Часть 10

      Никто.       Больше никто никогда не причинит ей боль.       Её волосы рассыпались по подушке, укладываясь тёплыми каштановыми волнами в немыслимые узоры. От размеренного дыхания Гермионы на душе стало тепло. Ресницы едва заметно подрагивали, пока Северус обволакивал её своим внимательным взглядом. В глубине некогда ледяных ониксов забрезжила жизнь, и он не мог отказать себе в удовольствии наблюдать за спящей виновницей своего воскрешения.       Болезненное ощущение невозможности расстаться с ней. Снейп ослабленно откинулся на спинку кресла, что было придвинуто к постели. Он боялся упустить нечто важное. Он хотел быть рядом, когда она откроет глаза. Бледные тонкие пальцы нервно сжимали подлокотники, а отложенная в сторону книга сиротливо ожидала, когда про неё вспомнят.       Три дня и три ночи в Мунго были похожи на сон сумасшедшего. От серьезной кровопотери Северус не приходил в сознание полностью, балансируя между реальностью и бурным потоком своего сознания.       Сначала он был тенью, что изо всех сил цеплялась за мерзлую землю под находящимся в зените солнцем. Затем он был пламенем свечи, дрожащим от резких порывов ветра, но никак не желающим гаснуть. После он ощущал себя раненным зверем, чей шершавый язык лишь сильнее тревожил не заживающую плоть, а после…       После он снова стал Северусом Снейпом, не имея ни малейшего понятия, спит он или нет. Голоса в палате перетекали один в другой, но обрывки фраз намертво врезались в память. …как он? …стабилизировали… Жить будет. …пусть Грейнджер…сколько нужно… …кто пустил сюда журналистов? …Снейп – ценнейший специалист… …он своё отвоевал, пора бы оставить его в покое… …Северус, мы верим в вас… …у него жар, это не опасно?.. …он повторяет её имя в бреду… …Снейп, не смейте умирать… …спасибо… …простите меня… …Северус… …Миона, он будет в порядке…обещали… …он псих…да…в одиночку… …бедные мальчишки… …опасности для жизни нет… …я люблю тебя… …я люблю тебя… …люблю тебя, Северус… …уберите девушку из коридора, она не спала уже трое суток…       В его внезапно открывшихся глазах отражался прорывающийся сквозь занавески слабый свет зимнего утра. Северус свесил ноги с постели и поморщился от резко ударивших в голову болевых ощущений. Дотронувшись до плеча пальцами, он ощутил неприятное покалывание и жжение, но самой раны больше не было. Колдомедики мастерски залатали его, сам Мерлин мог бы гордиться их работой.       - Куда вы, мистер Снейп? Вы ещё не до конца восстановились… мы не можем…       Грозовая туча в чёрной мантии и с суровым выражением лица контрастно выделялась на фоне белоснежных больничных стен. Пара колдомедиков метались по коридору в безуспешных попытках вразумить упрямца и отправить обратно в палату, но он лишь гневно оскалился и рявкнул:       - Где она?       Сотрудники Мунго переглянулись и, от греха подальше, проводили Снейпа в соседнюю палату, где разместили обессиленную Гермиону. Северус осторожно взял её на руки и направился к выходу.       - Снейп, вам нельзя прерывать лечение! Что мы скажем министру?       - Мне плевать. Я забираю её.

