Глава 41

      Тони не любит сотрясение мозга, но ещё больше ему не нравится, как расстраивается Джарвис из-за его травм. — Да ладно, Джарв, отдохни немного. Со мной ничего не случится за пару часов, пока ты поспишь.       Приподнятая бровь Джарвиса ясно дала понять, что Тони не слишком убедителен. С этим трудно поспорить.       Прошло уже сорок восемь часов с тех пор, как они с Клинтом нарядили ёлку. Когда Клинт поставил Тони на ноги, у того закружилась голова, и он чуть не рухнул под дерево, как неудачно упакованный рождественский подарок. Если бы не Клинт, он так бы и лежал. — Как насчёт неограниченного доступа к Инсену? Он будет сообщать тебе обо всём, что я делаю, пока сотрясение не пройдёт. Тогда тебе не придётся так волноваться!       Джарвис на мгновение задумался, а Тони изо всех сил старался не надувать губы. — Неограниченного? — переспросил Джарвис. — Только пока у меня сотрясение, — уточнил Тони. — Не после.       Он хотел, чтобы это было ясно и для Джарвиса, и для Инсена. У него нет намерения находиться под круглосуточным наблюдением всю жизнь. Он не младенец, чтобы Джарвису нужна была радионяня. — Пожалуйста, Джарвис. Мне неловко, что ты из-за меня не спишь.       Тони знал, что победил, ещё до того, как Джарвис осознал своё поражение. Тот никогда не мог вынести, если Тони чувствовал себя виноватым.       С каждым часом, проведённым в постели, Тони казалось, что прошли годы. Но сколько бы он ни «отдыхал», Джарвис не мог позволить себе даже этого. По крайней мере, Тони хоть спал. А Джарвис сидел рядом, следя, чтобы он не перестал дышать и не заработал повреждение мозга. Всё это время — без сна. Из-за Тони.       С тяжёлым вздохом Джарвис повернулся к камере в комнате. — Инсен? — Да, сэр? — Ты будешь держать меня в курсе состояния Энтони? — Да, сэр.       Джарвис снова вздохнул, на этот раз с облегчением. — Хорошо. Сначала я принесу тебе сэндвич, воду и фрукты. Ты не покидаешь кровать, пока Инсен не скажет, что сотрясение полностью прошло. Понятно? — Ага. — И никаких умственных нагрузок. — Конечно. — Никакой работы. — Без проблем. — И… — Джарвис, да ладно. Иди. Иди. Со мной всё будет в порядке, обещаю. Отдохни. — Я попрошу доктора Бэннера периодически проверять его, чтобы развеять ваши тревоги, — предложил Инсен.       Джарвис, кажется, остался доволен, и быстро направился на кухню, чтобы приготовить еду для Тони. Пока его не было, Тони поинтересовался состоянием Дубины, и ему показали прямую трансляцию: Дубина весело чирикал и носился по мастерской Брюса, «помогая» ему ненужными вещами.       Тони согревало душу видеть, как Брюс взаимодействует с Дубиной, хотя он ни за что не признался бы в этом. Брюс даже не отгонял робота, когда тот слишком увлекался огнетушителем. Просто убирал беспорядок и похлопывал Дубину по «голове». — Вот.       Джарвис поставил еду и воду, поцеловал Тони в лоб и ушёл. — Окей, Инсен, включай Netflix. У меня куча времени. Какие есть хорошие документалки?

***

      После ещё одного дня «отдыха» Тони наконец свободен. Первым делом он хочет отправиться в лабораторию и изучить данные, которые Инсен скачал с базы ГИДРЫ. Ему нужно две вещи: выяснить, кто позволил ГИДРЕ похитить его, и разобраться с Барнсом.       Однако его планы рушатся, когда он обнаруживает Тора на кухне. — Тор, ты вернулся!       Тор поднимает взгляд и улыбается. — А, юный Энтони, рад видеть тебя в добром здравии.       Тони понимает, что это идеальный момент, чтобы задать вопросы о норвежской мифологии, которую он читал в детстве. Он торопливо садится напротив принца Асгарда, готовый засыпать его вопросами, но останавливается, заметив, что улыбка Тора ненастоящая. — Что случилось? — Случилось? Ничего. — Вы плохо врёте, сэр, — вежливо замечает Тони.       Тор усмехается, но в глазах нет веселья. — Ты слишком юн, чтобы обременять себя моими заботами. — Не советую недооценивать меня, сэр. Может, у меня на них аллергия, но я хорошо разбираюсь в эмоциях.       Тор пьёт кофе из большой кружки, которая Тони незнакома, и аромат почти опьяняет. Он никогда толком не пил кофе — Джарвис и родители запрещали. Но раз кофейник уже на плите, и кажется, что сейчас будет серьёзный разговор, он решает налить себе чашку.       Когда он устраивается с горячей кружкой в руках, он изучает Тора через край. Затем делает глоток, стараясь не скривиться. Кофе гораздо горче, чем он ожидал. — Мой брат Локи, кажется, потерян для меня. Мы были так близки в детстве, а теперь нас разделяет пропасть. — Что изменилось? — Мы узнали правду о его происхождении. Он рос как асгардец, но мой отец скрывал от нас тайну, которая раскрылась незадолго до атаки на ваш город. Оказалось, он из Йотунхейма, земли ледяных великанов, и отец забрал его младенцем. — Он не выглядит как великан, — замечает Тони вслух. — Нет. На то есть причины, но часть из них в том, что он не чистокровный йотун. Он также частично асгардец. Его мать, хоть я и не знаю её в лицо, родила его в стране великанов. Локи может менять облик благодаря своему происхождению и магии. — Его мать была обычного роста? — По нашим меркам, да. — Тогда как она родила ребёнка от великана? — Тони морщится.       Лицо Тора заливается краской, и он беспомощно оглядывается, словно ищет спасения. — Сегодня довольно тёплая погода.       Тони находит смену темы странной, но, возможно, Тору просто неприятна эта история. Он решает вернуться к первоначальному плану. — Это правда, что ты однажды притворился женщиной?       Этот вопрос мгновенно разряжает обстановку, и краска сходит с лица Тора. Похоже, его это нисколько не смущает. — Истинная правда. Мы с Локи придумали гениальный план, когда великаны украли Мьёльнир. В обмен они требовали руку моей матери. Я притворился ею, забрал молот — и вот вся история.       Это почти точно совпадает с книжной версией, только гораздо короче. — Можно я попробую поднять твой молот?       Тор заметно оживляется и ставит Мьёльнир на пол перед Тони. — Только достойный может поднять молот, Энтони. Не страшись, если не выйдет. Немногие могут сравниться со мной. Из всех жителей Асгарда и Мидгарда только я оказался достоин.       Уверенный в себе, Тони обхватывает рукоять и улыбается.