Часть 9: "Флэшбек - штука не сладкая"

C00lkidd продолжал смотреть на отца с нескрываемым вниманием, его пальцы скользнули по волосам мужчины, и он лёг рядом, подставив голову на его плечо. С каждым его жестом, с каждым его словом, 007n7 ощущал, как его свобода сужается, как он всё больше становится частью чьей-то, возможно, даже болезненной, но все же любви. - C00lkidd: Знаешь... Ты миленький в таком положении! Сказал он, прикасаясь к голове отца, с неподдельным умилением в голосе. 007n7 хотел было что-то возразить, но боль в ноге и безнадёжность его ситуации вновь напомнили ему, что в этот момент его слова, как и его действия, ничего не изменят. - 007n7: Можно... Мне поспать? C00lkidd, услышав просьбу, улыбнулся. Она была такая простая, такая человеческая... как будто это был один из немногих моментов, когда всё было ещё нормально. - C00lkidd: Почему бы и нет! Только я с тобой в обнимку! Ответил он, так искренне и весело, как будто это было самое естественное в мире желание. Но тут его взгляд слегка потускнел. Он чуть отстранился, посмотрел в глаза отцу, и голос его стал чуть тише, как будто он боролся с чем-то внутри себя. - C00lkidd: Мне... Мне просто кошмары снятся в последнее время... Эти слова проникли в душу отца, и он, казалось, хотел сказать что-то утешительное, но его рот не мог произнести ни одного звука. В такие моменты, когда у человека забирают всю свободу, и он сталкивается с одиночеством и болью, трудно найти слова, которые могли бы утешить. Не успев вымолвить ни слова, как C00lkidd уже завалился на него, обнимая, не думая о том, как это выглядит или какие последствия могут быть. Он просто ощущал, что нужно быть рядом, что именно это - быть с отцом, давать ему свою любовь и внимание, - он считал своей миссией. Мужчина, конечно, не ожидал такого поворота событий. В его планах было совершенно другое: найти момент, чтобы выбраться, попробовать сбежать, попытаться вернуть хотя бы маленькую долю свободы. Но сейчас, с этим ошейником на шее и сыном, который был так близко, который теперь был в его жизни, 007n7 осознал, что сбежать не получится. Он тяжело вздохнул, надеясь хотя бы на небольшое уединение в этой комнате, но, увы, его тело было в его руках, а мысли замкнуты в этих четырёх стенах. Он оглядел комнату. Криво написанные надписи на дверях, беспорядок на полках, мягкие игрушки, которых он никогда не ожидал увидеть в комнате своего сына. На стенах висели странные рисунки. В одном углу стояла полка, на которой стояли какие-то странные предметы - возможно, это были попытки C00lkidd создать свой мир, создать что-то, что поможет ему справиться с одиночеством. Но этого мира не было. Был только он - 007n7, заточённый в этом доме, и его сын, который был его охранником, его тенью и, одновременно, его привязанностью. Мужчина вздохнул, стараясь успокоить нервы. Ему было тяжело, но он знал, что сейчас единственное, что он мог сделать - это просто переждать. Сбежать в такой ситуации было невозможно, и каждое сопротивление только усугубляло положение. Но его мысли снова унеслись в те времена, когда он ещё был свободен. Воспоминания о работе, о друзьях, о полевых заданиях... Всё это было так далеко, так неважно теперь. Важным было только одно - как быть с этим человеком рядом с ним. Что теперь делать, если тот, кто был раньше маленьким мальчиком, теперь стал последней привязью к жизни? Но внезапно, как гром среди ясного неба, C00lkidd изменился в лице. Его прежняя мягкость, заботливость, момент утешения - исчезли, как будто были лишь маской, мгновенно сорванной ветром перемен. В его глазах что-то щёлкнуло, взгляд потемнел, и выражение лица стало пугающе спокойным, почти отрешённым. Он медленно поднялся, нависая над своим отцом. Не говоря ни слова, он протянул руку и уверенно накрыл рот 007n7 ладонью. Это было не грубо, не агрессивно - но в этом и крылась вся жуть момента. Всё происходило почти с пугающей нежностью, будто он делал нечто обыденное и вполне естественное. Мужчина дёрнулся в попытке сказать что-то, но резкое движение лишь вызвало вспышку боли в повреждённой ноге. Он вздрогнул, замер - и понял, что сказать он больше не сможет. - C00lkidd: Спи. Прошептал он, так тихо, будто говорил во сне. - C00lkidd: Ты же не хочешь, чтобы тебе было больно... Его голос был обволакивающим, почти колыбельным, но с каждой секундой хватка становилась всё крепче. Рука прижимала рот отца к его лицу, блокируя дыхание - не резко, не резко, но уверенно, постепенно отнимая воздух, отнимая сознание. 