлая линия. И откуда-то Влад знал, что только там — в ярком пространстве, он перестанет ощущать давление, духоту и…. одиночество. Да, он внезапно открыл для себя что, помнит что это такое. Он замер на краю обрыва, слегка пошевелив прозрачными крыльями. - «Крылья…. У меня есть крылья, это значит, что я могу туда взлететь» - он устремился взгляд к свету, пока не делая никаких движений. «Но всё же, отчего мне так одиноко?» - чувство было щемящим сильным и горьким. Он никогда не ощущал его так явственно как сейчас, обычно оно приходило к нему в виде не проходящего холода, и дрожи но не так. «Я думал, я избавился от тебя, но ошибся». Ошибся, ошибся. Если подумать, то вся его жизнь была похожа на ошибку. Ошибся с тем, что может научиться играть, ошибся с другом, и ещё….ещё в чём-то ошибся. Ужасно ошибся. В темноте послышался раскат, и что-то тихо заиграло вдалеке. «Музыка...» - внезапное осознание сшибло бы его с ног если могло. - «Отец» - одно слово, но сколько странных смешанных чувств оно вызвало. «Что станет с ним когда он узнает?» - мысль прозвучала почти отчаянно. Но было поздно об этом думать. Верно именно так он пытался себя успокоить — поздно, слишком поздно, для чего бы то ни было. Но Влад слишком быстро понял что не может обмануть себя здесь — удушающее одиночество, горькая тоска и вина все его чувства были открыты и он не мог от них скрыться. Хотя может быть в том далёком кусочке света это было возможно. Владу нестерпимо захотелось туда, в то место где он не будет испытывать своих чувств и душевных терзаний. Он расправил свои крылья и замахалими в попытках взлететь…. ………. В палату где под холодным светом ламп лежал один маленький хрупкий мальчик, стремительно вошёл человек. Его походка была быстрой и отчаянной. В лице его отражались следы отчаянной боли, словно он был тяжело ранен. Едва появившись он взволнованно произнёс, не потрудившись отдышаться — Мне сказали, что мой сын здесь. Что он….он упал. - срывающимся голосом пояснил он - Как вы сюда вошли? - сухо произнёс женский голос — это отделение не место для… - Простите, я…. — Михаил Солянков, мой сын…. - Владислав? - Да. - Он в тяжёлом состоянии. Несколько открытых переломов, порванные сосуды, связки, мы провели операцию сразу же как поступило согласие, но он пока не очнулся, а привезли его к нам два дня назад. Мужчина замер на месте, пронзённый беспощадной правдой. - Когда он должен проснуться? - упавшим словно несвоим голосом спросил он. - В течение следующих двух дней — врач встала с места и засобиралась, намереваясь уйти. Михаил борясь с оцепенением подался вперёд. Вытянул руку, желая дотронуться, коснуться, почувствовать. - Только будьте очень осторожны — заметила медсестра - там капельница. Михаил кивнул. Скрипнула и закрылась дверь. Мужчина осторожно нашёл и сжал ладонь Влада. Такая тонкая, но как никогда холодная, она казалось была ещё меньше чем обычно. Солянков почувствовал размеренный чересчур тихий пульс. Сердце взрослого больно сдавило. Он до последнего не хотел в это верить. В то что на холодной койке лежал Влад. Его ребёнок, его сын, его свет. «Как это случилось? Как я это допустил?» Губы Михаила задрожали, застывая в немом вопросе - «Как? Почему? В какой момент ты сломался, Владик?» Взрослый держал его ладонь в своей крепкой, слегка подрагивающей руке. Он боялся, безумно боялся потерять его. Он не помнил этот страшный словно в кошмаре прозвеневший звонок, напряжённый тон учителя, не помнил как в спешке покидал город, как медленно отсчитывал в своей голове минуты до прибытия, он помнил только страх словно льдом сковавший его, и быстрое тяжёлое сердцебиение заглушающее всё вокруг. По его щеке одна за другой скатывались