Часть 4

      Ванесса обнаружила, что восстановление после ранения может быть сложнее самой травмы. Особенно когда твой пациент — упрямый шотландский сержант, который считает постельный режим личным оскорблением.       — МакТавиш, клянусь, если я ещё раз увижу тебя пытающимся встать без разрешения, я привяжу тебя к этой кровати, — Ванесса скрестила руки на груди, сурово глядя на Соупа, который замер на полпути к сидячему положению.       — Ты уже третий день угрожаешь этим, док, — он ухмыльнулся, но всё же медленно опустился обратно на подушки. — Начинаю думать, что тебе просто нравится эта фантазия.       Ванесса закатила глаза, игнорируя тепло, разливающееся по щекам.       — Моя фантазия — это пациент, который следует медицинским предписаниям без постоянного надзора.       — Скучно, — протянул Соуп, но в его глазах плясали весёлые искорки. — Тебе бы понравилось, если бы я просто лежал здесь тихо и не беспокоил тебя?       — Это было бы настоящим чудом, — она подошла ближе, проверяя капельницу. — И, возможно, первым признаком апокалипсиса.       Прошла неделя с тех пор, как Соупа подстрелили. Жар спал, рана начала заживать, и его состояние значительно улучшилось. Настолько, что его неуёмная энергия и нетерпение вернулись в полную силу, превращая процесс выздоровления в настоящее испытание для всего медицинского персонала. Особенно для Ванессы, которая взяла на себя основную часть заботы о нём.       — Как ощущения сегодня? — спросила Ванесса, помогая ему сесть для осмотра, её движения были аккуратными, чтобы не потревожить рану.       — Лучше, чем вчера, — ответил Соуп, слегка поморщившись, когда она начала снимать повязку. — Но всё ещё будто кто-то тыкает ножом, если повернусь не так.       Ванесса осторожно осмотрела заживающую рану. Воспаление полностью спало, края раны чистые, швы держались хорошо. Прогресс был отличным, учитывая серьёзность ранения.       — Выглядит хорошо, — она начала накладывать свежую повязку. — Ещё несколько дней, и мы сможем снять швы. Тогда, возможно, я разрешу тебе короткие прогулки.       Глаза Соупа загорелись.       — Правда? Наконец-то! Я уже начал забывать, как выглядит мир за пределами этих четырёх стен.       — Не преувеличивай, — усмехнулась Ванесса. — Твоя комната буквально в соседнем коридоре.       — Который кажется бесконечно далёким, когда ты заперт здесь, — вздохнул он драматично.       Закончив с перевязкой, Ванесса помогла ему лечь обратно и проверила показатели жизнедеятельности. Всё было в норме.       — Я принесла тебе кое-что, — сказала она, доставая из кармана халата небольшую книгу. — Подумала, это поможет скоротать время.       Соуп взял книгу, с интересом рассматривая обложку. «Остров сокровищ» Роберта Льюиса Стивенсона.       — Мой любимый роман в детстве, — удивлённо произнёс он, поднимая взгляд на Ванессу. — Как ты узнала?       Она пожала плечами, стараясь выглядеть непринуждённо.       — Птичка напела.       — Гоуст, — понимающе хмыкнул Соуп, закатив глаза. — Этот призрак вечно всё замечает.       — Он заботится о тебе, — мягко сказала Ванесса. — Все заботятся. Прайс заходит каждый день, когда ты спишь. Газ притащил вчера целую коробку печенья, которую я конфисковала, потому что тебе пока нельзя такую пищу.       Соуп смотрел на неё с нечитаемым выражением лица.       — А ты? — спросил он тихо. — Ты заботишься обо мне только как врач?       Вопрос повис в воздухе, наполняя пространство между ними напряжением. Ванесса знала, что они приближаются к разговору, которого она одновременно ждала и боялась.       — Я… — она запнулась, не зная, как выразить сложную смесь эмоций, которую испытывала. — Я думаю, мы оба знаем, что всё не так просто.       