Часть 8: "Сломанная кость и воспоминания"

C00lkidd сидел по центру своей кровати, ссутулившись, будто всё его тело сжалось под гнётом мыслей, разрывающих разум изнутри. Его руки вцепились в волосы, пальцы дрожали, ногти царапали кожу на голове, но он будто бы этого не замечал. Его глаза бегали по комнате, хоть он и смотрел в одну точку. В них плескалась одержимость, ревность и злость, вперемешку с разочарованием и страхом. - C00lkidd: Они... они ведь не СЕРЬЁЗНО хотят... прислать сюда полицию, да?.. Он произнес это, почти не веря собственным словам. Голос был срывающимся, как будто эти слова жгли его изнутри.?И тут, словно воспоминания выстрелили в голову, перед глазами пронеслась картина из недавнего прошлого. Затхлая хижина, деревянные стены и старый стол, вокруг которого собралась группа выживших. Он, стоя в тени за дверным проёмом, затаив дыхание, ловил каждое их слово. И чем больше он слышал, тем быстрее начинало колотиться его сердце. - Гость 1337: У них там хобби, попадать в неприятности, что ли?! То Эллиот в больнице с радостью отдыхает, то 007n7 пропал, вот же идиоты... Мужчина пробурчал это так, словно выговорился после долгой сдержанности. C00lkidd почувствовал, как его пальцы сжались. - Шедлецкий: Да ладно тебе, ты же знаешь этих двоих... То поссорятся из-за хуйни, то вообще избегают друг друга, как будто они не напарники, а бывшие. Он усмехнулся, но даже в этой усмешке была тревога, неуверенность, от которой по позвоночнику C00lkiddа пробежал холод. - Шанс: Да бросьте, полиция всё уладит. Это ж дело пары дней. Поищут, найдут, и всё как всегда. Эти слова стали последней каплей. Внутри него что-то резко щёлкнуло, как будто внутри головы что-то оборвалось. Лицо застыло, эмоции выжгло напрочь, но внутри... внутри всё горело. Глаза расширились, дыхание участилось, а в голове зазвучал глухой рёв. "КАК... КАК ОНИ СМЕЮТ?!" - пронеслось в сознании парня. "Как они смеют ТАК говорить о нём? О моём отце? Как смеют думать, что могут просто взять - и забрать его у меня?! Он МОЙ! Я нашёл его! Я ухаживаю за ним! Я ЛЮБЛЮ его!". Сжав кулаки до белых костяшек, он развернулся и так же тихо, как и пришёл, ушёл. Он не хотел, чтобы его заметили. Ему не нужно было привлекать внимание. Но гнев уже пульсировал у него в висках. Воспоминание исчезло, как будто растворилось в воздухе, оставив после себя лишь нервное напряжение и ощущение, будто в комнате стало тесно. Очень тесно. - C00lkidd: …Они думают, я позволю?.. Они думают, я СДАМСЯ?.. Он медленно поднял взгляд, наполненный мрачной решимостью. - C00lkidd: Пусть попробуют. Через некоторое время после того, как его разум слегка успокоился, C00lkidd встал с кровати. Движения были тихими, почти беззвучными - будто он шел во сне. Его ноги мягко ступали по полу, а глаза были полуприкрыты, но целеустремлённы. Он направился в коридор, где, как он знал, всё это время оставался его отец. Тот так и не сдвинулся с места. Подойдя к нему, он остановился в нескольких шагах и, на удивление спокойно, спросил: - C00lkidd: А почему ты до сих пор не встал? В голосе не чувствовалось агрессии. Наоборот, он прозвучал мягко, почти заботливо. Казалось, что парень и правда пытался сейчас быть "добрым сыном", отодвинув все эмоции на задний план. 007n7 приподнял голову, устало глядя на сына. Его лицо было бледным, губы сжаты от боли, которую он старался не показать. - 007n7: Моя нога... Она... болит слишком сильно... Он попытался снова приподняться, но тут же согнулся от острой боли. Его правая нога дрожала, будто он наступил на горящие угли. Она была ярко-красной, с заметным синяком, уже начавшим разливаться по коже, и, возможно, повреждением внутри. C00lkidd, заметив это, вздохнул. В его глазах на мгновение мелькнуло настоящее, человеческое сочувствие. - C00lkidd: ...Чёрт. Я, похоже, слишком резко тебя тогда на пол кинул... Он присел на корточки, внимательно осматривая ногу, будто в этот момент забыл обо всём - о своих заморочках, о "планах", о капканах. В этот миг перед ним просто был его отец, которому больно. - C00lkidd: Прости... я ведь не хотел. Ты же знаешь... Я просто... Он резко замолчал, словно проговорился лишнего. Потом встал и отступил на шаг, отводя взгляд. Голос стал снова более решительным, но в нем по-прежнему слышалась забота: - C00lkidd: Так. Сейчас. У меня где-то была аптечка, бинты и обезболивающее... Я быстро. C00lkidd ушел, оставив 007n7 в комнате, где тишина теперь была только между ними. Мужчина, больно стиснув зубы, пытался найти способ, как хоть немного облегчить себе страдания. Он взглянул на свою ногу, которая теперь пульсировала