007n7 в панике заморгал, в его глазах зажглось отчаяние, но тело было ослаблено - и страх сковывал всё изнутри. В голове у мужчины всё начало затуманиваться. Мысли путались, как клубок рваных нитей. Он больше не чувствовал ни боли в ноге, ни присутствия в комнате - только звенящую тишину и мягкий голос сына. - C00lkidd: Так бы и сразу, папуль... На лице мальчика снова появилась та самая улыбка - детская, милая, искренняя. Но именно она и была самой пугающей, ведь в ней не было ни капли осознания того, что происходит. Для него это был не акт насилия - это был способ "успокоить" отца, заставить его отдыхать, быть рядом… всегда. 007n7 больше не сопротивлялся. Тело обмякло, сознание покинуло его на волне ужаса и бессилия. Всё стало чёрным. Всё стихло. А C00lkidd аккуратно убрал руку, поправил подушку под головой отца и тихонько, почти любяще, накрыл его одеялом. Он не видел в этом ничего неправильного. Для него это было проявлением заботы. Своей, особенной, болезненной, искривлённой любви. Он снова лёг рядом, обняв уже отключившегося отца, словно плюшевую игрушку, и тихо прошептал: - C00lkidd: Всё хорошо… теперь ты мой, полностью... Но 007n7 не ответил. Его глаза остались открыты лишь на мгновение, а затем медленно закрылись, как будто весь свет покинул его тело. Сознание поплыло куда-то в сторону, оставляя только тишину и мрак. Он полностью отключился, утонув в тягучем сне, где воспоминания смешивались с мечтами. Во сне он стоял на пороге знакомого дома - немного потрёпанного, с облупившейся краской и облезающей табличкой. В руках у него был старый пластиковый пакет, наполненный игрушками: машинки, плюшевый мишка, набор наклеек - всё, что когда-то любил его сын. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в приглушённые оттенки оранжевого и фиолетового. Дверь перед ним слегка скрипнула, когда он осторожно толкнул её. - 007n7: C00lkidd… папа дома... Сказал он тихо, почти шепотом, с тревогой и надеждой в голосе. Внутри, прямо на полу, сгорбившись и уткнувшись лбом в старую детскую подушку, сидел C00lkidd. Его тело слегка дрожало. Услышав знакомый голос, он резко поднял голову. Глаза у него были мокрые, но в них мелькнул искренний свет. Он вскочил на ноги и, не раздумывая, бросился к отцу, будто пытаясь догнать то, что упустил в детстве. - C00lkidd: Папа!! Т-ты… ты пришёл!! Срывающимся голосом воскликнул он, обхватив мужчину мёртвой хваткой. Они стояли так несколько секунд - двое потерянных людей, нашедших друг друга сквозь годы тишины. Слёзы катились по лицу C00lkidda, и в этой истеричной привязанности всё ещё проглядывало детское: маленький мальчик, которому снова вернули игрушку, только на этот раз - живую. Но через мгновение тон изменился. Всё тело сына напряглось, глаза вдруг стали какими-то… другими. В них больше не было просто любви - в них было требование. - C00lkidd: Теперь ты никогда не уйдёшь. Прошептал C00lkidd, не разжимая объятий. 007n7 попытался отстраниться, но тело не слушалось. Сны начали рушиться, как карточный домик. Всё потемнело. Тяжесть на груди. Удушье. Он резко проснулся. Холодный пот стекал с его лба, прилипая к волосам. Сердце бешено колотилось в груди, а дыхание сбивалось. Его шея снова ощущала ошейник. А рядом, почти вплотную, C00lkidd сидел на кровати и нежно обнимал его за талию, крепко прижимаясь, будто к подушке. - C00lkidd: Моя драгоценность... Прошептал он, будто сны отца каким-то образом проникли и в его голову. И в ту секунду 007n7 понял: это не просто клетка. Это любовь, перевёрнутая наизнанку. Болезненная, зависимая… и бесконечно одержимая.