Глава 17

Драко решил, что делить пространство с Грейнджер — дело нервное. Работать вместе в её кабинете или за его столом — это одно, но делить закрытое, личное пространство — совсем другое. Это было… слишком интимно.   И всё же какая-то часть его вовсе не хотела, чтобы Грейнджер остановилась в номере с Невыразимцем-Мужской-Версией-Грейнджер. Она дружила с Дином Томасом, так что он предположил, что она могла бы разместиться у него, но они даже не видели остальную команду, а сейчас у Драко не было ни сил, ни желания этим заниматься.   Грейнджер же обосновалась в его комнате и чувствовала себя как дома, едва они вошли в номер Драко. Потому что, вне всяких сомнений, это был его номер, и она находилась здесь лишь до тех пор, пока они не решат вопрос с размещением. Она развесила свои мантии в шкафу, книги выстроила на маленькой полке вдоль одной из стен, а её личные вещи заняли большую часть ванны. Драко хмуро наблюдал, как она перебирает бумаги и устраивается за маленьким деревянным столиком у окна, зажав в зубах сахарное перо. Найдя в шкафу запасной плед, он демонстративно бросил его на диван, одарив её выразительным взглядом, но Гермиона проигнорировала его. К дракклу галантность, Драко ценил свой сон. Это был его номер и его кровать. У него щипало в глазах и мучительно болела голова; он почти не спал прошлой ночью и решил вздремнуть перед тем, как они отправятся ужинать к Шаху, но мысль о том, что ему придётся спать с Грейнджер в одной комнате, вызывала неловкость. Драккл, даже сама перспектива переодеваться в пижаму при ней была достаточно волнующей. Гермиона ушла с головой в свои исследования, несмотря на то, что он знал, что записи по Харраппе она перечитывала уже бесчисленное количество раз. Драко фыркнул, стянул мантию, забрался в дальний край кровати и сделал вид, что занимает всё свободное пространство. Её перо отбивало рассеянный ритм по столу, пока она изучала записи. Установив на палочке будильник, Драко закрыл глаза, изо всех сил стараясь игнорировать её присутствие и надеясь, что сон придёт быстро.

***

Малфой всегда знал, что Грейнджер не была непривлекательной. На четвёртом курсе, увидев, как Гермиона преобразилась к Святочному балу — да ещё и под руку с Виктором Крамом — он был вынужден признать, что на самом деле она была довольно хорошенькой. Драко сомневался, что в тот вечер нашёлся хотя бы один парень в зале, который не заметил её. И теперь Гермиона уже не была девочкой; теперь она была молодой женщиной. Но до этого момента в их рабочих отношениях было легко не обращать внимания на этот факт, учитывая, что Малфой всегда видел её в громоздкой и неэстетичной министерской мантии невыразительного покроя, с волосами, собранными в небрежный пучок. К тому же Грейнджер не из тех ведьм, которые ежедневно привлекают внимание излишками косметики, как некоторые из знакомых Драко. Он мог признаться себе, что она и без макияжа была достаточно хорошенькой. Однако, когда Драко вышел из ванной, обмотав полотенце вокруг бёдер и вторым вытирая волосы, резко застыл. Грейнджер, очевидно, приняла душ, пока он дремал, и теперь на ней был элегантный, но скромный комплект парадной мантии тёмно-фиолетового цвета, который, должно быть, был сшит специально для неё. Драко несколько раз моргнул, и перестал вытирать волосы. Он не совсем представлял себе очертаний её фигуры, но ткань мантии мягко облегала скромные изгибы её бёдер и груди, подчёркивая тонкую талию. Часть её непослушных локонов была укрощена и заколота сзади, хотя несколько прядей всё равно выбились. Кепку для отслеживания мозговых волн она трансфигурировала в мерцающий обруч. Драко понял, что уставился на неё, приоткрыв рот, как обезьяна, когда Гермиона подняла взгляд и глубоко вздохнула. Её глаза стали больше, и Драко увидел, что она слегка подкрасила щёки и веки; такой макияж подчёркивал шоколадный оттенок её глаз.   Гермиона несколько мгновений смотрела на него, затем отвела взгляд; и на её щёках появился лёгкий румянец, когда она потянулась к свой сумочке на столе. — Ты не мог бы… — прошипела она, махнув рукой в сторону его обнажённого торса.   Малфой с трудом отвёл взгляд от того, как платье подчёркивает её формы, и осознал, что на нём не было ничего, кроме полотенца.   Он практически голый пялился на Гермиону Грейнджер.   — Конечно, — пробормотал Драко низким голосом и попытался пройти мимо неё в тесном пространстве.   Его плечо коснулось её плеча, и он почувствовал напряжение в её теле; и уловил тонкий аромат её духов. Мерлин, ей срочно нужен собственный номер.   Стараясь больше на неё не смотреть, Драко схватил брюки и чистые боксёры, и, снова задев её, вернулся в ванную переодеться, пока Гермиона неловко переминалась с ноги на ногу.   Грейнджер избавилась от неловкости к тому времени, как Драко надел рубашку, застегнул запонки и вышел из ванной. — Выходим через пятнадцать минут. — Буду готов, — ответил Драко. Грейнджер поджала губы. — Конечно будешь. Гермиона накрасила губы, Драко накинул мантию, и его взгляд невольно проследил за движением её руки. Малфой поймал себя на том, что недоумевает, что с ним не так. За всё время их совместной работы он ни разу не позволял себе рассматривать её фигуру под мантией, или, чёрт возьми, пялиться на её губы. Драко сглотнул, сделал несколько глубоких вдохов, желая, чтобы его тело забыло о том, как она выглядела в мантии. Гермиона натянуто улыбнулась ему, давая понять, что готова. После того, как они вернутся с ужина, он снова поговорит с администратором. Ни при каких обстоятельствах Грейнджер не будет ночевать сегодня в его номере. Малфой нахмурился в ответ. — Тогда идём.