от боли. Всё было в таком хаосе - оттого, что он был привязан, и от того, что знал, что сейчас в его жизни не будет простых решений. Внезапно, в коридоре раздался звук шагов, и через несколько секунд C00lkidd вернулся с аптечкой в руках, взгляд которого не был таким беззаботным, как обычно. - C00lkidd: Вот и я! Сейчас всё будет хорошо, не переживай. Он присел перед отцом, аккуратно раскрыл аптечку, не торопясь. Всё, что ему нужно было, - это успокоить его, даже если бы для этого нужно было дать ему ложку мёда перед этим моментом. Он всё-таки был его отцом, и несмотря на все эти противоречия в чувствах, C00lkidd не мог бы не заботиться о нём. - C00lkidd: Так что, давай-ка я тебе зафиксирую это. Ты, наверное, переживаешь... Но я тебя не отпущу. Вот увидишь, через пару дней ты будешь вообще как новенький! Он сказал это с улыбкой, но в голосе сквозила не только забота. Это была странная смесь любви и контроля - смесь, которая легко могла бы сбить с толку, если бы 007n7 мог бы четко оценить ситуацию. C00lkidd взял бинт, аккуратно начал перевязывать ногу отцу, стараясь не слишком сильно давить, но и не позволяя себе быть чересчур мягким. Он заботился о нём, это было очевидно, но все его действия словно подчеркивали неуверенность в себе. Возможно, он не знал, как правильно вести себя, или как заставить его отца почувствовать то же, что и он - привязанность, которую ему было так сложно показать. - C00lkidd: Ты, наверное, думаешь, что я - монстр, да?.. Но ты же знаешь, я всегда делаю это из любви. Ты мне нужен, понял? Ты единственный, кто меня понимает. Его голос был напряжённым, как струна, но также в нем была скрытая забота - словно это было единственное, что он мог дать отцу. Хоть эта забота была искажённой, он был готов бороться за него. За каждого из них. За всё то, что он считал правильным в этом мире. После того как бинт был завязан, C00lkidd улыбнулся своему отцу, заметив, как тот с усилием пытается встать. - C00lkidd: Ага, вот и всё. Теперь ты не будешь никуда уезжать. Сиди спокойно, я всё сделаю, а ты просто отдыхай. Как я люблю тебя, Папа. Он снова погладил его по плечу, пытаясь скрыть тревогу, но в глазах его всё равно читалась определённая тень. C00lkidd аккуратно подхватил отца на руки, словно тот был хрупкой фарфоровой статуэткой, и каждый неосторожный шаг мог причинить ещё больше боли. Его движения были неожиданно нежными для человека, чьё поведение ещё недавно выглядело угрожающе. Он крепко держал отца, стараясь не пошатнуться, при этом бросив строгий, почти детский взгляд вниз. - C00lkidd: Я же сказал - сиди. Ты же можешь снова пораниться, пап... В его голосе слышалась смесь обеспокоенности и властности. Ему хотелось быть опорой, но при этом всё равно контролировать ситуацию до мелочей. 007n7 не сопротивлялся. Он опустил глаза, всё ещё пытаясь справиться с болью, которая с каждым движением словно ударяла током по нервам в ноге. Изредка он всхлипывал, будто неосознанно, от тяжести боли и ещё более тяжёлой безысходности. C00lkidd услышал это, и его лицо слегка помрачнело, но он не сказал ни слова - будто не хотел, чтобы боль отца испортила "идеальную" атмосферу его больного уюта. - C00lkidd: Не переживай, сейчас я тебя уложу, и ты немного отдохнёшь... Всё будет хорошо. Я же рядом. Он бережно нёс отца по коридору, минуя всё те же странные надписи на дверях: "Кухнйа", "Вана", "Игровая", и, наконец, "Папа⁠♡". Он остановился на мгновение у последней, глядя на табличку с лёгкой, искренней улыбкой, как будто снова оказался в том возрасте, когда рисовал её. Зайдя в комнату, C00lkidd осторожно опустил отца на знакомую кучу мягких подушек. Уже без ремней, без привязей - только тишина, и чувство полной беспомощности. 007n7 лежал, не в силах сопротивляться, осознавая, что даже если больше не пристёгнут - его свободы здесь всё равно нет. Его удерживала не кожа ремней, а контроль, одержимость, зависимость сына, которому он когда-то доверял. C00lkidd поправил подушку под его головой, тихо, почти шепотом сказал: - C00lkidd: Вот так... Лучше, да? Просто отдыхай. Я присмотрю за тобой. Он сел на край кровати, пару минут не отрывая взгляда от отца. В его глазах были и тревога, и одержимость, и странное удовлетворение. Он хотел верить, что всё делает правильно. Что быть рядом с любимым отцом, даже в таких ужасных обстоятельствах - это всё, что имеет значение. А снаружи, в далёком мире, в другом конце леса, где-то там - люди искали 007n7. Но здесь, в этом странном, искривлённом мирке, созданном C00lkidd’ом, мужчина был "в безопасности". В безопасности, как заключённый в золотой клетке.