Дискотечные огни

На улице тихо-тихо падает снежок белый. Дети по двору носятся и в снежки играют, за пределы двора не убегают. Нельзя. Родители за ними в окна смотрят, волнуются. Вечер незаметно опускается на город. Зажигаются оранжевыми точками фонари. Диляра их в детстве всегда с мандаринами сравнивала. В кухоньке уютной чайник песню насвистывает, булочки с яблоками комнату своим запахом наполняют. В углу коридора стоит гитара потрепанная, любимый её инструмент. Диля перед зеркалом крутится, реснички подкрашивает, кудри завивает на бигуди "варёные". Фигурка девичья в синее платьице тёплое одета. Костя на дискотеку позвал. Выветрились из головы русой все лекции институтские, что так прилежно учить обещала. В памяти только вчерашний вечер.

***

вечер предыдущего дня Произошло это неожиданно. Юлдашева за продуктами вышла, всё вздыхая о том, какой её Костя бесчувственный. Подруги Диляры идут со своими ухажерами в ДК завтра, а она чем же хуже? Знала Дилька, что не любил Кащей подобные сборища. Ему лучше с пацанами в качалке сидеть и из скорлупы деньги выбивать - именно так ему в разгар ссоры сказала Юлдашева, характер у девушки вспыльчивый. Костя посмотрел на неё с прохладцей, а потом сообщил с улыбкой, на оскал похожей, что раз уж его девочка так желает, то он отведёт её на танцы. Диля была так рада...просто не знала ещё, чем всё закончится.

***

Снег хрустит под сапожками. Диляра к его машине подходит, на пассажирское место садится, в щеку парня целует, щекоча кудряшками, и смеётся от радости. Вишнёвая "восьмёрка" скрывается за поворотом. Снег возле ДК Гагарина пушистый и приятный. Диляра снежок в ладошку собирает и кидает в небо, точно салют. Ручку замерзшую трет, перчатки дома забыла, и кудряшки поправляет. Кащей идёт рядом настороженно. На губах ухмылка лёгкая, а глаза будто стальные - цепкие, хваткие, как будто ищут кого-то. Дилька к нему подбегает, за руку берёт, парень лишь ухмыляется сильнее, руку свою выхватывает и вокруг девичьей талии оборачивает. Девчушка смеётся и краснеет слегка, но уже не от мороза.

***

В ДК музыка громкая играет, свет приглушен и сигаретами пахнет, вишнёвыми. Молодёжи вокруг много-много, кто танцует, кто болтает,а кто-то..Юлдашева отвернулась смущенно, целуется в углу. Кащей "с порога" руки знакомым пожимает, ему говорят что-то и челюсти его сжимаются, а взгляд темнеет. Он отходит с ними ненадолго, говоря: "перетереть надо, без лишних ушей." Диля не обижается, привыкла, к центру зала проходит, туда куда Кащей указал, и танцует весело. Подруги рядом смеются, парням другим подмигивают, Юлдашеву за руки берут и в хороводе кружатся. В глазах у девушки мелькают огоньки разноцветные от блестящих нарядов подружек, от света в ДК, от музыки громкой. Вдруг, вместо руки Ани Морозовой, Диляра чувствует другую, более грубую, глаза открывает и лицо Кости перед собой видит. — Кащей.. Выдыхает тихо, а он скалится и глаза зелёные щурит. Сигаретный дым выдыхает и говорит голосом хриплым: — а что это, такая девушка одна танцует? Диляра смеётся звонко и крепче к парню прижимается, вдыхает его запах морозный, с нотками табака и мяты. Лицо кудрявого смягчается. В этот момент он был просто Костей, ее Костей. Не Кащеем. В тёмной голове бандитской мысли вертятся тревожные. Ему передали, что хадишевские здесь, а значит без "базара" никак не обойдётся. — не кисни, Кость. Ещё чуть-чуть потанцуем и домой. Шептала Диля, в глаза ему смотря. Он кивает машинально и говорит тихо: — принцесска, ты от меня ни на шаг. Девушка кивнуть хочет и спросить, что случилось, но тут идиллия заканчивается.

