Глава 62

      Таддеус Росс — нехороший человек. Тони понял это за считанные секунды. Этот тип вваливается в его дом, встает во главе стола и берется читать лекции о том, что спасать людей нужно строго в рамках, одобренных правительством.       Но самое мерзкое в генерале Россе — не его напыщенное чувство превосходства. Не его жалкая попытка отослать Тони «в комнату», будто тот непослушный ребенок. Даже не то, как он отмахнулся от Джарвиса, словно от назойливого голосового помощника.       Нет.       Хуже всего то, что Тони согласен с его словами.

***

— С момента появления Мстителей число опасных преступников на улицах выросло вдвое. — Вы обвиняете нас в действиях других людей? — Клинт откидывается на стуле, брови сведены. — Это причинно-следственная связь, агент Бартон. Вы создали силу, против которой люди хотят бороться.       По комнате пробегает волна напряжения, словно грязная овация. Тони вздрагивает, остальные каменеют — кроме Стива, который напряжен, как перед боем. — И что, по-вашему, нам не нужно было собираться в команду? Пусть бы Нью-Йорк сгорел? — Он не это говорит, Стив.       Все взгляды обращаются к Тони. Но он научился у лучших: если хочешь, чтобы тебя воспринимали всерьез, веди себя соответственно. — Он говорит, что даже если вы не виноваты, ответственность на вас лежит. Да, работать под контролем правительства звучит плохо, но это необходимо. Вы вторглись в Заковию без разрешения — и посмотрите, что случилось.       Говорить это больно. Он знает, что выбора не было, что хаос был неизбежен. Но целый город превратили в руины, и никто, кроме Мстителей, не имел права голоса.       Может, надзор им действительно нужен. — Мы спасали жизни. Делали то, что должны. — Не в этом суть. Суть в том, что вы устроили международный инцидент, не спросив ни у кого разрешения.       В глазах Стива вспыхивает ярость, и на секунду Тони хочет взять слова назад. Но нет — он не обязан соглашаться со Стивом. — Соглашение — не кандалы, — продолжает Росс, кивая Тони. — Это правила, как в любой другой профессии. Бартон и Романофф следуют директивам Щ.И.Т.а, потому что без законов мир погрузится в хаос. — Даже полиция подчиняется закону, Стив, — медленно говорит Тони. — Ты просто ребенок, Тони. Как ты можешь понять всю сложность? — Стив швыряет документы на стол. — По этому договору Баки придется пройти психологическую экспертизу. А если он ее не пройдет? Его запрут! А Железный человек? Ему придется раскрыть личность. Ты не понимаешь. И это не твоя вина, но помолчи, пока взрослые разбираются.       Брюс выглядит так, будто готов вытащить Тони силой. Наташа смотрит на Стива, как на цель. — В соглашении требуют раскрывать личности? — ледяным тоном спрашивает она. — Нет. В некоторых случаях анонимность допустима.       Тони кивает, не отводя взгляда от Стива. — А что насчет Барнса? — Капитан Роджерс прав: мистер Барнс пройдет экспертизу, но только если захочет вступить в Мстители.       Стул скрипит, когда Тони встает. Стив смотрит на него без тени снисхождения. — Я изучу документ и выскажу свое бесполезное мнение. Советую не принимать решений в спешке. Никто из нас еще даже не прочел его до конца.       Он поворачивается к Россу: — Мы сможем задавать вопросы? Вносить правки? — Моя команда готова к обсуждению. Документ пока не утвержден окончательно.       С этими словами Тони уходит.

***

- Инь, включи музыку и загрузи схемы М.О.Р.Г. - Программное обеспечение М.О.Р.Г. отправлено на станцию 2. — Добавь пометку: «Переименовать». - Сделано.       Тони дрожит от гнева. Он не забыл, что Стив говорил о нем месяцы назад. Он думал, что заслужил уважение, но Стив все еще видит в нем мальчишку. — Инь, запиши меня на собеседование в MIT. Хочу попробовать поступить в этом сентябре.       Девять месяцев — достаточно, чтобы доказать всем, на что он способен. Если Стив считает его беспомощным ребенком, он ошибается.       Тони садится за компьютер. Возможно, М.О.Р.Г. станет его шедевром.       И если кому-то нужна терапия, так это Барнсу.

***

— Тони, Джарвис и Анна беспокоятся.       Наташа. Конечно, прислали ее — единственную, кого он не сможет игнорировать. — Я в порядке, — бурчит он. — Нет. Ты не спал, не ел, и от тебя пахнет, как в казарме. — Я ем!       Нат указывает на тарелки с холодной едой. — Гениальность не требует гигиены. — Тони. Душ. Еда. Сон. — Нет.       Она подходит ближе. — Это из-за Стива?       Тони невольно скрипит зубами. — Так и есть. — Наташа вздыхает. — Но не срывайся на остальных. Я поддерживаю Соглашение.       Тони моргает. — Правда? — Абсолютно. — Но Стив… — Говорит не за всех. Он слишком эмоционален. Когда прочтет… — Он не читал его?! — Одумается. А если нет… — Она ухмыляется. — Я помогу ему.       Тони колеблется, но когда Нат протягивает руку, он берет ее. Его ладонь липкая, грязная — стыдно. — Бартон, ты должен мне десять баксов! — кричит Нат, выходя с Тони из лифта. — Ты вытащила его? Черт!       Тони игнорирует их, уставившись на Стива. Тот уже не злится, но Тони не может забыть его взгляд — будто Тони никчемный. — Тони.       Он резко отстраняется от Нат и скрывается в комнате, прислонившись к двери. Он не готов.

***

      Чистый, сытый и изможденный, Тони наконец выходит. Джарвис обнимает его, и Тони растворяется в этом объятии. Он ненавидит тревожить их.       На ужин — пастуший пирог. Тони едва успевает пару раз поднести вилку ко рту, прежде чем веки тяжелеют. — Ладно, доешь завтра, — мягко говорит Джарвис.       Тони засыпает прямо за столом, но Барнс — Барнс — ловит его, прежде чем лицо врезается в тарелку. — Я уложу его, — говорит Джарвис. — Позвольте мне.       Барнс несет Тони в комнату, укладывает. Тони даже не шевелится, только сворачивается калачиком.

***

      Спустя семнадцать часов Тони, спотыкаясь, идет на кухню, слепой от сна. На ощупь находит стакан, пьет — — Прости.       Тони вздрагивает, стакан падает. — Инь, ты серьезно?! — кричит он, когда свет включается.       Барнс стоит, растерянный. — Ничего, — бормочет Тони, хватая полотенце. — Поэтому мне можно использовать только пластиковые стаканы.       Он вытирает лужу, садится напротив Барнса. — Как осваиваешься?       Странный вопрос, учитывая… всё. Но он хочет попробовать.       Барнс хмурится. — Я знаю тебя. Мы встречались. Не один раз. — Ну да, на Рождество… — Нет. Раньше. — Взгляд Барнса становится отрешенным. — Там была машина.       Тони резко вдыхает.       Через секунду он уже в комнате, зарывается под одеяло.