Марвел Фаза 1.5 Глава 8 Выборы

Зал телестудии был освещён холодным светом прожекторов, камеры следили за каждым движением. На экранах за спиной героя сегодняшнего эфира медленно прокручивалась заставка: название передачи, дата эфира, крупный план города. В воздухе витала напряжённая тишина - зрители в студии и тысячи, если не миллионы у экранов чувствовали, что сейчас прозвучит нечто важное. - Следи за периметром, - тихий голос в наушнике зазвучал ровно по часам, - Увидишь что-то подозрительное сразу сигнализируй. Я подал условный знак. Очередной вечер, когда не удастся нормально поспать. Сперва недели, пролетевшие в попытках от пинаться от надоедливых репортеров. Особенно старались те, кому проплатила администрация. Один из них на скалолазных тросах, словно Человек-Паук, висел вниз головой, стараясь установить прослушку к нам в окна. Аппаратная машина администрации работала на бешенных оборотах в попытках найти грязь. А если ее не было, то создать. В чем только нас и не обвиняли. С определенной точки зрения было забавно как человек, созданный из воздуха, успел уже и стать насильником, и вооруженное ограбление совершить, только каннибалом не называли. Хотя может и успели, я перестал читать после тридцатой статьи. Скучно и однообразно. Но на удивление это принесло нашей скромной компании неплохую прибыль. Мердок подал на все издания в суд, и кроме хорошенькой суммы, мы еще заткнули им рты. Теперь им приходилось изворачиваться, чтобы продолжать паразитировать на популярной теме. Печатная пресса и так умирает из-за интернета потихоньку, а такие траты для них это практически смертный приговор. Одновременно с этим, Лиам продолжал разъезжать по городу борясь как с коррупционерами, так и с нечистыми на руку заводскими владельцами. Громкое дело выстреливало одно за одним. Прокурор мексиканец, на допросе выдал целую плеяду своих подельников, лишь бы скостить срок. Одним словом, работы было много. И венцом публичной карьеры стал сегодняшний вечер. Прямой эфир в праймтайм крупнейшего новостного канала Нью-Йорка. О таком мечтал любой начинающий политик. Именно сегодня по плану Смит должен заявить, что хочет баллотироваться на пост мэра города. Я и Мердок сидели в зале, расширенный штат охраны дежурил за сценой, готовые рвануться в любой момент. Роджер был на сцене, уверенно и слегка насмешливо оглядывая все вокруг. - Начинаем, - работник телестудии отдал команду и по телесуфлеру побежали цифры обратного отсчета. Три, два, один…. - Уважаемые телезрители, - мужчина ведущий, улыбнулся в камеру, - Сегодня у нас не обычный эфир. Этот человек волнует умы многих последние недели и не нуждается в представлении. Роджер Смит дамы и господа! - камера отъехала назад, выхватывая моего опекуна, - Роджер спасибо что согласились прийти - Я только рад Пол, не думал, что поднял настолько большой шум, чтобы меня звал на разговор такой авторитетный канал, как ваш. - Ты преуменьшаешь свои заслуги, - ведущий хлопнул рукой по столу, - Ты разворошил то еще осиное гнездо. Скажи, что тобой движет? - Знаете, - Смит чуть наклонился вперед, сложив руки на столе, словно готовился рассказать тайну своему близкому другу, - Мы с вами живём в городе, где слово честность стало почти анахронизмом. Здесь можно украсть, можно назначить тендер самому себе, можно превратить должность чиновника в бизнес. И всё это прикрывается красивыми словами о благополучии граждан, - в зале зашевелились кто-то усмехнулся, кто-то кивнул.- Я говорю сейчас о коррупции. О том, что воруют не абстрактные миллионы из бюджета. Воруют у каждого из нас: у пенсионеров, которые стоят в очередях за лекарствами, неспособные оплатить даже страховку, у учителей, получающих гроши, у врачей, у рабочих, у студентов, которые вынуждены думать не о знаниях, а о том, как заплатить за проезд. - Но вы же начали с заводов? Почему же не с наших коррупционеров. Некоторые рабочие жалуются, что из-за ваших действий, им теперь негде работать! - Пол, - он усмехнулся, - Почему я только сейчас говорю об этом? Потому что в ходе своих расследований два из трех случаев вели в администрацию. Мне стало интересно, и я поднял архивы и просто прикинул цифры, - небольшой наклон головы и на экране показались графики и диаграммы, - За последние десять лет на строительстве дорог освоено свыше сорока миллионов. Но посмотрите на эти дороги, асфальт проваливается