слёзы, он не замечал, не видел, от них не становилось легче. Наклонившись над ребёнком, он едва слышно прошептал слабым охрипшим голосом - «Ты нужен мне, вернись, пожалуйста» ………….. Владик замахал крыльями, но резко остановился у самого края обрыва, будто в нерешительности. Его разрывало противоречивое чувство. Он стремился улететь за горизонт — к светлой полосе, но что-то словно удерживало его. - Ну и чего ты ждёшь? - послышался знакомый голос совсем рядом с ним. Влад повернул голову и увидел нечёткий тёмный силуэт, напоминающий его самого. Он словно склонил голову набок и вновь произнёс голосом Владика — Ты что, хочешь задержаться здесь? - «Нет» - Но ты сомневаешься… - задумчиво проговорила тёмная фигура. - Уж не хочешь ли ты вернуться? - «Ерунда какая. Я же умер» собеседник только насмешливо хмыкнул — Нет. Ещё нет, если быть точнее. - «А я могу вернуться?» - как то растерянно спросил Владик - Можешь. - с отвращением пояснил собеседник — Но хочешь ли? - «Не знаю» Вернуться. Это слово отдавалось в нём протестом, но отчего тогда ему так тоскливо и больно отпускать его? - Ты собирался взлететь, так почему остановился? «Если бы я мог вернуться к жизни….вероятно, я сделал бы это» - К жизни?- глумливо спросил силуэт — Ты полностью переломал себя, когда упал с пятого этажа! Как ты можешь знать что, то, к чему ты вернёшься, будет жизнью, а не жалким существованием? Владик похолодел. Он вдруг понял, что каждое едкое слово, произнесённое фигурой имело место быть. Но если не ради самой жизни, то всё равно был кое-кто, ради кого стоило вернуться. - И не смотря на это, ты всё ещё не можешь решить... Скажи, каковы твои причины жить? Чтобы вновь стать изгоем? Вновь терпеть насмешки одноклассников? Мешаться под ногами у отца? - «Отец» - одно слово в мгновение встревожило всё его пространство. - «Я совершил ошибку.» Влад судорожно отступил от края, сражённый внезапным осознанием.- «Я не могу бросить его одного - это ранит его.» - Но ты почему-то не думал об этом, когда освобождал своих «бабочек» - ехидно прошелестел силуэт. - «Я. Совершил. Ошибку!» - отчаянно прокричал Влад, и вдруг понял, что это была горькая правда. Собеседник внезапно кинулся к Владику и прошипел — Ты можешь дорого заплатить за свою ошибку, если вновь сделаешь неверный выбор! Ты сам признавал, что доставляешь ему проблемы, одним своим существованием! Так разве вернувшись, ты не превратишься для него в одну большую проблему? Мальчик задрожал невольно вслушиваясь в эти ужасные, болезненные слова. Что страшнее он осознал, что соглашался с ними, с каждым из них. - Слепой человек, и неподвижный, не на что не способный ребёнок! Два инвалида в одной семье — не слишком ли много? - Замолчи! - вдруг вскинулся Влад — Не говори так о моём отце! Силуэт ухмыльнулся и медленно отступил - Можешь сидеть здесь сколь угодно, желая вернутся к своей жалкой ничтожной жизни! В конце концов, будь это иначе, ты не попал бы сюда! Ты уже оступился, уже начал падать, так упади….- кинул он, растворяясь во тьме. Влад оглянулся. Он оказался один в кромешной тьме. Он вновь один. И если он вернётся, то снова будет один. Силуэт был прав. Он несомненно вернулся бы ради одного человека, жестоко оставленного им, но….хотел бы этого отец? «Хочешь ли ты этого на самом деле? Да разве хотел бы кто-либо возвращения поломанного ничтожного ребёнка? Нет. Не хотел..» И Влад отошёл, разбежался и отчаянно замахал крыльями, смотря на светлый горизонт. Откуда-то сверху, будто над толщей воды вдруг послышались обрывки фраз, произнесённые таким родным голосом - «Пожалуйста….Вернись….