Соуп кивнул, не отводя взгляда.       — Ничего не бывает просто в нашей жизни, док. Но иногда простые вещи — самые важные.       Он протянул руку, и Ванесса, после секундного колебания, вложила свою ладонь в его. Его пальцы были тёплыми и шершавыми, надёжно обхватывая её руку.       — Когда я лежал там, в горах, истекая кровью, — тихо начал Соуп, — я думал о тебе. О твоих глазах. О твоей улыбке, когда ты злишься на меня за очередную глупость. О том, как ты заправляешь прядь волос за ухо, когда сосредоточена.       Ванесса почувствовала, как сердце начинает биться быстрее.       — Джон…       — Нет, дай мне закончить, — мягко прервал он. — Я понял кое-что важное, когда думал, что могу не вернуться. Жизнь слишком коротка и слишком драгоценна, чтобы тратить её на страх и сомнения. Особенно для таких, как мы.       Он слегка сжал её руку.       — Я не знаю, что будет завтра. Не знаю, вернусь ли со следующей миссии. Но я знаю, что хочу провести то время, что у меня есть, не сожалея о несказанных словах и несделанных шагах.       Ванесса молчала, чувствуя, как к горлу подступает ком. Всё, что он говорил, эхом отзывалось в её собственных мыслях и страхах.       — Я боюсь, — наконец призналась она. — Боюсь начать что-то, что может закончиться болью. В нашей работе… в твоей работе…       — Страх — это нормально, — Соуп мягко улыбнулся. — Я тоже боюсь. Каждый раз, выходя на задание. Каждый раз, когда слышу выстрелы. Но страх не должен останавливать нас от того, чтобы жить.       Он осторожно потянул её ближе, и Ванесса не сопротивлялась, присаживаясь на край кровати.       — Я не прошу обещаний или клятв, — продолжил он. — Я просто хочу шанс. Шанс узнать, что может быть между нами. Начиная с того кофе, который я тебе задолжал.       Ванесса не могла удержаться от улыбки.       — Ты всё ещё должен мне кофе, сержант. И я намерена получить его, как только ты сможешь ходить без риска разорвать швы.       — Значит, это «да»? — в его глазах появилась надежда.       — Это «давай попробуем», — ответила она, чувствуя, как тяжесть, которую она носила в сердце последние дни, начинает отступать. — Шаг за шагом.       Соуп просиял, и Ванесса подумала, что никогда не видела его таким открытым и уязвимым.       — Шаг за шагом, — повторил он. — Я могу с этим работать.       Их момент был прерван стуком в дверь. Ванесса быстро отстранилась, принимая профессиональный вид, когда в палату вошёл Гоуст.       — Надеюсь, я не помешал? — спросил он, переводя взгляд с одного на другого.       — Нет, — слишком быстро ответила Ванесса. — Я как раз закончила перевязку.       Гоуст поднял бровь, явно не поверив, но не стал комментировать.       — Я принёс шахматы, — сказал он, показывая небольшую дорожную доску. — Подумал, что нашему пациенту пора размять мозги, пока они не атрофировались от безделья.       — Эй! — возмутился Соуп. — Мои мозги в отличном состоянии, спасибо большое.       — Это мы сейчас и проверим, — Гоуст уже расставлял фигуры на прикроватном столике.       Ванесса воспользовалась моментом, чтобы отступить.       — Я оставлю вас, мальчики. У меня ещё есть другие пациенты.       — Ты вернёшься? — спросил Соуп, и в его голосе была такая надежда, что Ванесса не смогла сдержать улыбку.       — Конечно. Кто-то же должен спасти тебя, когда Гоуст разгромит тебя в шахматы.       — Эй! — снова возмутился Соуп, но его глаза смеялись.       Выходя из палаты, Ванесса услышала, как Гоуст тихо сказал:       — Так вы наконец-то поговорили?       И хотя она не слышала ответа Соупа, его довольный смешок сказал ей всё, что нужно было знать.

