Глава 10

Лондон. Утро в доме Грейнджеров. Запах свежеиспеченных круассанов и кофе с корицей наполнял уютную кухню. Гермиона обняла маму, вдыхая знакомый аромат ее духов — лаванда и что-то сладкое, из детства. — Ты сияешь, — миссис Грейнджер отстранилась, разглядывая дочь. — Это тот мальчик? — Мужчина, мама, — Гермиона рассмеялась, наливая себе кофе. — Рассказывай всё, — уселась напротив миссис Грейнджер, сверкая глазами. Гермиона, размазывая варенье по круассану, поведала (опуская пикантные детали) о неделе в теле Драко, о том, как они нашли способ вернуться, и о том, как... — Он действительно изменился, — она улыбнулась. — А его родители? — отец, до этого молча листавший газету, поднял брови. — Мать... приняла. Отец... — Гермиона сморщила нос. — В процессе. — Знакомо, — мистер Грейнджер хмыкнул. — Моя мать два года звала твою маму «этой девушкой с аптеки». — Папа! За завтраком она в сотый раз мысленно поблагодарила судьбу, что у нее получилось восстановить память родителей и такие встречи у них несмотря на всю загруженность на работе у них довольно частые. --- Гриммо 12. Джинни носилась по дому, размахивая палочкой: — Гирлянды — на балкон! Шары — выше! Торт — НЕ ТРОГАТЬ, ДЖОРДЖ! — Я просто проверяю, не отравлен ли он, — Джордж Уизли ухмыльнулся, уворачиваясь от летящей в него салфетки. Гермиона застыла на пороге, разглядывая украшенную гостиную. — Ты перестаралась. — Ни капли, — Джинни схватила ее за руку. — Теперь ты — в ванную, я — делаю тебе макияж, Пэнси — отвечает за платье. — Что? — Сюрприз, — из-за угла вынырнула Пэнси с огромной коробкой в руках, — ты же не думала, что став снова самой собой избавишься от змеев. — Я правда рада, что ты здесь! — А я здесь и не одна, так что давай подготовим тебя к этой сумасшедшей вечеринке объединения старых врагов…а ну и да, празднования твоего дня рождения конечно. --- — Закрой глаза. Гермиона повиновалась. По коже пробежали мурашки, когда Пэнси провела по ней заклинание — ощущение, будто тысячи невидимых пальцев поправляют каждую прядь, каждую ресницу. — Можно смотреть. Зеркало отразило *не её* — или, скорее, ту *её*, которую она никогда не видела. Платье — тёмно-бордовое, с открытыми плечами и таким разрезом, который больше показывал, чем когда либо она надевала. Волосы — уложены в мягкие волны. Сегодня Малфою точно не грозит убийство волосами. Макияж — лёгкие дымчатые тени, подчёркивающие карие глаза. — Я... — Молчи, — Пэнси улыбнулась. — Ты выглядишь потрясающе. Внизу уже слышались голоса гостей. --- Драко стоял у камина, нервно поправляя мантию, когда к нему подошёл... Джордж Уизли. — Малфой, — Джордж протянул стакан. — Если обидишь её, я придумаю для тебя такое зелье, что... — Понял, — Драко кивнул. — У вас, кажется, семейная традиция угрожать мне. Джордж рассмеялся: — Ага, Рон уже зарезервировал очередь. Рядом Луна беседовала с Тео о «сияющих золотых нитях», связывающих всех присутствующих, а Невилл и Блейз, к всеобщему удивлению, оживлённо обсуждали редкие виды мандрагор. Гермиона ловила себя на мысли — они все здесь, вместе, и это... нормально. --- На этот раз день рождения Гермионы был не просто праздником — он стал настоящим спектаклем из чувств, намёков и слишком красноречивых жестов. Гарри и Джинни подарили ей настоящую магическую жемчужину — древнюю книгу «Забытые заклинания древних кельтов», и не просто книгу, а с пометками самого Дамблдора на полях. Это был не просто знак уважения, это было доверие, вплетённое между строк. Рон, как всегда, пошёл по своему пути: пара билетов на матч сборной Англии по квиддичу и сухое: «Чтобы он тебя хоть раз куда-то сводил нормально», — сказанное почти небрежно, но с той самой братской теплотой, от которой становилось уютно. Пэнси подошла к вопросу по-своему: сертификат в самый дорогой магловский спа-салон Лондона, вручённый с выразительным взглядом и комментарием: «Ты пашешь как домовой. Пора бы тебе напомнить, что ты всё-таки человек». И наконец, Драко. Его подарок был скромен на