Нужен мне..» Влад вздрогнул, но его крылья лишь сильнее затрепетали. «Прости, прости отец, но тебе от этого не станет легче» - обратился Влад куда-то в пустоту, подавляя не нужные упрямые мысли - «Я хотел бы, хотел бы вернутся но..» Вопреки им, он вдруг расправил крылья, приготовившись оторваться от тёмной поверхности. Но его резко что-то обхватило, крепко придерживая на месте. Что-то близкое и очень тёплое. - Влад Он резко замер, не веря тому, что услышал совсем рядом и чуть обернувшись взглянул на своего отца. - «Папа? Откуда ты здесь?» Если бы Влад мог, он бы наверняка расплакался. - Я услышал тебя. Вернись, вернись, прошу. - тихо прошептал отец. - «Но я, собирался улетать» - проговорил он, обращая взгляд вдаль - «Там свет, я думаю что и она там » Влад вдруг подумал о том, как замечательно было бы вновь увидеть её, услышать почувствовать. В ответ на эти мысли отец лишь ближе притянул его к себе. - Глупый ребёнок, тебе не удастся взлететь. - с сожалением проронил он. - Не сейчас, не таким способом. Твои крылья ещё слабы, они не выдержат и сломаются, стоит тебе подняться в воздух. - «Почему?» - Потому что ещё не время. Влад казалось заколебался, притихнув в его руках. - «Но я превращу твою жизнь в существование» — едва слышно прошептал он. - Не правда. Ты свет моей жизни, и её смысл. - с нежностью произнёс собеседник — Я люблю тебя, так же сильно как любила она. И столь же сильно хочу жизни для тебя. - Но я….я же такой сломанный. - Я люблю. Люблю тебя целого, сломанного, раненного — любого люблю. Поверь мне. - «Я верю тебе» - Произнёс Владик и что-то светлое и тёплое вдруг разлилось вокруг, разгоняя духоту тьмы. Из расступившейся пустоты вдруг ясно выступило то, о чём он так опрометчиво забыл — Его любят и ждут. - «Я вернусь» - сказал он повернувшись к своему отцу. В ответ на это взрослый мягко улыбнулся и протянул ему руку. Горизонт исчез, так же как и тьма, всё вокруг затопило бескрайним светом. .................. Влад медленно открыл глаза, увидев перед собой только бесчисленное множество светлых пятен больничной лампы. - Папа… - хриплым, словно не своим голосом произнёс он и тут же скривился. Всё тело страшно болело, так что тяжело было даже вздохнуть. Его ладонь осторожно сжали тёплые пальцы — Я здесь. Владик слегка напрягся услышав в голосе старшего слёзы и проронил — Не плачь - Почему? Ты наконец со мной, и я очень рад. - ласково сказал взрослый, погладив его по руке. Ладони и руки на удивление болели меньше всего. Он сглотнул, подавив вновь проснувшуюся тревогу и осторожно спросил — Мои руки в порядке? - Да. Не говори много, тебе лучше отдохнуть. - Ладно. - Влад был немного удивлён таким однозначным ответом, но виду не подал. Он замолчал и закрыл глаза, ненадолго погрузившись в сон. Он восстанавливался очень медленно, но стабильно, с постоянным прогрессом. Больше всего падение повредило ноги и рёбра, так что прошёл довольно длительный период времени прежде чем он смог передвигаться не опираясь на костыли. Сейчас он даже гулял очень тихим шагом, время от времени цепляясь за руку своего отца. Тот часто навещал его и силой вытаскивал на улицу. Они в тишине бродили по узким мощёным дорожкам. Окружённые шелестом пожелтевших деревьев. Сначала Влад шагал напряжённо, с опаской поглядывая на взрослого, не заговорит ли внезапно о произошедшем? Не станет ли расспрашивать? Но потом отец как-то это заметил и слегка сжал его подрагивающую ладонь — Влад, прошу успокойся, я не собираюсь поднимать эту тему сейчас. И он действительно вздохнул спокойно, хоть и понимал, что отец просто решил отложить разговор, предоставляя тем самым ему возможность восстановиться без лишнего напряжения. Была середина зимы когда пройдя последние осмотры и получив результаты всех анализов он наконец услышал, что его выписывают. Спеша