***

      Следующие дни принесли заметные улучшения. Соуп становился сильнее, рана заживала хорошо, и Ванесса наконец разрешила ему короткие прогулки по коридору под присмотром.       — Свобода никогда не была так сладка, — драматично произнёс он, делая первые осторожные шаги за пределы палаты.       — Не преувеличивай, — Ванесса поддерживала его под локоть, готовая подхватить в случае необходимости. — И не торопись. Медленно и осторожно.       — Да, мэм, — он послушно замедлил шаг, но его глаза сияли от радости простого действия, которое большинство людей воспринимали как должное.       Они медленно шли по коридору, останавливаясь каждые несколько метров, чтобы Соуп мог отдохнуть. Встречные сотрудники базы приветствовали их кивками и улыбками, радуясь видеть сержанта на ногах.       — Как ощущения? — спросила Ванесса после нескольких минут ходьбы.       — Как будто мне сто лет, — признался Соуп с кривой улыбкой. — Но хорошо. Правда, хорошо.       Они дошли до небольшого холла с окнами, выходящими на тренировочную площадку. Соуп остановился, наблюдая, как группа оперативников отрабатывает манёвры под руководством капитана Прайса.       — Скучаешь по этому? — тихо спросила Ванесса.       — По Прайсу, гоняющему всех до седьмого пота? — усмехнулся Соуп. — Не особо. Но по действию… да. Трудно сидеть в стороне, когда привык быть в центре событий.       Ванесса понимающе кивнула. Для таких людей, как Соуп, бездействие было хуже любой физической боли.       — Ты вернёшься к этому, — заверила она. — Просто нужно время.       — Знаю, — он вздохнул. — Просто терпение никогда не было моей сильной стороной.       — Неужели? Я и не заметила, — сухо ответила Ванесса, вызвав у него смешок.       Они постояли ещё немного, наблюдая за тренировкой, прежде чем Ванесса заметила, что Соуп начинает уставать.       — Думаю, на сегодня достаточно, — сказала она. — Не стоит перенапрягаться в первый день.       К её удивлению, он не стал спорить, что говорило о том, насколько он действительно устал.       — Наверное, ты права, — согласился Соуп, позволяя ей развернуть их в сторону палаты.       Обратный путь они проделали в комфортном молчании. Когда они вернулись, Ванесса помогла ему лечь и проверила повязку.       — Всё выглядит хорошо, — одобрительно сказала она. — Никакого кровотечения или раздражения. Думаю, завтра мы можем попробовать более длинную прогулку.       Соуп улыбнулся, но было видно, что прогулка вымотала его больше, чем он хотел показать.       — Отдыхай, — мягко сказала Ванесса, поправляя одеяло. — Я загляну позже.       Она уже направилась к двери, когда Соуп окликнул её:       — Ванесса?       Она обернулась.       — Да?       — Спасибо, — просто сказал он. — За всё.       В этих словах было так много невысказанного, что Ванесса почувствовала, как её сердце сжимается.       — Не за что, — тихо ответила она. — Просто поправляйся.