***

Аднан Шах жил в просторном доме в магическом районе, если судить по свистящим приспособлениям в палисаднике.   Когда они только планировали миссию, Гермиона задавалась вопросом, насколько магическая культура Пакистана будет похожа на культуру Великобритании. Но у соседей Шаха были такие же странные приспособления, и большинство из них она даже не знала.   — Усовершенствованные системы отслеживания погоды, — сказал Шах, выходя к ним во двор. — Днём здесь бывает очень жарко!   К ним в палисадник подошла женщина с гладкими чёрными волосами, одетая в пастельно-зелёную мантию. Она пожала руку Гермионе в знак приветствия и кивнула Малфою.   — Я Азра Шах. Добро пожаловать.   — Спасибо за приглашение, — улыбнулась в ответ Гермиона.   Малфой сухо кивнул женщине и пожал руку Аднану.   С тех пор, как они собирались в отеле, Драко выглядел нервно и напряжённо, и Гермиона гадала, не потому ли это, что он вышел из ванной в одном полотенце. Возможно, его чистокровное чувство приличия оказалось оскорблено. Но, несмотря на это, она не смогла удержаться, чтобы не взглянуть на него украдкой. Гермиона знала, что Малфой подтянут, это было видно по тому, как на нём сидит костюм, но он оказался ещё и в отличной физической форме. На мгновение ей стало любопытно, занимается ли Драко каким-нибудь спортом. Она почувствовала, как краснеют её щеки, и понадеялась, что он этого не заметил.   С тех пор он почти не разговаривал с ней; нахмурившись, Гермиона закончила приготовления к ужину.   Малфой расспрашивал Шаха о жужжащих механизмах во дворе, когда Азра с извиняющейся улыбкой мягко потянула Гермиону за руку.   — Не желаете чаю?   — С удовольствием, — благодарно кивнула Гермиона.   Она последовала за женщиной, с интересом оглядываясь по сторонам. Повсюду что-то вращалось и тихо гудело; из кухни в гостиную доносился сильный аромат специй.   — У вас прекрасный дом. — Спасибо! — просияла Азра, заметив, как взгляд Гермионы задержался на книжной полке у стены. — Может быть, устроить Вам небольшую экскурсию? Гермиона улыбнулась, чувствуя, как в ней просыпается академический интерес. Помимо довольно схожих между собой магических культур Англии и Австралии, она не сталкивалась с никакими другими. — Это было бы замечательно. Азра провела Гермиону по скромному, но стильному дому; интерьер был выдержан в едином стиле, несмотря на то, что магические предметы присутствовали на каждом шагу. Когда они вернулись и устроились в гостиной, Малфой и Шах вошли следом, продолжая оживлённо жестикулировать и обсуждать, как предположила Гермиона, защитные заклинания обнаружения чар. Малфой потратил на причёску больше времени, чем обычно, и, учитывая , что с тех пор, как они начали работать вместе над этим делом, он был растрёпанным и усталым, Гермиона не могла этого не заметить. Румянец снова залил её щеки, когда она представила его в одном лишь полотенце, низко сидящем на его бёдрах. Их взгляды встретились, и Гермиона смущённо отвернулась. Это был Малфой. Она не имела права пялиться на него, или размышлять о его широкой обнажённой груди, или наблюдать за тем, как он уложил свои слишком светлые волосы, или.. Глубоко вдохнув, Гермиона проигнорировала Малфоя и заставила себя сосредоточиться на разговоре с Азрой.