он, дважды споткнулся в коридоре и чуть не упал, заходя в палату. Найдя на тумбочке свой телефон, он позвонил отцу, сообщив приятную новость и стал собирать вещи, дожидаясь его приезда. Спустился он ещё до того как папа успел отправить ему голосовое. И заметив старую машину ускорил свой прихрамывающий шаг. Отец вышел ему на встречу и едва успел поймать его, чуть не навернувшегося о бордюр. - Осторожно, не забывай что ты ещё восстанавливаешься. Он посадил его на заднее сидение и сел рядом. Дядя Гоша только кивнул Владу и, включив какую-то негромкую музыку повёл машину. До самого дома они не проронили ни слова, лишь когда дорога невольно шла мимо школы отец осторожно взял ладонь Влада и тихо погладил её большим пальцем, как делал временами, навещая его в больнице. Влад глубоко вздохнул и отвернулся от окна, неловко положив голову взрослому на плечо. Отец осторожно позвал его, когда они приехали. - Влад - Мм? - Просыпайся, мы выходим. Он осторожно помог ему выйти и расплатившись с Григорием повёл его под руку к подъезду. - Я уже могу сам ходить — заметил Владик Отец виновато улыбнулся — Ну только сегодня, хорошо? Владик слабо кивнул, невольно замечая, что ему так идти очень даже нравится. Пальто отца было очень тёплым. Когда они зашли в квартиру Влада обдало знакомым чувством уюта. «Наконец-то я дома» - он вздохнул с облегчением и сняв верхнюю одежду неторопливо зашагал по старому полу комнат. Отец, кажется, ушёл к себе чтобы переодется. Но Владик всё равно ощущал его близкое присутствие, в полной мере наслаждаясь тем, что он наконец-то в тепле, рядом с родным человеком. Он зашёл в ванную комнату чтобы помыть руки, и слегка отшатнулся от зеркала. Открытого зеркала. В голове мальчика пронеслись беспокойные мысли - «Он заметил, что я закрывал его. А не вызовет ли это вопросов? Определённо вызовет» Но Влад лишь мотнул головой, не желая терять столь уютный и тёплый покой. Вытерев руки, он прошёл в коридор, желая попасть в свою комнату. Но замер с удивлением. Дверь в зал была полностью распахнута, открывая вид на старый потёртый рояль. «Отец никогда не открывал дверь в зал» - невольно подумал он и несмело прошёл в комнату. У стены тихо стоял рояль, он молчал, покорно дожидаясь пианиста. Влад робко подошёл к нему и повинуясь мимолётной прихоти сел у инструмента. Его пальцы сами собой легли на белые клавиши, слегка дрожа. Он поднял запястье и осторожно, словно боясь спугнуть, взял ноту, затем вторую и так все восемь. Мысленно пропевая «до, ре, ми, фа, соль, ля, си, до» Взяв последнюю «до» он вдруг остановился, вслушиваясь в постепенно утихающий звук. - Ты сыграл октаву Влад вдруг вздрогнул отдёргивая руки от инструмента. У двери стоял отец, он казалось внимательно за ним наблюдал. Скорее слушал. Владик слегка поёжился, впав в ступор. Что ему делать? Уходить? Молчать? Отвечать? Так называются все восемь нот, от «до» до «до» - спокойно пояснил отец, слегка склонив голову на бок и подошёл к роялю. Владик решил, что ему пора встать и свалить отсюда, но взрослый остановил его жестом руки. - Подвинься только немного, нам хватит места. Мальчик непонимающе посмотрел на него и выполнил его просьбу. Отец отложил книгу на полку и сел рядом с ним. Влад невольно заметался взглядом по залу и вдруг вспомнил - Завтра….завтра же понедельник? «Да Влад, очень в тему» - ехидно заметил он про себя. - Да, но в ту школу ты не пойдёшь Влад с недоумением посмотрел на отца - Как это? - Ты там больше не учишься. - Спокойно ответил папа — пока ты на домашнем обучении, а потом мы вместе выберем в какую школу тебя можно перевести. Или….