***

      Он смотрит на неё, почти не дыша. Минуты превращаются в часы, тело затекло, но душа… она на месте. Снейп не был удивлён, что магия способна заново вырастить кости и плоть на месте зияющей дыры, но всё никак не мог понять, какая именно магия заполнила дыру в его душе. Он замер, греясь в тепле, исходящем от Грейнджер. Постоянно думал о том, что она сказала ему. Мысленно вновь и вновь крался по тёмному коридору, борясь со страхом не успеть, и вспоминал, что всё уже позади. Вздрагивал, кусал губы, потирал лоб и смотрел.       Что же ты сделала со мной, девочка?       Северус отпил воды из стакана на прикроватной тумбочке и закрыл глаза, сливаясь с тишиной. Он прислушался к внутренним ощущениям и поморщился. Процесс заживления всегда сопровождается жжением и болью. Всегда.       Гермиона нежно потянулась и тихо простонала, с трудом разлепляя глаза. Изображение перед глазами никак не хотело становиться четким. Усталость временно отступила, но не спешила сдавать позиции окончательно.       Они смотрели друг на друга, и оба прочитали во взглядах огромную палитру сложных эмоций и чувств.       Грейнджер наклонила голову, с грустью улыбаясь своему спасителю.       - Вы живы…       - Как видите, мисс Грейнджер.       Ликование разума, торжество жизни. Ещё никогда она не просыпалась настолько счастливой.       - Северус… это ваш дом?       - Да, Гермиона. Как… как вы себя чувствуете?       У меня дежа-вю…       - Прекрасно, спасибо. А вы?       Вместо слов ответом стал кивок. Северус придвинулся ближе и наклонился к ней, пристально изучая её лицо. Он не знал, как обуздать то, что творилось в лабиринтах его разума.       - Грейнджер, как тебя угораздило?       - Что…       - Я спрашиваю, как… Как ты могла так бездарно распорядиться своим сердцем?       - Северус, я не…       - Ты меня вообще видела?       Ох, Мерлинова борода…       - Я – отвратительный человек. Желчный, язвительный, неприятный. Мой болезненный перфекционизм и нелюдимость – это лишь вершина айсберга. К тому же, я вдвое старше тебя.       Она с вызовом уставилась на него, прожигая сверкающими от внутреннего пламени янтарными безднами.       - Не понимаю, а минусы какие-то будут?       Секундное замешательство. Уголок его губ дрогнул, но разум уже разогнался и летел с бешеной скоростью прямо в пропасть.       - Как ты могла довести себя до морального и физического истощения из-за моей смерти? Безрассудная, абсолютно безумная…       - Да замолчите вы!       Грейнджер нервно сглотнула, её сердце странным образом скреблось изнутри, а организм резко проснулся.       - Я безумная? Я? Это вы потащились на верную смерть, чтобы вызволить меня из дома, кишащего пожирателями! Кто тут ещё безрассудный!       - Ты – упрямая, импульсивная и невыносимая ведьма.       - А вы вообще полгода добровольно сидели взаперти. Социофоб!       Дыхание Гермионы сбилось. Вдох получился рваным и болезненным.       - Северус… почему вы так поступили?       Сейчас в её голосе не было и намёка на упрёк.       Черная бровь изогнулась, и Снейп упал в кресло. Эти двое испытывали друг к другу неподдельный интерес, и обоих влекло друг к другу на всех мыслимых уровнях.       Пора поговорить начистоту.       - Потому, что я умер, Гермиона. Умерло всё, что наполняло меня смыслом. Всё, во что я верил и за что боролся. Моя миссия завершилась, и я мечтал освободиться от всего этого. Потому что каждый день моей жалкой жизни служил горьким напоминанием о том, что я никогда не смогу ничего исправить. Никогда не почувствую себя живым. Никогда не смогу ощутить вкус реальной жизни и не найду свое место в мире. Тот я умер.       Она практически не моргала, позволяя его словам осесть в её сердце. Грейнджер понимающе кивнула, напряженно выискивая в лице Северуса то, что могло причинить ему боль. И она была готова забрать эту боль себе.       - Простите за всё, что я вам наговорила тогда. Я… даже не знаю, что на меня нашло.       - Не извиняйся за свои чувства. Я просто…       Северус потёр переносицу и вскинул брови. Впервые за долгое время он был честен с собой. Произнесенные слова были одновременно тихими и оглушительно громкими.       - Ты не она.       Дрожь охватила всё тело Грейнджер. Она никогда не думала, что одной фразой можно причинить физическую боль. Но это было преступлением – делать выводы до того, как Снейп закончил свою мысль.       - Ты не она… Ты – та, ради кого я нарушил свои принципы. Отказался от навязчивой идеи, переосмыслил свою жизнь и сделал выбор.       В горле Гермионы стоял ком, а глаза уже успели увлажниться.       - Я не знаю, что ты сделала со мной, но я больше никогда не позволю ни единому живому существу угрожать тебе.       Слёзы вышли из берегов. Грейнджер стёрла с щеки только начавшую свой путь соленую дорожку и сжала дрожащие губы.       - Гермиона, я… пребывал в уверенности, что в моей жизни не было больше абсолютно никакого смысла. И смерть казалась мне убежищем. Единственно правильным вариантом.       - Клеткой… и только у вас был от неё ключ.       - Нет.       Он болезненно закрыл глаза, приближаясь к ней.       - Ключ был у тебя...       Волны струящегося под кожей тепла разгоняли кровь, пока Гермиона жадно впитывала каждое слово, слетающее с его губ.       - Северус, вы…       Она хотела дотронуться до его руки, но нерешительно остановила себя.       - Что ты чувствуешь? – спросила она полушёпотом.       - Ты вдохнула в меня каплю жизни.       - Но я ведь ничего не сделала…       - Ошибаешься. Ты – отвратительный пациент, Грейнджер.       - А ты – худший из врачей, каких я только видела.       Она улыбнулась сквозь слёзы. Северус взял её руку и поднёс к своим губам, глядя прямо в глаза. Гермиону невозможно было узнать – щёки приютили легкий румянец, и глаза засияли от внутреннего искреннего пламени.       Северус коснулся дрожащей женской кисти губами. Горячее нежное прикосновение мгновенно вызвало жар внутри грудной клетки, и её приоткрытый рот невольно выдохнул взволнованный стон. Он сжал руку Грейнджер чуть крепче, не отводя глаз, и она, вся дрожащая от сильнейших переживаний, стала серьёзной.       - Я жива только благодаря тебе.       Удивительное чувство.       Он закрыл глаза, пытаясь справиться с трепыхающимся во все стороны сердцем, растворяясь в мгновении. Он должен был сказать то, что хотел, иначе чувства разорвали бы его на куски.       Он выстрадал это чувство. Оно вырвало его из повседневности, затворничества, лишило страхов и предрассудков. Оно вышибло из него всё, во что он верил, и привело туда, откуда от так отчаянно убегал.       - Я никому не могу доверить заботу о тебе.       Снейп уткнулся лбом в её руку, переводя дух. Гермиона не решалась пошевелиться, её широко распахнутые глаза в неверии уставились на него.       Уверенность, сила, уязвимость, осознание, нежность… Зрачки Северуса затягивали, обезоруживали, согревали и обволакивали. Лицо его было серьезным, а голос абсолютно спокойным.       Северус приблизился к лицу Гермионы и нежно погрузил пальцы в спутанную копну на ее затылке. Дыхание обоих стало глубоким и беспокойным. Сердце разогналось, и весь мир внезапно потерял смысл.       - Я больше никогда не хочу видеть твоих слёз… никогда не хочу становиться источником твоей боли.       Гермиона подняла голову, мысленно умоляя саму ткань времени замереть. Одно за другим откровения сыпались на неё, будто судьба на коленях просила у неё прощения.       Северус притянул Грейнджер к себе и прошептал ей в приоткрытые губы:       - Я понятия не имею, что ты сделала со мной…       Расстояние между ними неумолимо сокращалось. Невероятный аромат её кожи и волос заполнил легкие, лаская обоняние пряностями и цитрусовыми, напоминал о том, что присутствие этой ведьмы меняло абсолютно каждый аспект его привычной жизни.       Вот она – моя новая жизнь.       Головокружительно мощное желание сдавило рёбра и осело тяжелой пульсацией в горле.       Секунда до поцелуя.       - Северус, я люблю тебя.       - Безумная женщина…       Он притянул Грейнджер к себе, забирая с её губ поцелуй. Гермиона невольно выдохнула прямо ему в рот, и Северус простонал, разрываясь между нежностью и страстью. Соображать стало невероятно тяжело, тело кричало о том, как сильно она нужна ему прямо сейчас.       Боль ушла на второй план, уступая место сильнейшему желанию чувствовать тепло этой девушки. Гермиона дрожала в его руках, каждой клеточкой тела ощущая, как сильно она нужна ему. Снейп уже не мог остановиться и самозабвенно брал её губы своими, давая волю чувствам. Отдаваясь им. Сгорая в них.       Гермиона обхватила его шею руками, отвечая на поцелуй, и Северус стремительно повалил её на кровать. Они оба не могли и не хотели сопротивляться этому желанию.       Больше никто никогда не посмеет даже помыслить о том, чтобы причинить ей боль.       - Прости меня, – Северус горячо прошептал ей и слегка прикусил нежную шею, чтобы затем сразу покрыть место укуса серией поцелуев. Гермиона выгнулась и запрокинула голову, до конца не веря в реальность происходящего. Ещё совсем недавно она была на грани, не хотела жить и медленно тлела в губительном пламени скорби. А сейчас…       - Северус, поклянись, что ты реален…       - Я буду ежедневно это тебе доказывать. Пока ты не усвоишь этот урок…       С каждым влажным рывком языка в её рот, с каждым стоном, что вырывается из её груди, с каждым нежным прикосновением Снейп всё сильнее осознавал, что она необходима ему. Эта ведьма слишком сложная и отчаянная, чтобы позволить ей выскользнуть из его рук. В ту первую их встречу она не просто разгромила кабинет, она полностью снесла фундамент, на котором гордо возвышались его заблуждения.       Если часть её умерла вместе с ним, то он намеревался вернуть ей эту часть. В её бездонных глазах таилась не только боль. В них плескался бензин, жаждущий искр.       Северус нежно прорычал и углубил поцелуй, нависая над извивающейся Гермионой. Он даже представить себе не мог, насколько сильно она хочет его. Пульс грохотал в ушах, кислород предательски заканчивался, а мысль о том, чтобы прервать поцелуй ради глотка свежего воздуха казалась совершенно неприемлемой.       Он покусывал её губы, изучал её вкусный рот и с наслаждением вглядывался в огромные любящие глаза.       - Грейнджер, если хочешь сбежать, сейчас самое время.       Дерзкая, уязвимая и такая нежная… она улыбнулась ему и зацепила пальцем воротник серой водолазки, под которым он скрывал своё прошлое. Отметины, подаренные самой смертью.       Северус приподнялся и стянул с себя эту тонкую шерстяную кофту, выжидающе глядя на Гермиону. Ей захотелось обвести языком контур каждого шрама, ощутить вкус его тела, обвивать его ногами и стать с этим человеком единым целым.       Слишком много одежды.       Его широкие горячие ладони потянули её блузку вверх. Как только раздражающий и такой лишний элемент одежды улетел на пол, Снейп вернулся к сочным губам и запустил руки под её спину, чтобы расстегнуть чёрный бюстгальтер. Медленно, томительно. Предвкушая долгожданные минуты близости.       Это происходит на самом деле…       Как тяжело оторваться от её губ, но как отчаянно манит её полуобнаженное тело. Бархатистая нежная кожа покрывается мурашками от его поцелуев, и Северус невесомо скользит пальцами от шеи до груди, наслаждаясь невольными стонами такой желанной женщины, путь к которой стал одним из самых сложных испытаний. Результат борьбы не только с обстоятельствами, но и с самым безжалостным оппонентом – с собой.       Горячий требовательный язык коснулся груди, и угольные бездонные ониксы заволокла пелена. Северус целовал острые девичьи соски, прикусывая их, втягивая их губами и с наслаждением прикрыв глаза. Женский протяжный стон забрался под кожу, лишая его здравомыслия.       Он ухмыльнулся, впитывая взглядом каждый изгиб её тела и выгнулся, когда её любопытные пальцы вонзились в его спину. Северус уткнулся в плечо Гермионы и принялся расстегивать её брюки, неразборчиво рыча и обжигая её дыханием. В висках, в горле, в груди невыносимо громко пульсировало желание, оседая внизу живота.       Когда он избавился от одежды полностью, Грейнджер притянула его к себе, борясь с невозможно сильной дрожью. Две израненные души тянулись друг к другу, стремясь залатать трещины и согреть, отдавая себя и забирая то, что было необходимо каждому из них.       - Северус…       Её глаза закатились, когда он медленно вошёл в неё. Нежные, бережные толчки сопровождались тихими стонами, и Гермиона обхватила его ногами, отдаваясь ему. Снейп погружался в её горячую влажную тесноту, крепко сжимая в своих объятиях. Весь мир сосредоточился в крохотной точке на её сладких губах, и он забрал себе чувственный поцелуй, наполняясь безграничным теплом.       Моя.       Первые секунды близости дарили ни с чем не сравнимое ощущение неизвестности и удовольствия, Гермиона пыталась привыкнуть к нему, дрожа от его прикосновений и такой необходимой наполненности. Северус двинул бёдрами, проникая глубже, и размашисто лизнул её шею.       - Смотри на меня, Гермиона…       Это была не просьба.       Приказ.       Она распахнула глаза и он вонзился в них своими черными тоннелями, прижимая трепетное женское тело к постели. Северусу хотелось взять больше. Разогнаться быстрее. Её рваное шумное дыхание отзывалось беспокойной вибрацией в его позвоночнике.       