***

Ужин прошёл, мягко говоря, неуютно. Драко прекрасно ладил с Шахом, а Грейнджер, похоже, быстро нашла общий язык с его женой, и это было к лучшему, потому что означало, что Малфою не придётся иметь с ней дела. Но она сидела рядом с ним за маленьким столиком в доме Шахов, и её плечо несколько раз касалось его, из-за чего он сердито на неё смотрел. В ответ Грейнджер сужала глаза и бросала на него раздражённый взгляд. Еда была восхитительной. Жена Шаха приготовила замечательный ужин, они вчетвером распили большую бутылку эльфийского вина, и беседа протекала приятно.   Шах и его супруга расспрашивали о миссии, и Драко с Гермионой делились тем немногим, что могли рассказать.   И, несмотря ни на что, Малфой не мог избавиться от ощущения, что они с Грейнджер были на каком-то запутанном двойном свидании, и он старался держаться от неё как можно подальше, а также бросал на Гермиону презрительный взгляд, когда она заговаривала.   Тот факт, что, когда он смотрел в её сторону, то видел открытую, светлую линию шеи, ничем не помогал.   — Как чудесно, что вы работаете вместе, — с улыбкой заметила жена Шаха — Азра, если Драко правильно запомнил.   Внимание Малфоя переключилось на женщину, которая пристально смотрела на него.   — В каком смысле? — спросила Грейнджер, чуть наклонив голову. Драко встретился с ней взглядом и быстро отвёл глаза.   Азра взмахнула рукой.   — Просто, должно быть, приятно так часто видеть друг друга.   Малфой едва не подавился овощами. Сглотнув с заметным усилием, он повернулся к Азре, нахмурив брови. — Мы видимся только на работе, потому что нас вынудили вместе заниматься этим делом. Гермиона поёрзала на стуле, но кивнула. Азра переглянулась со своим мужем, её глаза расширились от ужаса, и она прикрыла рот рукой. — Прошу прощения, я была уверена, что вы вместе. — Нет, — отрезал Драко, сжав губы в тонкую линию. Азра выглядела ошарашенной, и его выражение лица смягчилось. — Я хотел сказать, что мы с Грейнджер знакомы ещё со школы, но мы не… не пара. Гермиона промычала что-то в знак согласия, широко раскрыв глаза. — Да. Мы просто работаем вместе над этим делом, а потом наши пути разойдутся. Аднан усмехнулся, сделав глоток вина. — А я тоже решил, что вы вместе. Драко удивлённо приподнял брови. — Просто… вы очень подходите друг другу. Малфой уставился в тарелку, чувствуя, как аппетит окончательно пропадает.