- он резко замолчал и осторожно поинтересовался — У тебя там есть друзья и ты не хочешь уходить? - Нет-нет-нет. - Владик быстро помотал головой — Это хорошая идея, я бы хотел перейти в другую школу. Отец кивнул и помолчав немного сказал — Раз уж мы заговорили об этом, не хочешь обсудить то что произошло? «Вот оно» - Мальчик сцепил руки в замок стараясь унять дрожь. Но этот разговор всё равно необходим. Он это понимал также, как и отец. - Хорошо. - едва слышно произнёс он - Но перед этим пожалуйста, послушай. - Взрослый придвинулся ближе обратив внимание ребёнка на себя — Я здесь для того чтобы выслушать, поддержать и помочь. Что бы ты ни сказал, я не стану осуждать тебя. Хотя я совершенно точно не одобряю тот твой поступок. Он погладил его по голове и добавил — И да, Влад, пожалуйста, давай будем разговаривать честно. - Я….я понимаю. Врать здесь бессмысленно. - проговорил он. - Тогда я начну. Ты можешь сказать мне что было в банке? Владик зажмурился. «Вот так сразу» - Когда ты только приходил в себя, всё говорил о ней и о зелёной бабочке. - Это была она. Точнее мне очень хотелось чтобы это была она. - Его голос задрожал. Он признал свою прекрасную бабочку подделкой, но лишь когда увидел её в пламени, вспомнив её настоящую. И он рассказал отцу об этом. О том как в отчаянии создал её, как разговаривал с ней, он боялся что старший посмотрит на него как на сумасшедшего, но тот лишь сосредоточенно слушал его не пропуская ни слова. - Знаешь, мне….мне…- он искал слова и не находил. - Тебе было больно. - серые глаза с грустью смотрели на него. Отец осторожно коснулся его лица, проводя по щеке рукой. - Ты создал её в попытках забыть о боли. Но твоя ошибка в том, что ты сделал не произведение в память о ней, а попытался заменить её своим произведением. Люди не властны над душами, Влад, они все принадлежат одному только творцу. Но я понимаю тебя. Владик заплакал, не удержавшись. Отец мягко обнял его и прошептал — Тебе было больно. И больно до сих пор. Тебе стоит прожить эту боль. Тогда, поверь, станет легче. Некоторое время взрослый держал его позволяя ребёнку выплакаться и успокоиться. Влад неровно дышал, сердце вновь быстро билось в груди, внутри что-то сжалось, запорхало. Мальчик закрыл глаза и проронил. - Бабочки…. - Бабочки? Мальчик отстранился и прижал руку к груди. - Ты ведь не посчитаешь меня сумасшедшим? Отец поморщился — Нет, конечно не посчитаю. Влад замялся, но вздохнув всё же произнёс - Когда...я вижу свой класс, этих людей, и…. ещё некоторых моё сердце ускоряется, и я чувствую себя так, как будто у меня в груди бабочки царапаются острыми крыльями и стремятся вырваться на волю. - Ты прыгнул из-за них? - догадался отец, и перехватив руку Влада аккуратно сжал его запястье. - Я думал, я так смогу отпустить их и больше не чувствовать этого всего. - В последнее время это становилось всё чаще? - Да Михаил покачал головой - Владик, я говорил с тобой про пульс помнишь? - Ты сказал что не будешь осуждать, помнишь? - насупился ребёнок Отец вздохнул — Не буду, но всё же тебе следовало сказать мне раньше, тогда я и помочь смог бы раньше. - Помочь? - недоверчиво спросил Влад - Твои бабочки в груди….я кажется знаю что это такое. - И что же? - Тревога Влад обхватил локти. - Просто…. тревога? - Не совсем, вероятно, ты очень тревожный человек. Или стал таким. Влад недоумевающе смотрел на своего отца. То есть он тут страдает, столько, а теперь ему говорят что это тревога? Или он настолько тревожный человек, что чувствует её почти физически? - Владик, волноваться и беспокоиться о чём-то — это нормально. А если тревожность действительно высокая и постоянно высокий пульс, то нужно просто сходить к врачу. Мы можем вместе записаться к кардиологу, неврологу и психологу. Думаю нам обоим пойдёт на пользу - А что сделает