Глава 83

      В жизни каждого есть моменты, которые определяют его личность. Для Тони выбор между тем, чтобы отправиться к постели лучшего друга или остановить Стива Роджерса, оказался простым. — Он выживет?       Тони вдвое меньше врача, но тот не смотрит на него свысока — только объясняет медленно и с сочувствием: травма позвоночника серьёзная, и Роуди больше никогда не сможет ходить. Если вообще выживет. — Разве нельзя это исправить?» — умоляет Тони. — Такой тип повреждений неизлечим. Простите.       Когда врач уходит, Тони хватает руку Роуди и плачет. Потерять его — это уже слишком. Тони слишком хорошо знаком с горем, но это — новое, свежее, сбивающее с ног. — Мастер Энтони, мистер Джарвис пытается с вами связаться.       Сейчас худшее время для неприятностей, но Тони уже чувствует ледяное предчувствие: Джарвис будет в ярости. Улететь в другую страну без предупреждения — верный способ получить домашний арест.       Но даже если Джарвис разозлится, его голос сейчас нужен Тони как никогда. Его лучший друг скоро проснётся и узнает, что никогда не сможет ходить. И всё из-за Тони. — Энтони? — Джарвис… — шёпотом отвечает Тони. — Всё пошло не так. — Мастер Паркер уже всё рассказал. Он в безопасности и направляется к тёте. Где ты? Я приеду. — Нет, ты болен. К тому же, мне нужно помочь Стиву и Барнсу.       Странно называть их по именам без костюма. Может, пора вернуться к «мистер Роджерс» и «мистер Барнс»? — Ты не обязан их спасать, — твёрдо говорит Джарвис. — Ты уже сделал больше, чем кто-либо. Но рисковать жизнью нельзя. Это работа Щ.И.Т.а. Мы можем позвать Фьюри— — Нет! — Тони резко понижает голос, чтобы не разбудить Роуди. — Если вмешается Фьюри, это станет международным скандалом. В Щ.И.Т.е есть предатели. Я должен поговорить со Стивом лично. — А если он не послушает? — Тогда заставлю. Это должно прекратиться. — Ценой твоей жизни? — голос Джарвиса дрожит. — Тони, это плохая идея. Вернись домой.       Тони чувствует, как слезы застилают глаза. Если честно, он и сам не хочет лететь. Хочет зарыться в объятия Джарвиса, как в детстве, и плакать, пока всё не закончится. Но герои не бегут от страха. И Тони — не исключение. — Прости, но я не могу вернуться. Обещаю, что буду осторожен. Это же Стив. Он меня не тронет.       Тони ждёт, сжимая телефон, как спасательный круг. — Хорошо. Я не одобряю, но понимаю. Будь осторожен. Наташа встретит тебя, как только ты найдёшь их. — Есть, сэр! — Ну и наглец, — бормочет Джарвис, но Тони слышит улыбку.

***

      С разрешения Джарвиса (насколько это вообще возможно) Тони поднимается на крышу, и костюм облекает его.       На палубе тюрьмы его встречает Таддеус Росс. — Снимите маску, — требует он. — Ни за что, — парирует Тони. — Я хочу поговорить с командой. Пока соглашение не подписано, у вас нет права знать, кто я.       Приятно поставить взрослого на место, но Тони держит осанку. Он уже на вражеской территории — лишние эмоции только навредят.       Росс скрипя зубами пропускает его. — Инь, отключи аудиозапись, — шепчет Тони, пока охранник ведёт его.       Комната шестиугольная, за стеклом — знакомые лица.       Двое заставляют сердце Тони сжаться. — Ванда? Пьетро? — Привет, малыш, — ухмыляется Пьетро, но тут же спохватывается. — То есть… Капитан Железный Человек, сэр. — Отличное спасение, — саркастически хмыкает Клинт. — Там что, ребёнок в костюме? — Не твоё дело, Клинтон, — огрызается Ванда. — Железный Человек, не трать время на нас. Мы всё слышали. Тот психолог— — Я знаю, — перебивает Тони.       Видеть друзей в клетках, Ванду с ошейником, Пьетро с наручником на бедре — невыносимо. — Почему вас вообще арестовали? Вы были на нашей стороне! — Мы не подписали их договор, — усмехается Пьетро.       Тони достаточно знает историю, чтобы понять: принудительная регистрация — это бесчеловечно. — Я вернусь за вами, — обещает он, прежде чем подойти к камере Сэма. — У меня нет времени спорить. Я отключу камеры и покажу лицо. Только потому, что мне нужно, чтобы ты мне поверил. Где Стив? — И почему твоё лицо должно что-то изменить? — рычит Сэм.       Камеры гаснут. Тони снимает шлем. — О чёрт, — выдыхает Сэм. — Теперь ты мне веришь?       Сэм выдаёт координаты. Тони запоминает. — Я вытащу вас отсюда. — Верю. Но будь осторожен. Стив сейчас не в себе. Ты не захочешь оказаться на пути его кулака.

***

      Полёт долгий. Тони даже ненадолго засыпает. — Мы прибыли. Обнаружены два человека — капитан Роджерс и сержант Барнс. База не числится ни в одном реестре. — Значит, она вне системы. Координаты Наташе переданы? — Так точно.       Внутри — холодные бетонные стены. В темноте мелькает серебро.       Стив и Баки выходят из тени, настороженные. — Я пришёл как друг, — кричит Тони. — Прости, я тебе не верю, — Стив поднимает щит.       Тони вдруг понимает, что, возможно, переоценил свои силы. — Я знаю, кто-то хочет убить Баки. Психолог был подставной. Я хочу помочь— — Ты хочешь нас контролировать, — перебивает Стив. — Твоя команда в тюрьме. Моя — тоже. Я видел, во что превращается твоя «помощь». И я не готов сотрудничать с тем, кто прячется за маской. — Наша команда, Стив. Мы слишком долго были вместе, чтобы делить на «мы» и «они». Сейчас не время для разногласий.       Напряжение висит в воздухе. — Стив, что-то происходит. Кто-то пытался освободить Зимнего Солдата. Мы должны работать вместе.       Тони оглядывается. — Ты знаешь, где мы?       Стив колеблется, затем сдаётся. — Это старая база Гидры. — Гидры?! — Да. Здесь были другие солдаты. И тот, кто подставил Баки, хотел их выпустить. — Что мы знаем о них? — Они добровольно вступили в программу. Но их жестокость усилили. Они убили своих надзирателей. Их заморозили и бросили.       Ужасающая мысль. Баки и так едва держится, а он хотя бы изначально был хорошим человеком. Если то, что говорит Стив, правда, то эти солдаты — чистое зло. — Ладно… это плохо. Их нельзя размораживать. Но, Стив, нарушать соглашения — не выход. Ты вляпаешься в такие проблемы— — Ты? — Стив перебивает. — Ты просто человек в костюме. Если снимешь его, тебе не придётся плясать под дудку правительства.       Тони теряется. Кто-то пытается использовать хаос с соглашениями? Или это просто совпадение? — Мистер Роджерс, нас хотят стравить. Мы должны быть осторожны.       Стив замирает. Баки тоже.       И тут раздаётся чужой голос: — Уже слишком поздно.