Глава 10 План в полумраке

Pow Доннателло : Я никогда не думал, что снова буду чертить маршруты вторжения в логово Шреддера. Но сегодня линии на моей голограмме дрожали не только от отражения уличных огней — они дрожали от того, что на кону стояло больше, чем мы привыкли считать «важным»: жизнь ребёнка и шанс вернуть те куски прошлого, которые когда-то унесли у Сплинтера что-то очень дорогое. Мы собрались в лаборатории — не самые уютные переговоры, но место было удобным: панели, карты, приборы, и я чувствовал себя там… хоть немного уверенно. Лео стоял ровно, как всегда, Рафаэль держал позу напряжённо-угрожающую (и своим видом, и голосом), Майки поедал кусочек пиццы и пытался выглядеть серьёзным, а Сплинтер молча сидел в тени, как всегда наблюдая. Я включил проекцию башни Шреддера: уровни, коридоры, возможные маршруты патрулирования футботов, узлы энергоснабжения. На экране мигал наш Мутагенаискатель — оставшиеся «горячие» точки.— Я согласен: спасать Карай и Луиса надо, — первым сказал Рафаэль. — Хоть я и с Лео не в ладах с мальчишкой, но мы обязаны его спасти. А Шреддера — прикончить раз и навсегда. Его слова были твёрдыми, но за ними торчала эмоция, которую нельзя было не заметить. — И как же ты думаешь это сделать? — не удержался я. — Ты забыл, чем для нас заканчивались предыдущие столкновения? Он раскладывал нас по углам, как детей. На этот раз это слишком рискованно. — Донни прав, — поддержал Лео. — Нам нужна точность, а не кураж слепой атаки. Майки прищурился:— Погодите… я тоже хочу помочь. Но почему именно я играю роль приманки? — Нет, Микки, — сказал я. — Твоя роль изменилась. Приманкой буду я. — Я допустил паузу, и в комнате повисло недоумение. — Можете возразить, но мне нужны пять минут внутри — чтобы вывести из строя центральный радиопередатчик и создать «окно» для эвакуации. Майки вскинул руки:— А я что тогда делаю? — Ты будешь в ПанцерРобусе, — вставил Лео. — Обеспечиваешь отход. Майки улыбнулся так, будто это была лучшая роль в мире. Я видел, как он понял всю серьёзность: в этот раз шуток мало. Я объяснил детали: краткое отключение внешних камер (импульс глушения на короткую дистанцию), локальный EMP-выброс для блокировки внутренних сенсоров на 120 секунд, отключение системы вентиляции в части блока, чтобы создать ложный «коридор» для перемещения и маскировочного дыма. Маршрут извлечения — через старые строительные туннели, которые ведут к выходу у частного дока — там Микки и ПанцерРобус. — Лео и Рафаэль — точечный штурм, — сказал я. — Лео отвлекает Карай (если нужно), Раф держит фланг. Майки — готов рулить и вывозить. Я вхожу внутрь под прикрытием — делаю своё окно. Вы выносите Луиса и Карай по вспомогательному коридору. Сигналы и тайминги у меня будут на связи. Лео кивнул, Рафаэль стукнул кулаком по ладони:— Значит, донесёшь до нас «окно»? — Да. Я выдам сигнал «белый всплеск» — это будет наш маркер — и вы идёте на выход. Планы — это одна вещь. Реальность — другая. Я чувствовал это в костях. И чем ближе мы подбирались к дате операции, тем громче в моей голове звучало: «Если что-то пойдёт не так — это моя вина. Я опекун Луиса». Сплинтер услышал разговор из тени. Его шаг был тих, но присутствие — громкое. Он подошёл и взглянул на голограмму, на маршруты, на мои расчёты. Его глаза задержались на маленькой точке — на отметке, где обычно сидел Луис в шабашке логова. Я знал, что он переживает не меньше меня. — Разногласия и споры — плохое начало в любом деле, Леонардо, Донателло, — сказал он тихо. Его голос был ровен, но в нём была твёрдость и печаль сразу. — Можно с вами поговорить. Лео и я обменялись взглядами. Я подошёл:— Мы понимаем все риски, сенсей. Но это тот случай, когда риск оправдан. Всё делается ради спасения Луиса. Я — его опекун. Это моя обязанность. Сплинтер вздохнул. Его лапа коснулась старой, покрытой шрамами фотографии на стене — снимка, который хранит в себе годы.— Я не готов рисковать жизнями ваших. Ни вами, ни ребёнка, — произнёс он. — Я не могу дать вам благословение на штурм логова Шреддера. В комнате повисла тяжёлая тишина. Как только сенсей ушел в додже мы собрались вместе и ястал объяснять план . — Начало операции — через два часа, — произнёс я тихо, когда мы снова собрались у двери. — Тайм-окно — сто двадцать секунд. Если я не подам сигнал — вы немедленно отступаете и меняете план. Поняли? — Понял, — хором ответили братья и Майки. Я вышел в коридор, ощутив, как каждая деталь плана теперь — в моей голове, в моих руках. И в груди — тяжесть и странное спокойствие: когда делаешь всё возможное, остаётся лишь верить в тех, кто рядом. Я понимал, что, переступая порог логова, мы нарушаем прямой приказ сенсея.Но в этот раз слова Сплинтера — «не рискуйте» — звучали слабее, чем собственное чувство вины. Луис и Карай были там, у Шреддера, и каждая минута их плена резала совесть как лезвие. Мы собрались у выхода в канализацию — Лео, Рафаэль, Майки и я.