врач? - Даст рекомендации, пропишет таблетки. Впрочем не думаю, что он может сделать нечто иное. В своё время, я просто пропил назначенное лекарство и стал меньше ощущать тревогу. Глаза Владика округлились — У тебя тоже была повышенная тревожность? - Да, когда я был года на три старше тебя. - ответил он. - Видишь ли, ты кажется многое взял от меня. Отец о чём-то задумался, а потом, вдруг заметил — У тебя есть ещё кое-что о чём ты не рассказал. - Да? - Школа. Твои одноклассники, разве они не относились к тебе отвратительно? В особенности один Юра? Владик вздрогнул. - Как ты узнал? - Скажем так, я пытался разобраться в ситуации и ходил поговорить с директором и завучем. В частности тогда мне и сказали кто был около тебя в тот день. Кроме того Влад, я разговаривал с учителями и многие из них в итоге признались, что неоднократно видели как они с тобой общались. Мальчик поник, старательно отгоняя неприятные воспоминания. - И да Влад. Про синяки. Когда ты собирался рассказать мне? Владик покраснел, ему вдруг стало очень стыдно. - Не хотел тебя беспокоить. Да и….ты часто говоришь чтобы я тебе не мешал. Отец скрестил руки на груди, покачав головой. - Ты не понимаешь, я должен беспокоиться о тебе. Это моя обязанность. Что до того чтобы ты мне не мешал….- Он на секунду задумался и сказал — Мне кажется, ты стал со мной слишком осторожен. После того что случилось. Да и тот факт, что я ослеп сыграл свою роль. Я слеп, но не это не значит что я не вижу. Я учусь видеть мир сквозь слух и осязание. И надо сказать иногда вижу даже лучше чем раньше. Понимаешь, я очень ценю твоё желание помочь, но для того чтобы научиться полноценно жить, мне необходимо сталкиваться с препятствиями, так как они основа моего развития, знаешь как «противоречие — основа развития» в диалектике….так ну это уже из философии. Ты вот тоже восстанавливаешься и уже можешь понемногу ходить сам. Я бы мог тебе помогать, я был бы даже рад, но чтобы ты вновь научился также твёрдо стоять на ногах как раньше, тебе потребуется немало собственных усилий. Я надеюсь ты понял, то что я тебе пытался донести? - Угу — мальчик только хмыкнул. Вот оно как. Так значит отец под словами «не мешай» имел в виду совершенно другое. - Знаешь, ты вообще всегда довольно понятно всё объясняешь. - заметил вдруг Владик — И из твоих слов выходит, что ты в порядке. Но….ты уверен что ты в порядке? Отец помолчал, а потом сказал — Да, ты знаешь, я определённо поговорю ещё с психологом на этот счёт, но мне стало легче. - И ты не играешь чтобы заглушить боль? - осторожно спросил он. - Нет. Уже нет. Я на самом деле всё это время писал сонату, которая могла бы напомнить о ней. Прости, пожалуйста прости, что я был так отстранён, Владик. Но я уже закончил своё произведение. Отец вновь обнял Влада очень осторожно, стараясь не сильно давить на кости. - Уже поздно. Я думаю, тебе лучше вернуться в комнату и поспать. - Хорошо — Владик подошёл к двери, и остановившись сказал — Спасибо, за то что поговорил со мной. Мальчик улыбался и должно быть отец услышал это, потому что он мягко улыбнулся в ответ — пожалуйста. - И ещё кое-что…. Влад чуть сдвинул брови, прислушиваясь. Отец заговорил чуть грустным и серьёзным голосом — Никогда, слышишь, никогда больше так не делай. Бабочек в твоём сердце может быть очень много, и со временем ты ещё не раз испытаешь, почувствуешь их в себе. Но для каждой из них в твоей жизни найдётся своё место, место куда ты их отпустишь, не раня себя. Жизнь - она прекрасный, уникальный дар, единственный такой, как и ты сам. - Я понял.- Владик кивнул и осторожно вышел из комнаты. На сердце у него стало так спокойно тепло и хорошо, почти как было когда-то очень давно.