***

Когда они вернулись, в вестибюле отеля царило оживление. С тех пор, как они покинули дом Шахов после в целом приятного вечера, Драко упрямо игнорировал Гермиону. Он понимал, что его поведение инфантильное, но после намёков Шахов не хотел, чтобы кто-то ещё делал подобные выводы. Подойдя к стойке регистрации, Малфой поинтересовался наличием свободных номеров и с разочарованием узнал, что за последние несколько часов ничего не изменилось. Хмурясь, он заметил Грейнджер в компании двух невыразимцев из их команды. — … ошибка с поселением, — говорила Гермиона, — так что мне не удалось получить отдельную комнату. Драко засунул руки в карманы и подошёл к группе, кивая двум мужчинам-невыразимцам. Третьей женщины из команды рядом не было. Один из них фыркнул и покачал головой: — Где же ты тогда живёшь? Гермиона бросила на Драко косой взгляд: — Похоже, на диване у аврора Малфоя. Драко поджал губы, давая понять, что не желает услышать от этих мужчин комментарий по поводу сложившейся ситуации. Невыразимец, которого Драко невольно называл мужской версией Грейнджер, поднял глаза, поправляя очки в проволочной оправе. Его взгляд задержался на водном устройстве в вестебюле, а затем быстро переключился на неё: — Ты можешь разместиться у меня в комнате, если хочешь. — Оу… — Гермиона оказалась застигнутой врасплох. Она снова встретилась взглядом с Драко, прежде чем отвести взгляд.    — Я думаю, можно. Только до завтра. Я, конечно, понимаю, что это ужасно непрофессионально…   — Отлично! — воскликнул мужчина, прерывая её. — Я как раз хотел спросить о защитных чарах на магическом веществе, которые ты использовала…   Драко скривил губы от усердия мужчины — он действительно был мужской версией Грейнджер.   Против своей воли Малфой покачал головой:   — Грейнджер остаётся в моей комнате. Её вещи уже там.   Гермиона бросила на него взгляд:   — Их можно перенести. — Перенесёшь завтра, — процедил он, раздражённый всей этой ситуацией.   Невыразимец Грейнджер мужской версии пожал плечами, и на его лице появилась банальная улыбка:   — Ну что ж, тогда завтра.   — Мы отправляемся в Хараппу в половине восьмого, — отрезал Драко. — Гид встретит нас там в восемь. Будьте готовы к долгому рабочему дню.   Оба невыразимца кивнули, поняв, что разговор изменился, и повернулись, чтобы направиться к лифту. Гермиона прикрыла зевок рукой и направилась за ними. Нахмурившись, Драко последовал за ней, уже не в первый раз задаваясь вопросом, что, чёрт возьми, с ним происходит.   Гермиона отлучилась в ванную на десять минут и вернулась, её волосы были собраны в небрежный пучок, а одета она была в простую рубашку и шорты.   Взгляд Малфоя скользнул по оголённой коже её ног, и он пожалел, что не отправил её к мужской версии Грейнджер, когда представилась такая возможность. Но какая-то часть его души не хотела, чтобы она оставалась с кем-то другим. В любом случае, всё это казалось слишком знакомым и слишком интимным, и Малфой ненавидел всю эту затею. Ему хотелось сорваться на неё весь вечер, хотя он понимал, что она ни в чём не виновата. Вместо этого Драко глубоко вдохнул, взял пижаму и направился в ванную. Когда он вернулся, Грейнджер уже устроила на диване временное место для сна, и, нахмурившись, поправляла подушку. Она трансфигуроровала обруч обратно в спортивную кепку и каким-то образом закрепила её на своих кудрях. Малфой едва мог представить, как неудобно ей будет спать в этой кепке. Он нахмурился, наблюдая за происходящим, и прикрепил портключ от больницы Святого Мунго к воротнику ночной рубашки. — Блять, — процедил Драко сквозь зубы, проклиная себя. — Грейнджер, ложись на грёбаную кровать. — Всё в порядке, — сказала она мягким и пренебрежительным тоном. — Это твоя комната. Я понимаю, что вторгаюсь, и ценю, что ты не сделал из мухи слона из-за этой ситуации. Он не мог с уверенностью сказать, шутит она или нет, учитывая, что для него весь день был сплошным неудобством, и подошёл к ней, скрестив руки на груди. Её взгляд скользнул по его пижаме — клетчатым штанам на завязках и простой серой рубашке — и Гермиона тихонько хихикнула. — Прости, — выдохнула она, — просто… ты всегда такой деловой, и я не могу воспринимать тебя всерьёз в таком виде. — Заткнись, Грейнджер, — сказал Малфой, закатывая глаза, но в его тоне уже не было гнева. — Это у тебя глупый дефект мозга... — Не дефект, — пробормотала она. — ….и тебе нужно как следует выспаться, иначе Рэндалл мне голову оторвёт. Гермиона долго смотрела на него, явно пытаясь сдержать смех из-за его пижамы; её взгляд метнулся к кровати позади него.   — Я предлагаю всего один раз, Грейнджер, — Малфой нахмурено посмотрел на неё сверху вниз, его взгляд задержался на гладкой коже её бёдер. — И, перед тем как ты только подумаешь о том, чтобы предложить мне разделить кровать…   — Я не собиралась это предлагать, — тут же сказала она, и на её щёках появился румянец. — Я просто… спасибо, Малфой.   Он вздохнул и опустил руки.   — Пожалуйста, Грейнджер.   Драко с подчёркнутым презрением посмотрел на груду подушек, которые она разложила на диване, и произнёс смягчающее заклинание, пытаясь сделать импровизированную постель более удобной.   Гермиона забралась на кровать и наблюдала за его усилиями, а Драко нахмурился — с каких это пор он стал таким самоотверженным? И ради Грейнджер, из всех существующих людей. Возможно, именно за его мозгами нужно было понаблюдать.   Малфой наконец устроился под одеялами, и быстро, с помощью Нокс потушил свет. Лунный свет пробивался сквозь прозрачные шторы, и его глаза привыкли к темноте, пока он уставился в потолок, хотя прекрасно понимал, что ему следует выспаться на следующий день.   Тихое дыхание Грейнджер разносилось по комнате, и Драко не смог удержаться, чтобы не оглянуться. Пока она спала, её лицо выглядело мягким, над переносицей пролегла небольшая морщинка, губы приоткрылись, а кепка съехала набок.   Он мог признаться самому себе, наедине с собой и в темноте ночи, что Грейнджер была довольно привлекательной. И благодаря платью, которое было на ней в этот вечер, Малфой понял, во что её тело превратилось теперь, когда она уже не была неуклюжим подростком.   Но на этом всё. Между ними, вопреки тому, что предполагали Аднан и его жена, совершенно ничего не было, и они определённо не подходили друг другу. Они завершат дело с минимальными усилиями и помпезностью, и вернутся в Лондон. А потом их пути разойдутся, и, если на то будет воля Мерлина, у Драко больше никогда не будет причин спускаться в Отдел тайн. Грейнджер останется просто человеком, с которым он однажды работал, и не более того.   С этой тревожной мыслью Драко погрузился в беспокойный сон.