***

Звуки ударов первых в ДК раздаются, музыка выключается, девушки кричать начинают. Подруги к Диле руки тянут, говорят бежать быстрее, но Юлдашева только головой качает из-за плеча выглядывая костиного. Как же она его бросит. Кащей по сторонам волком смотрит, к нему Турбо и Зима подходят, "старшие универсамовские", так их Кащей Диляре когда-то представлял. Зима девушку аккуратно за руку берёт и к выходу отводит, за колонной оставляет и говорит сидеть тихо, а сам в зал возвращается. Юлдашева трясётся и на пол оседает. Боится. Время течёт медленно, в зале выстрелы раздаются и ударов звуки, Дилька не выдерживает и руками уши зажав, всё равно бежит туда. От вида крови едва не падает. Хорошей же медсестрой будет. Студентка-медичка, она видела подобное только в учебниках и газетах, но не вживую. Звон разбитого стекла, крики, удары. В угол забивается и глазами Костю ищет. Нашла. Кащей уже заметно выдохся, дышит тяжело, скалится, всё лицо в крови, кажется ещё рука ножом проткнута, глазами зелёными яростно сверкает и на главу "Хади Такташ" смотрит. Рауф сплёвывает презрительно, тоже весь в крови, и для нового удара замахивается. У Диляры дыхание перехватывает, а в голове мысль мелькает, что, возможно, и милицию вызвать стоит. Вдруг рука чья-то её за кудри хватает и назад оттягивает. Диляра кричит громко, ногами пинается, всё без толку. — Кащей! Голос срывает, на хрип переходит. Бандит её в другой угол тянет, руку больно выкручивая. В голубых глазах блестят стекляшки слёз, потекшая тушь уже давным-давно испачкала ей щёки. Юлдашева уже прокляла себя столько раз сколько могла, что вообще пришла сюда. Думается ей: "правильно Кащей на дискотеки в ДК не ходит.." Он ходит в места куда хуже, Дилечка. Спасает её Турбо. В нокаут хадишевского отправляет и девушку за плечи хватает. — ты что, больная совсем?! Тебе же велели тихо сидеть! Кричит на неё, а Диляра только глазами хлопать может и поскуливать тихо. У Валеры сломан нос, слегка разрезана бровь, кровь уже глаз заливает, и разбита губа. Пацан её к стенке ближе толкает и шикает со всей серьёзностью: — Диль, сиди тихо. Она вновь кивает, зажмуривается и уши руками затыкает.

***

Криков и ударов больше не слышно. Дилечка глаза распахивает и резко подскакивает с пола. ДК разгромлен, повсюду битое стекло от бутылок лимонада, пива и ещё чего покрепче, брызги крови, арматура и.. универсамовские. Пацаны кое-как встают, друг на друга опираясь. Юлдашева на трясущихся ногах выбегает к центру и начинает Костю искать. Он лежал, тяжело дыша. Губа разбита, на лице синяки и ссадины, бровь рассечена, руки тоже в крови, не только в своей, правда. Из носа кровь вытекает. — Костя… — она опустилась рядом, ее руки дрожали. Слезы, которые она сдерживала, теперь потекли по щекам. — Боже мой… — Мент…ментов не вызывала? — он с трудом выговорил. — Нет конечно, ты что... - тихо говорит Дилярка, трясущимися руками его нос ощупывая — Не сломан, вроде. - выдыхает. Диля, вспомнив свои медицинские знания, продолжила осматривать его. Синяки, ссадины, возможное сотрясение. Руку проткнули всё же, чуть выше локтя. Она достала из кармана на платье носовой платок, чтобы остановить кровь из носа, хотя понимала, что это лишь капля в море. Кусочек от чьей-то куртки на полу отрывает и руку перевязывает туго, как учили. Попыталась поднять его, но он был слишком тяжёлым. Нервы у девушки уже не выдержали, и всхлипывая, Юлдашева крикнула: — Как же вы надоели с этими группировками! Почему нельзя спокойно жить! Вам что всем нравится друг друга до смерти избивать?! - голос итак сорванный совсем хриплым сделался, от чего Диля начала подвывать вместо криков. Успокоившись, она голову опустила и тихо сказала: — Вот ты меня не жалеешь, постоянно в драки лезешь, а я в один день возьму и умру от тревоги. ты ко мне в квартиру постучишь, а я не открою, уже никогда не открою. Кащей её слушал молча, хмурясь недовольно, не любил он этих "соплей", но последние слова ему особенно не понравились. "Универсам" сегодня сильно унизили, и автор был зол. Он с трудом сел и хрипло ответил: — Принцесска, ты даже задумываться о таком не смей. И пошли уже домой, я пиздец как жрать хочу.

***

Снег казался до ужаса колючим, как будто специально забиваясь за шиворот и кусая щёки. Фонари теперь горели тускло и безжизненно, напоминая уже не мандарины, а только засохшие шкурки от них. Дилечка помогала парню идти. Кудрявый был тяжёлым и еле перебирал ногами. Машину было решено оставить Турбо, на сегодняшний вечер, тот хотя бы водить её сейчас мог. Пройдя до трамвайной остановки, девушка усадила Кащея на скамейку и сама села рядом. Руки у Юлдашевой до сих пор тряслись. — Кость.. ты как? Ничего, потерпи, скоро ко мне приедем, я тебе раны обработаю.. - точно сама с собой болтала. Кудрявый слегка приоткрыл один глаз и глянул вниз на Диляру. Вот она, сидит рядом, лицо зареванное, но серьёзное. Шапочка голубая вся в снегу, коленки слегка подрагивают, ладошки в карманы такой же голубой куртки прячутся, замёрзла и устала. И ведь всё равно держится, помогла ему, хотя могла давно убежать, ещё когда суета только началась. Ухмыльнувшись так, что показался клык, Кащей поморщившись притянул её к себе поближе, перекинув руку на девичьи плечи. — не сахарный, блять, не растаю, Диля. Хадишевские ещё получат такой пизды от "универсама", вот увидишь. Колючий снег продолжал осыпать крышу трамвайной остановки, ветер забирался под тёплые куртки и сапоги, единственная лампочка беспрерывно мигала. Звёзд на тёмном небе совсем не было видно. Диляра Юлдашева смотрела на снежные хлопья, о чём-то задумавшись, положив голову на её макушку, рядом с ней дремал Кащей.