На мне висел рюкзак с глушителями, EMP-зарядами, микродронами и парой запасных батарей.Рафаэль привычно вращал сай, а Лео стоял молча, вглядываясь в темноту тоннеля. Майки даже не шутил — это уже говорило о серьёзности миссии. — Ну что, ребята, — сказал я, — если сенсей узнает…— Узнает, — буркнул Рафаэль. — Но сначала мы их спасём. Мы двинулись в сторону города. Северная стена башни Шреддера была утыкана антеннами и вентиляционными шахтами. Мы подобрались туда по дренажному каналу.Я включил мини-дрон — он пролетел по шахте и вывел изображение на мой коммуникатор: патруль футботов, камера, два инфракрасных сенсора. — Так, теперь тихо. Лео, у тебя тридцать секунд.Я выстрелил микрозарядом, и сенсоры «потухли».Лео бесшумно вспрыгнул в проём и протянул мне руку. Рафаэль забрался следом, глядя на меня с ухмылкой:— Как всегда, технарь, но без тебя бы нас уже поджарило. — Держи комплименты до конца миссии, — прошептал я. Мы продвигались по шахтам до блока охраны.Внизу — коридор с футботами.Я бросил голографическую приманку: мой цифровой двойник появился в другой секции, отвлекая патруль. Пока те ринулись туда, мы скользнули вниз. Дальше — лестница в подвал.Темница. Луис и Карай сидели в соседних камерах.Луис выглядел усталым, но глаза блестели, а Карай — спокойной, хоть и с тенью боли.Когда она увидела нас, её взгляд вспыхнул: смесь удивления, надежды и недоверия. — Донни?— Тсс… — я поднёс палец к губам. — Мы вас вытащим. Я подключил замок к мини-терминалу. Искры, щелчок — замок открылся.Рафаэль отодвинул дверь, Лео подхватил Карай. — Быстро! На выход! — скомандовал Лео. Но стоило нам сделать десять шагов, как тревога ожила.Красные лампы мигнули, сирена взвыла. — Отлично, Донни, — проворчал Рафаэль. — Что ты там говорил про «тихо»? — План немного… скорректировался, — прошептал я, активируя дымовую гранату. Из-за поворота вылетел Тигриный Коготь, за ним — Ксевер на своих металлических ногах и Брэдфорд.Сзади к ним подтянулись футботы. — Ну вот, вечеринка в самом разгаре, — сказал Рафаэль, вращая сай. Мы приняли бой.Лео сразился с Брэдфордом — клинок против когтей, удары искрили в воздухе. Рафаэль сцепился с Когтем — их схватка была чистой яростью. Я прикрыл Карай и Луиса, запуская электрошокеры, чтобы вывести футботов из строя. Луис, хоть и без оружия, бросался помогать: схватил кусок трубы и с криком ударил одного футбота по голове.— Молодец, парень! — крикнул я. Карай, воспользовавшись моментом, пнула Ксевера, сбив его с ног.— Я же говорила, ты не сможешь против меня, — бросила она. — Все к лифту! — скомандовал Лео. Мы прорвались в ангар.Майки уже был там, сидел за рулём Панцер-Робуса. — Быстрее, ребята, я держу двигатель на прогреве! Мы влетели внутрь. Панцер-Робус загрохотал и сорвался с места. За нами мчались футботы на ховерах, а сверху — Ксевер и Тигриный Коготь.Майки вёл машину, как настоящий ас: скользя по узким улицам, уходя от выстрелов. Внутри я проверял системы, Карай и Луис сидели рядом, удерживаясь за поручни. — Сзади приближаются! — крикнул я. — Я разберусь! — Рафаэль выбрался через люк на крышу. За ним — Лео. Мы стояли втроём наверху Панцер-Робуса, ветер свистел, искры мелькали в воздухе. Ксевер атаковал с воздуха, Тигриный Коготь запрыгнул прямо на крышу. Рафаэль ударил его сай, Лео парировал удар когтей.Я включил энергощиты, перекрыв лазерный залп футботов. Бой был коротким, но бешеным.Рафаэль скинул Когтя с крыши ударом ноги, Лео рассёк ховер Ксевера пополам.И мы, наконец, вырвались из города, нырнув в канализационный тоннель. Когда Панцер-Робус остановился у входа в логово, нас уже ждал Сплинтер.Он стоял в проходе, как всегда — величественно и строго. — Что вы наделали… — тихо произнёс он. — Я ведь велел вам не соваться в логово Шреддера. Мы опустили головы. Но стоило сенсею заметить стоящую позади Карай и Луиса — его голос смягчился.Глаза заблестели. — …Мива. Карай шагнула вперёд. Несколько секунд она стояла, не зная, что сказать. А потом… просто обняла его.Впервые — без страха, без сомнений. — Отец, — прошептала она. Сплинтер закрыл глаза и обнял её в ответ.— Спасибо… дети мои, — произнёс он тихо, глядя на нас. — Вы спасли мою дочь и ребёнка, который стал частью нашей семьи. Майки, не выдержав паузы, почесал затылок:— Эмм… это значит, нам не влетит за самовольную миссию? Сплинтер улыбнулся — впервые за долгое время.— Обычно я бы наказал вас за такое. Но после того, что вы сделали сегодня… пожалуй, закрою глаза. — Есть! — воскликнул Майки, подпрыгнув. Мы засмеялись. Впервые за долгое время — от облегчения.Луис сидел рядом с Карай, оба усталые, но живые. А Сплинтер стоял над нами — уже не просто сенсей, а отец, который вновь обрёл семью.