***

      К концу второй недели Соуп достиг значительного прогресса. Швы были сняты, он мог ходить самостоятельно на небольшие расстояния и даже начал лёгкие упражнения для восстановления силы.       — Не могу поверить, что говорю это, но, похоже, ты готов покинуть медпункт, — объявила Ванесса после очередного осмотра, скрестив руки с лёгкой улыбкой.       Соуп просиял.       — Серьёзно? Я свободен?       — С условиями, — строго добавила она. — Никаких тренировок без моего разрешения. Регулярные осмотры. И при первых признаках дискомфорта ты немедленно сообщаешь мне.       — Так точно, док, — он шутливо отсалютовал. — Буду паинькой.       — Почему-то я в этом сомневаюсь, — вздохнула Ванесса, но не смогла сдержать улыбку.       Странно, но мысль о том, что Соуп покинет медпункт, вызывала смешанные чувства. С одной стороны, она была рада его прогрессу. С другой — за эти две недели она привыкла к его постоянному присутствию, к их разговорам и даже к его раздражающей привычке комментировать всё, что она делает.       — Эй, — Соуп заметил перемену в её настроении. — Ты же знаешь, что я никуда не исчезаю, верно? Я всё ещё должен тебе кофе.       Ванесса улыбнулась, чувствуя, как тревога отступает.       — И я намерена получить его в ближайшее время, сержант.       — Как насчёт следующей недели? — предложил он, его глаза загорелись. — Слышал, в городе есть неплохая кофейня. Если не возражаешь против небольшой поездки, когда я буду чуть покрепче…       — Это звучит как настоящее свидание, — заметила Ванесса, пытаясь скрыть волнение в голосе.       — Именно так я это и задумал, — серьёзно ответил Соуп. — Никаких повязок, капельниц и медицинских разговоров. Только ты, я и хороший кофе.       Ванесса почувствовала, как внутри разливается тепло.       — Я бы хотела этого, — тихо призналась она.       — Тогда решено, — Соуп улыбнулся той особенной улыбкой, которая, казалось, предназначалась только для неё. — Скажем, в следующую пятницу, 10:00? Я зайду за тобой.       — В следующую пятницу, — подтвердила Ванесса, уже представляя, что надеть.       В этот момент в палату вошёл Прайс, и они оба выпрямились, как застигнутые врасплох подростки.       — Капитан, — кивнула Ванесса, стараясь выглядеть профессионально.       — Доктор Берк, — Прайс перевёл взгляд на Соупа. — Как наш пациент?       — Готов к выписке, сэр, — доложила Ванесса. — С ограничениями на физическую активность, но он может вернуться в свою комнату.       Прайс кивнул с одобрением.       — Отличные новости. Ты хорошо поработала, док.       — У меня был хороший пациент, — она бросила взгляд на Соупа, который безуспешно пытался выглядеть невинно.       — Сомневаюсь, — хмыкнул Прайс. — Но результат говорит сам за себя.       Он повернулся к Соупу.       — Нам нужно поговорить о твоём возвращении к службе, сержант. Когда освободишься, загляни в мой кабинет.       — Так точно, сэр, — кивнул Соуп.       После ухода Прайса Ванесса начала собирать медицинские принадлежности, готовясь к выписке пациента.       — Итак, — сказала она, стараясь звучать непринуждённо. — Следующая пятница, 10:00.       — Я буду ждать с нетерпением, — Соуп наблюдал за её движениями с мягкой улыбкой. — Знаешь, эти две недели были странными. С одной стороны, я ненавидел быть прикованным к постели. С другой…       Он сделал паузу, и Ванесса подняла на него взгляд.       — С другой? — подтолкнула она.       — С другой стороны, я никогда не проводил столько времени, просто разговаривая с кем-то. Узнавая кого-то, — он выглядел почти смущённым этим признанием. — Это было… хорошо.       Ванесса почувствовала, как её сердце наполняется нежностью.       — Да, — тихо согласилась она. — Это было хорошо.       Они смотрели друг на друга, и в этот момент Ванесса поняла, что что-то изменилось между ними за эти две недели. Что-то глубокое и значимое выросло из боли и страха, из тихих разговоров в ночи и молчаливой поддержки.       Она не знала, куда это приведёт их. Не знала, сколько времени у них будет вместе, прежде чем долг снова разлучит их. Но сейчас, в этот момент, она была благодарна за шанс узнать этого сложного, храброго, временами невыносимого человека, который каким-то образом нашёл путь к её сердцу.       — Увидимся в пятницу, сержант МакТавиш, — сказала она, направляясь к выходу.       — Буду считать минуты, доктор Берк, — ответил он, и в его голосе было обещание, которое согревало её всю дорогу до конца дня.