первый взгляд — маленькая резная шкатулка, гладкая, холодная, с узором в виде серебристых змей. Внутри — кулон, тонкая цепочка и древний оберег, хранившийся в его семье поколениями. Он не сказал ни слова, просто вложил шкатулку ей в ладони и задержал взгляд чуть дольше обычного. Но ей и не нужны были слова. Всё, что он хотел сказать, уже лежало у неё на сердце — серебряным, тёплым и таким личным. --- Шампанское, смех, танцы — всё слилось в единый калейдоскоп счастья. Даже Люциусово приглашение уже не так сильно пугало. Когда гости разошлись, Драко и Гермиона решили прогуляться до её дома. — Ты знаешь, — она прижалась к его плечу стоя на крыльце своей квартиры, — когда я была в твоём теле... — Да? — Я *чувствовала*, как сильно ты меня хочешь. Даже когда злился. Драко рассмеялся: — Это потому что моё тело *всегда* тебя хотело. Даже когда *я* этого не осознавал. Они замерли, слушая, как где-то вдали ухает сова. — Завтра будет война, — вздохнула Гермиона. — С отцом? — Драко ухмыльнулся. — Не волнуйся. Я уже проиграл одну войну. Не намерен проигрывать ещё одну. --- Воскресенье. Гермиона, стоя перед зеркалом, провела ладонью по подаренному Драко кулону — изящному серебряному оберегу в виде сплетённых ветвей, инкрустированному крошечными сапфирами. — «Он будет защищать тебя лучше, чем любые заклинания», — вспомнила она его слова. Кулон словно был создан именно для этого вечера — он идеально дополнял её образ, завершал его, придавал смысл. Платье глубокого изумрудного оттенка обтекало фигуру мягкой тканью, подчёркивая талию высоким поясом. Длинные рукава, расшитые тончайшими серебряными нитями, ловили свет и мерцали при каждом её движении. Волосы были собраны в элегантную косу, аккуратно переплетённую серебристой лентой, — простой, но безупречный штрих, подчёркивающий линию шеи и оголяя ключицы. На ногах — изящные лодочки на небольшом каблуке: удобные, но в то же время безупречно изысканные. Всё было продумано до мелочей. И кулон — сплетённые ветви с крошечными сапфирами — лёг на грудь как финальный аккорд. Она выглядела сдержанно, но Драко, увидев её, замер на месте. — Ты в зелёном.. — он провёл языком по губам. — Ну я всё таки иду в логово змеев, — она ухмыльнулась, поправляя складки платья. Драко рассмеялся, но в его глазах мелькнуло беспокойство. — Готовься. Отец не будет устраивать сцен, но... — Но он Люциус Малфой, — закончила за него Гермиона. --- Зал освещали хрустальные люстры, отбрасывающие блики на фамильное серебро. Нарцисса, в платье цвета лунного света, встретила их у дверей. — Наконец-то, — она улыбнулась, целуя Гермиону в щёку. Люциус стоял у камина, опираясь на трость. Его холодные глаза скользнули по Гермионе, задержавшись на кулоне. — Фамильная реликвия, — пробормотал он. — Драко был так любезен подарить его мне, — Гермиона коснулась оберега. — Очевидно, — Люциус повернулся к столу. Обед начался в тягостной тишине, нарушаемой только звоном приборов. — Я принял предложение Кингсли, — вдруг сказал Драко. — Остаюсь в Министерстве. Нарцисса улыбнулась: — Мы рады за тебя, сын. Люциус отпил вина. — Хм…Министерство. Скажите мне, мисс Грейнджер, — он поднял глаза, — вы действительно верите, что наш мир можно изменить? Гермиона почувствовала, как Драко напрягся рядом. — Да. — Как? Один вопрос. Простой. Но в нём — всё: сомнения, насмешка, вызов. Гермиона отложила вилку. — Постепенно. Не через революции, а через законы. Через образование. Через то, чтобы дать таким, как Драко, шанс доказать, что они больше, чем их фамилия. Тишина. Люциус откинулся на спинку стула. — Интересно. Нарцисса вдруг рассмеялась: — Боже, Люциус, хватит испытывать её. Люциус... *улыбнулся*? — Вы напоминаете мне кого-то, мисс Грейнджер. — Кого? — Себя. В молодости, — он отпил вина. — Только умнее. Драко чуть не поперхнулся. Нарцисса сияла: — Значит, мы можем рассчитывать на ваше присутствие на семейном ужине в следующем месяце? Гермиона, всё ещё в шоке, кивнула. Люциус вдруг поднял бокал: — За новые времена!