уже через год. Деньги растворяются в чьих-то карманах. И никого это не удивляет. Почему? Потому что система выстроена так, что воровать выгоднее, чем строить честно. Камера показала лица зрителей в зале. Молодая женщина вытирала глаза платком, пожилой мужчина в первом ряду одобрительно качал головой. - Вот так сенсация, - ведущий подвинулся вперед, - Но уверен, вы в курсе, что многие ставят под сомнения ваши слова и действия, - неожиданно кто-то из зрителей встал и начал кричать, проклиная коррупцию. Охрана быстро вывела его из зала, - Просим прощения. Так вот Роджер… - Я пришел сюда не ради громких слов. Я пришёл сюда потому, что понимаю ждать больше нельзя. Нашему городу нужна новая политика. Нам нужны новые правила игры, основанные на прозрачности и ответственности. И если мы сами не сделаем шаг, за нас его никто не сделает, - Смит сделал паузу. Ведущий едва ли не ерзал на месте, ожидая сенсацию, которая поднимет рейтинги программы - Поэтому, - мужчина поднял взгляд к камере, словно обращаясь прямо к каждому зрителю, - я официально заявляю: я баллотируюсь на пост мэра нашего города. Студия взорвалась аплодисментами и возгласами. Несколько секунд ведущий пытался восстановить порядок, но аплодисменты не стихали. - Вот так заявление мистер Смит. Но хватит ли вам сил? Как я уже говорил многие настроены против вас. Все же вы не будете отрицать, что несколько громких дел, очень похожи на правду. -Пол, я знаю, что это будет тяжёлая борьба. Я знаю, что против меня выйдут люди с деньгами, с административным ресурсом, с целой армией чиновников и подкупленных газет. Но у меня есть то, чего у них никогда не будет. Вера людей. Вера, что можно жить по-другому, - его голос становился тверже, а слова резче, - Я не обещаю чудес, - Смит поднялся, смотря прямо в камеру, словно бы хотел заглянуть в душу каждому кто это смотрит, - Я не могу за один день уничтожить всю систему. Но я обещаю, что каждый чиновник, уличённый в воровстве, будет отстранен и наказан по закону. Мы введём электронные реестры закупок, сделаем прозрачной работу всех муниципальных предприятий. И если кто-то надеется, что я стану частью их круга, они глубоко ошибаются. На задних рядах зрители встали, выкрикивая политические лозунги. Зал гудел от криков, топота ног и аплодисментов. Камеры старались уловить каждое лицо, каждую эмоцию. - Я иду в мэры не ради кресла, - он вышел из-за стола активно жестикулируя руками, - Мне не нужно богатство. У меня есть профессия, я могу жить спокойно. Но я не хочу жить в городе, где будущее продаётся за откаты, - призвав к тишине, он попростому засунул руки в карманы, оглядывая зал, - Сегодня я прошу не аплодисментов. Сегодня я прошу лишь одного вашей честности. Честности перед самими собой, когда вы придёте на выборы. Тогда у нас будет шанс. Слова повисли в воздухе, и наступила тишина. А затем зал снова взорвался овациями. Ведущий, попытался взять слово, но камеры уже уходили на крупный план кандидата. Репортеры отправляли новые заголовки в редакции. «Громкое заявление в прямом эфире: новый кандидат на пост мэра бросает вызов системе», «Скандальная речь о коррупции потрясла студию», «Будет ли у него шанс?». Начавший засыпать город снова вскипел и в центре этого пламени стоял мой опекун засунув руку в карман, а вторую подняв сжатую в кулак. - Честность перед собой! Нет коррупции! И зал словно управляемый невидимым кукловодом повторял его лозунги. Простые жители перед экранами шептали заветные слова. - Пол, - Смит повернулся к лучезарно улыбающемуся ведущему, - Есть ли еще какие-то вопросы? - Думаю твое заявление ответило на каждый из них. - Тогда доброй ночи. Эфир закончился, но в тот же вечер все новостные ленты пестрели заголовками. Власти отреагировали мгновенно. На утро в мэрии состоялось закрытое совещание. Чиновники говорили коротко и резко: - Он угрожает стабильности, - сказал один из заместителей временного мэра, тихого человека с седеющей головой. - Поддержка наших кандидатов упала на тридцать процентов за одну ночь. - Значит, нужно сделать так, чтобы ему не верили. Началась привычная игра. В подконтрольных газетах появились статьи, где героя называли «популистом без программы», «человеком без опыта управления», намекали на «сомнительные связи». На телевидении вышли сюжеты о том, что «критикуют все, а работать никто не хочет». Но эффект оказался обратным: люди, видевшие эфир, начали обсуждать его речь повсюду. В очередях, в транспорте, в социальных сетях. “ Он сказал то, что мы все думаем, - писала женщина в комментариях. - Наконец-то кто-то назвал вещи своими именами.” “Слишком красиво говорит. Наверное, подстроено, - возражал другой. - Но если хоть половину сделает, уже будет победа” Журналисты, привыкшие к осторожности, чувствовали, что настал момент, когда в мутной воде можно выловить рыбу покрупнее. Несколько независимых изданий взяли у кандидата интервью. Он говорил спокойно: - Я не боюсь их атак. Пусть проверяют каждый шаг моей жизни. Пусть вытаскивают каждую бумагу. Я открыт. Их досье на меня выложенное на сайте администрации будет лучшим рекламным баннером, который только можно сделать Тем временем временный представитель мэрии выступил на пресс-конференции. Улыбка на его лице казалась напряжённой. Он то и дело протирал лысую макушку шелковым платком. - Каждый имеет право баллотироваться. Но нужно понимать, что управление городом это серьёзная работа, требующая опыта и знаний. Голые лозунги нас не спасут. Слова звучали привычно и сухо, но журналисты ловили каждую интонацию. В голосе чувствовалась тревога. А в социальных сетях распространялись фрагменты эфира: короткие ролики, где кандидат говорил: «Воруют не миллионы, воруют у каждого из нас» или «Я прошу лишь одного. Вашей честности». “Честность перед собой! Нет коррупции! ” Эти слова становились мемами, цитатами, призывами, которые охватывали не только молодежь. На следующий день в городе прошёл первый стихийный митинг. Несколько сотен человек собрались у здания администрации с плакатами: «Хватит воровать», «Нам нужен новый мэр». Никто не ожидал такой быстрой реакции общества. Телестудия, в которой прозвучало заявление, тем временем получала письма и звонки. Кто-то угрожал: «Вы не понимаете, во что ввязались». Кто-то благодарил: «Вы дали нам надежду». Продюсеры колебались: одни предлагали дистанцироваться, другие, наоборот, пригласить кандидата снова. Вот только за колебаниями они упустили свой шанс. Я настраивал свет в нашей небольшой квартире. Простая стена была лучшей декорацией, какие-то спецэффекты были излишни. Заранее созданный сайт насчитывал уже миллион подписчиков. Приличная аудитория, чтобы вещать свои идеи. Неплохая площадка для выступления и Роджер выступил. Так легко и естественно, словно бы всегда это делал. - …Я вижу, что нас много. Я вижу, что вы устали молчать. Пусть они запускают грязь, пусть угрожают мы всё равно пойдём вперёд. Я не один, потому что чувствую вас рядом. Через неделю после скандального эфира город уже не был прежним. На площадях собирались стихийные собрания от десятков до сотен людей. Кто-то приносил самодельные плакаты: «Город - не кормушка!», «Наши налоги - на наши дороги!». Пожилые женщины приходили с фотографиями разрушенных подъездов и дворов, молодёжь рисовала граффити с цитатами кандидата. Чиновники реагировали грубо. Первые митинги пытались разгонять под предлогом «несанкционированных акций». Полиция останавливала автобусы, везущие людей в центр, под предлогом «проверки документов». Но чем жёстче давили, тем больше росла злость в толпе. Как там говорят? Черный пиар тоже пиар? До начала сбора подписей оставалась еще неделя, но по предварительным социальным опросам мы легко опережали любого из заявленных кандидатов. Впрочем, это не повод остановится в нашей предвыборной компании. В свободное время, которого стало чувствительно меньше, мы продолжали разъезжать по предприятиям города выискивая нарушения. И любая проверка затягивалась. Нечистые на руку промышленники стали заметать следы, так что выезжали с точки уже поздно вечером…. Город уже затихал после рабочего дня, но в старом промышленном квартале, где когда-то шумели заводы, теперь царила тьма. Лишь редкие фонари бросали жёлтые пятна света на ржавые ворота и кирпичные стены. Небольшие подъемные краны стояли по разные стороны. Старая промзона теперь была оживленной стройкой, которая спала, ожидая утреннюю смену Машина тихо катила по окраине города. Асфальт мерно шуршал под шинами успокаивая после тяжелого дня. - Справа, - Мердок повернул голову, - Тормози! В этот же момент раздался взрыв. Металлическая конструкция рухнула прямо перед нами, пробивая асфальт. Мелкие осколки брызнули во все стороны, застучав по усиленному корпусу и стеклам, оставляя царапины, но не пробивая. Машина затормозила в метре от опасного столкновения встав на два колеса и тяжело упав обратно. В ту же секунду по обе стороны улицы вспыхнули огненные полосы. Автоматы застрекотали, осыпая машину свинцовым дождём. Пули вязли в броне, но их было слишком много. - Леон, - Смит спокойно допивал кофе из одноразового стаканчика, практически не расплескав содержимое. В его руке появился пистолет, который спокойно лежал на колене, - Разберешься? - Ради этого я и здесь. Только давайте отъедем чуть в сторону, и вызовите полицию с нужными людьми - агент Щ.