13 - Алгоритм наивного вывода

Нейтан вышел из класса астрономии в пустынные ночные коридоры Хогвартса. Лунный свет серебрил края каменных плит, а в воздухе висела та особая тишина, которая наступает в замке после полуночи. Он шёл, не торопясь, мимо тёмных ниш и заснувших портретов. Где-то впереди мелькнул призрак — бледное пятно в полумраке, — но, не задерживаясь, растворился в стене. Путь до гостиной Когтеврана занял не больше десяти минут. Когда он подошёл к двери с орлом, та отворилась сама, пропуская его внутрь. Гостиная была пуста — лишь тлеющие угли в камине и лунный свет в высоких окнах. Нейтан пересек её и направился к знакомому проходу, ведущему в спальни. Дверь в спальню первокурсников была приоткрыта. Из-за неё доносились приглушённые голоса. — Где он вообще был после уроков? — слышался голос Энтони. — После того цирка со Снейпом его сразу куда-то повели. Майкл лениво потянулся: — Пивз ворчал сегодня утром про какую-то палочку на балке. Говорил, «мальчик-невидимка» обронил. — Думаешь, это про него? — А про кого ещё? — Майкл сел, и глаза его заблестели. — Шляпа с ним не справилась, Флитвик уснул... У дяди Барнабы так котел раз в год взрывается, когда магия «закипает». Говорит, это бывает, когда сила сильнее волшебника. Энтони нахмурился: — Но дядя Барнаба — взрослый маг. А Нейтан... он же первокурсник. — А может, он не контролирует? — Майкл щёлкнул пальцами. — Вот как у твоего двоюродного брата — помнишь, он на день рождения хотел просто конфетти, а получился огненный водопад? Энтони вздохнул: — Тот водопад нам потом неделю тушили... Но здесь-то шпинат! Снейп сказал — «наглость»! — А если это не наглость? — Майкл понизил голос. — Если он просто... не умеет иначе? Мама говорила, некоторые дети сначала колдуют, а потом уже думают. В этот момент дверь скрипнула. На пороге стоял Нейтан. Майкл резко замолк, сделав вид, что увлечённо жуёт жвачку. Энтони принялся изучать узоры на одеяле. — Привет, — сказал Нейтан после паузы. — Мы как раз... — Майкл запнулся, — про зелья вспоминали. Где ты был? Нейтан медленно вошёл, снял мантию. — Разговаривал с Дамблдором. В комнате повисла тишина. Даже Энтони перестал делать вид, что ему неинтересно. — И... что он сказал? — тихо спросил Майкл. — Что будет помогать. С магией. — А про Снейпа? — не унимался Майкл, — ты правда специально шпинат добавил? Нейтан сел на кровать. Казалось, он обдумывал каждое слово. — Нет. Но... иногда магия делает не то, что я хочу. — Вот! — Майкл торжествующе посмотрел на Энтони. — Я же говорил! Самопроизвольная магия! Как у того парня из «Приключений палочки-самоучки»! Энтони изучающе смотрел на Нейтана: — И Шляпа... она не смогла тебя прочитать, потому что твоя магия... мешала? Нейтан кивнул, глядя в пол. — А палочка на балке... это тоже магия сама? — не унимался Майкл. Нейтан на секунду замер, затем тихо ответил: — Да. Я не заметил, как она выпала. Оба мальчика переглянулись. Их детские теории оказались не так уж далеки от той версии, которую им позволили узнать. — Ладно, — наконец сказал Энтони. — Главное, что Дамблдор на твоей стороне. Значит, не выгонят. — А если Снейп опять прицепится, — Майкл снисходительно похлопал Нейтана по плечу, — говори, что это опять «магия сама». Он теперь в курсе! Когда свет погас, Майкл шептал в темноте: — Слушай, а если его магия может сама домашку делать... — Спи, — буркнул Энтони. — А то и тебя твоя магия заставит шпинатом бросаться. ...А Нейтан лежал в темноте и слушал их ровное дыхание. И думал. Странная штука — детская логика. Они взяли несколько разрозненных фактов: Шляпа не смогла его прочитать, Флитвик уснул, зелье со шпинатом повело себя странно — и сложили из этого историю. Кривую, наивную, но для них — законченную. Взрослый стал бы копать глубже, искать скрытые мотивы, проверять каждое слово. Дети же просто приняли версию о «магии, которая срабатывает сама». Как будто это что-то само собой разумеющееся — вроде внезапного дождя или того, что лестницы в замке двигаются. Непонятно, но привычно. И эта их способность принимать необъяснимое без лишних вопросов... оказалась на удивление полезной. Они не пытались докопаться до сути. Им было достаточно знать, что он не со зла. Что он свой, пусть и со странностями. Может, в этом и есть главная магия детей — не в умении колдовать, а в умении верить в простые объяснения. Даже если за ними скрывается куда более сложная и неуютная правда. Комната погрузилась в сон. И Нейтан впервые за долгое время чувствовал не груз секрета, а странное облегчение. Его приняли. Пусть и не того, кем он был на самом деле.