Он владел ею. Брал её. Нежно толкался внутрь, поглощая её стоны поцелуем, лизал и целовал распухшие губы, утопал в янтарных озёрах, согревающих всё его существо.       Гермиона едва не плакала от наслаждения, возвращая его толчки, стараясь не сдаваться под его напором и лаская Северуса в ответ.       Как же глубоко…       Он позволит ей быть сверху, но не сейчас. Желание слишком сильное. Свободной рукой Снейп упирался в постель, другой придерживал её голову, отвлекая Гермиону требовательными поцелуями. Он обрушил на неё всю ту страсть, что так долго не находила выход.       Грейнджер уже не могла сдерживать полные удовольствия крики, когда Северус вонзил в её бедро пальцы и ускорился. Его тяжелое сбивчивое дыхание и уверенный взгляд обжигали снаружи, пока он сливался с ней, заполняя изнутри. Было слишком хорошо. Слишком горячо и томительно. На его спине скопились капли пота, а из горла рвался стон, возвещающий о скорой разрядке.       Ему необходимо было доставить ей удовольствие, прежде чем он утратит над собой контроль. Он сжал рукой её грудь и властно прошептал:       - Моя. Ты моя, Грейнджер.       - Северус! – Гермиона изо всех сил вцепилась в его плечи и закричала, пока её мышцы ритмично сокращались вокруг него. Снейп прижимал её к себе, продолжая мощные толчки, рычал и прикусывал её шею, высвобождая необузданную похоть. Он никогда не хотел никого так же сильно, как её. Гермиону хотелось сминать, превозносить, поклоняться ей, отчаянно трахать её и любоваться ею. Больше ничего в мире не имело значения. Только она.       - Северус…       Какая же она чувствительная и отзывчивая…       Её пульсация обволакивала, обжигала и провоцировала сильнейшую ответную реакцию. Он сдался, отпустил себя и крепко стиснул в своих объятиях. Снейп отдал ей всего себя до капли.       Слова были не нужны. Всё, чего им сейчас хотелось – это согревать, ласкать и наслаждаться медленными глубокими поцелуями. Северус и Гермиона удивительным образом подобрали ключ друг к другу, и сейчас впервые за долгое время почувствовали себя живыми.       По-настоящему.

***

      Несколько десятков пар внимательных глаз неотрывно наблюдали за чёрным силуэтом, что возвышался над ними и заставлял испытывать благоговейный трепет. Северус гордо вскинул голову и сложил руки перед собой в привычном жесте.       - Ещё есть вопросы?       Юные авроры беспокойно переглядывались и что-то шептали друг другу, поглядывая то на Поттера, то на нового наставника.       Один из мальчишек поднял руку.       - Мистер Снейп, это правда, что вы убивали людей?       Северус задумчиво оглядел аудиторию и прищурился.       - Мистер Найт, всем вам рано или поздно придётся кого-то убить. Борьба с преступностью – это компромисс между идеалами, моралью и вопросом выживания. Иногда у вас просто не будет другого выбора. Вы уже не дети, и должны быть готовы ко всему.       Робкие шепотки прокатились по кабинету, но Поттер был невозмутим. Он внимательно слушал бывшего пожирателя смерти, шпиона, преподавателя ЗОТИ и зельеварения, и впитывал каждое его слово со всей серьезностью.       - Мистер Снейп, – продолжил Найт, – как вы расправились с ними?       Сосед тут же вцепился в руку дерзкого новобранца, чтобы заставить его сесть, но он одернул руку и смело уставился на Северуса.       - Как вы отомстили за них? – его голос дрогнул, и Поттер сжал челюсть, чтобы унять разрастающуюся в груди стихию. Авроры загудели.       Одним лишь взглядом Северус заставил всех замолчать. Он развернулся к своему столу и взглянул на учебное пособие, открытое на теме «Тактика боя в условиях плохой видимости».       - Встаньте.       Лёгким взмахом палочки он раздвинул столы в аудитории, чтобы освободить пространство для огромного котла, так похожего на один из котлов из его подземелий. Как только заклинание наполнило его водой, ребята столпились вокруг него, с замиранием сердца глядя на серебряную извивающуюся нить, которую Северус вытягивал из своего виска.       - Смотрите внимательно. Запоминайте и анализируйте. Задавайте любые вопросы.       Гарри благодарно кивнул ему, пропуская однокурсников вперёд. Он ощущал особую гордость, находясь рядом с этим поистине удивительным человеком. И чувствовал, что любая мелочь, которую тот может им дать, однажды спасёт им жизнь.       Северус изогнул бровь, окидывая взглядом присутствующих.       - И зовите меня профессор Снейп.