И.Т.а не сразу понял, что не он управляет машиной. Колеса едва заметно приподнялись над асфальтом и нас потащило в сторону, скрывая в небольшом тупике между домами, - А вот теперь можно и поработать. Я выпрыгнул из машины держа в каждой руке по пистолету. Первая пуля прилетела мне в лоб, но незаметно изменила траекторию и врезалась в бетонную стену за спиной. Степной орел в моих руках рявкнул. Свинец полетел вперед, вращаясь по дуге пролетев за полусобранную колонну выбив мозги стрелку в бандане на лице. Мое тело плавно перетекало с места на место. Ноги медленно двигались вперед. Очереди автоматов проходили в долях миллиметров от моего тела, выбивая бетонную крошку из стен или завязая в металлоконструкциях, окружающих промзону. Десерт Игл огрызался, обрывая жизни нападавших одну за одной. Усиленное восприятие помогало отслеживать траектории пуль, а расширенное поле вылепляло все объекты в радиусе пятидесяти метров от меня. Было бы проще свернуть шеи всем, но приходилось устраивать шоу на камеры, пока не забежал в первое здание перемахнув через забор. Просто ломанувшись вперед, я наткнулся на автоматчика, который выпустил веер пуль мне в грудь. Свинец просто разлетелся в стороны, а я, выстрелив в упор снес ему часть головы. Подхватив автомат и пару магазинов, усмехнулся тому, что старый добрый Калашников действительно самый популярный российский товар во всем мире, и помчался дальше. Прыжком вылетев с лестницы, сконцентрировался и время словно бы слегка замедлилось. Четыре выстрела в полете, нашли свои цели. Кровавые фонтаны взметнулись в воздух. Один из нападавших с криком свалился на дорогу, так и оставшись там лежать. Одна сторона была полностью зачищена от врагов. С другой стороны, звучали еще выстрелы, но не так активно. Бетонная взвесь, поднимаемая в воздух, неприятно щекотала ноздри и заслоняла обзор из-за чего ее приходилось отгонять. Прислонившись к недостроенной колонне, я выглянул, быстро поймав вспышку выстрела в прицел. Бах и автомат разлетелся прямо в руках незадачливого налетчика металлической крошкой повредив связки и увязнув в мышцах. Опасности для меня не было никакой. Я перебегал от укрытия к укрытию, и методично отстреливал нападавших, которые утратив запал, старались добраться до внедорожника, припаркованного за зданием. И у них даже получилось. Вот только как же так, металлическая подвеска сломалась, как только они завели двигателей и сорвались с места. Машина, потеряв управление врезалась в забор, перевернулась, придавив собой остатки налетчиков. Выбросив автомат по лестнице, спустился вниз, держа контуженных и медленно выползающих нападавших под прицелом. Уже можно было услышать вой сирен, полиции, которая как будто бы всегда прибывает слишком поздно. Еще один громкий заголовок и еще больше репортеров у нашего офиса. Класс… *** - Суки! - брат покойного мэра швырнул телефон в стену, - Ублюдки! Фиск! Я порву тебя и твоих людей! Это мой город! Впрочем, его уже никто не слушал. Нанятые люди не справились со своей работой. Те, кто выжили умрут в камерах от суицида, но сомнение в обществе уже появились. Вашу мать! В дверь тихо, но настойчиво постучали. - Пошли нахер! - зам мэра, выхватил пистолет, направив на звук, - Вышибу мозги любому, кто откроет! - Не думаю, - дубовая дверь упала с петель от мощного удара. Мужчина побледнел и упал на кресло, стараясь в ужасе отползти назад. - Уходи! Пошел прочь! Охрана! - Меньше паники, - фигура в железном костюме переступила порог, плечом свернув дверной косяк, - Все люди спят. Во всем доме отключены камеры, - белый визор шлема смотрел на забившегося в угол человека и даже так в этом взгляде читалось презрение, - Если ты и твои друзья из администрации, хотите сохранить свои шкуры и доходы, думаю нам все же есть о чем поговорить…